Идеальный брак по версии Волкова - Диана Рымарь

— панические атаки…» — прочитал Игнат на странице психолога.

До панических атак и любовной зависимости, слава богу, еще не дошло, но всё к тому идет.

Когда объявил о своем решении жене, та не возражала, хотя у Игната и возникло ощущение, что согласилась только потому, что побоялась ему перечить. Лишь сверкнула своими огромными глазищами да немного покраснела, ровно как и сейчас, после его резкого замечания.

— Что-то не так? — покосилась она на него, одергивая низ платья.

Игнат поборол сильнейшее желание заставить девушку надеть кофту обратно.

— После сеанса поедем и купим тебе каких-нибудь вещей, которые больше подходят твоему статусу! — проговорил он сухо.

Девушка резко посмотрела на него, собралась было что-то сказать, но не решилась.

— Вы можете пройти! Владлен Сергеевич подойдет с минуты на минуту, — позвала их улыбчивая секретарша.

Кошкановский трудился в престижной частной клинике. Цена за прием у этого доктора была если не заоблачной, то очень близко к этим облакам расположенной. Но Игнату было не жалко. Если за эту горку золота он получит обратно в постель жену, а на тарелку вкусный ужин вместо жестких подошв, которыми она сейчас его потчует, то он согласен. Принесет в эту клинику столько горок золота, сколько будет нужно.

«Лишь бы Дашка такие платья для меня надевала, а в спальне почаще их снимала», — с этими мыслями шел на прием.

Секретарша проводила чету Волковых в кабинет.

— Какая шоколадная комната… — заметила жена.

Обстановка была выдержана в коричневых тонах различной интенсивности. Пол покрыт классическим паркетом, стены и шторы цвета кофе с молоком, темно-коричневое кожаное кресло и диван.

— Даш, ты что, не поела? Чего тебе шоколад мерещится?

— Я про цвет, — уточнила она и поджала губы.

Потом пошла к дивану. Устроилась в самом уголке, прямо возле лампы. Высокий, почти с Дашу, одетый в матовый плафон светильник орошал комнату мягким теплым светом.

Игнат устроился на другой стороне дивана, только собрался предложить Даше заехать после сеанса в «Шоколадницу», как дверь кабинета открылась и появился Кошкановский.

Когда Игнат представлял себе маститого доктора психологических наук, на ум приходил мужчина лет пятидесяти, седовласый, возможно с брюшком, но никак не шкет метр с кепкой в прыжке с черными, как смоль, волосами, загорелой кожей и живыми, горящими глазами. Ладно бы просто был низкорослым да смуглым, так еще и выглядел максимум на тридцать. Небольшая бородка, видимо, призванная добавить ему солидности, каким-то мифическим образом еще больше его молодила.

— Вы доктор Кошкановский?! — спросил Игнат, наморщив лоб.

— А что вас смущает? — с улыбкой осведомился тот.

— Извините, но мне нужен опытный специалист.

— Я работаю в этой клинике уже больше пяти лет, а психологией занимаюсь с начала двухтысячных. Как по-вашему, у меня достаточно опыта? А если вас смутил мой вид — не вы первый, не вы последний, такая уж физиология. Мне сорок три, показать паспорт?

— Не стоит… Меня зовут Игнат, — представился он и пожал протянутую доктором руку, потом кивнул в сторону жены: — моя супруга Дарья.

— Можете тоже просто называть меня по имени, — Владлен улыбнулся, кивнул девушке и сел в кресло напротив парочки.

В течение четверти часа Кошкановский с упорством детектива выспрашивал у Игната подробности ситуации, в которой он оказался. Видимо, устанавливал причинно-следственную связь. Волков отвечал, понимая, что откровенность в этом деле играет наиважнейшую роль.

— … теперь мы пытаемся как-то пройти через это, склеить отношения, но не очень-то выходит… — закончил Игнат и поджал губы.

— Давайте все-таки по порядку, — предложил Владлен. — Разберемся с первопричиной…

— Да нет тут никакой первопричины! — возмутился Игнат громко. — Разве только постоянные разлуки… Я месяцами колесил по командировкам, корпел над проектом в Иркутске. Это, конечно, повлияло. Но это была вынужденная мера, ведь я должен был кормить семью…

— Что значит вынужденная мера? — спросил Владлен. — Кто-то насильно заставил вас это делать, или вы все-таки сами на это согласились?

— Ну не прям насильно, но это был единственный способ зарабатывать достаточно…

— Всё, что вы зарабатывали, вы тратили на семью? — так же невозмутимо спросил Кошкановский.

— Нет, конечно, — покачал головой Игнат. — Откладывал, точнее, вкладывал, а какое это имеет значение?

— Вот видите, — Владлен слегка подался вперед, — получается, ваша семья не нуждалась в таком высоком заработке.

— Но ведь я строил карьеру… — развел руками Игнат.

— А как вы считаете, ваша семья любила бы вас меньше, если бы вы занимали более низкую должность?

— Нет, но…

— То есть… — качнул головой Владлен, — получается, что вы были совсем не против этих командировок…

— Да если бы я от них отказался, — возмутился Игнат, — я бы в лучшем случае трудился в какой-нибудь паршивой мелкой фирме внештатным архитектором за три копейки!

Кошкановский пару раз кашлянул и продолжил:

— Краснодар — город, в котором проживает более миллиона человек. Скажите, пожалуйста, по-вашему, они все работают на паршивых работах?

— К чему вы ведете, доктор? — нахмурился Волков.

— К тому, что эти командировки нужны были вам, а не вашей семье.

— Да, наверное… — протянул Игнат после паузы. Поставил локоть на ручку дивана, подпер подбородок рукой.

— Хорошо, — кивнул доктор. — А кроме командировок был ли еще какой-то триггер, заставивший вас посмотреть по сторонам? Может быть, вас что-то не устраивало в браке? Ваша жена что-то делала не так?

Игнат закашлялся, покосился на жену. Та сидела ровно в той же позе, что и пятнадцать минут назад. Сложила руки на коленях, как пятиклассница. Спина прямая, грудь вперед. А злосчастный светильник усиленно освещал то, что пряталось у нее в декольте, видимо, даже испытывал от этого удовольствие.

Волков проследил за взглядом доктора. Так и есть, периодически задерживается на злосчастном вырезе, хотя, может, Игнат и ошибается в выводах. Шкет был такого подходящего роста, что бюст Даши находился аккурат на уровне его глаз. В любом случае, настроения это открытие не прибавило.

— До этого инцидента у нас были идеальные отношения! — заверил он доктора.

— Так разве бывает? — поднял бровь Кошкановский. — Вы не спешите с ответом, подумайте!

— Ну, разве что одна малость… — начал было Игнат и запнулся на полуслове. Боковым зрением заметил, как подобралась жена, даже руки в кулаки сжала. Продолжать совсем расхотелось.