Сезон расплаты - Юлия Динэра

Полицейский участок находится в трех кварталах от моего дома, запихиваю коробку в карман и еду туда. На входе меня встречает дежурный.

«Тик-так, тик-так, у тебя есть час»

Иди к черту.

- Извините, мне нужен шериф.

- Сейчас он занят. Могу чем-то помочь?

- Может быть помощник? Это важно. – Я на взводе и парень видит это. – Мне подложили наркотики.

- Одну минутку. – Он набирает комбинацию цифр на своей рации. – Дежурный Рассел, здесь девушка. Как Ваше имя?

- Луиза Хейл.

- Луиза Хейл утверждает, что ей подложили наркотики. Хорошо. Я понял. Пройдемте со мной, мисс Хейл. – Парень ведет меня по длинному коридору, стучит два раза в стеклянную, завешенную жалюзи дверь. Я прохожу вперед, напротив, за столом сидит женщина в форме, на вид ей около пятидесяти, лицо кажется знакомым, и она очевидно меня тоже знает.

- Присаживайтесь.

Достаю из кармана коробку и кладу на стол.

- Это я нашла под воротами своего дома.

Женщина берет коробку в руки, рассматривает.

- Вы раскрывали ее? Знаете, что внутри?

- Конечно. Что-то похожее на героин.

- Откуда я могу знать, что это не Ваше?

- Вы серьезно? Думаете, я бы пришла сюда?

- Я отдам это на экспертизу. Знаете, кто принес это?

Издевается?

- Нет.

- Оставьте свой номер телефона дежурному, Вас вызовут, когда все будет готово.

- Я подожду здесь.

- Это может занять больше часа. Много работы. – Она даже не смотрит на меня, перебирает какие-то разноцветные папки.

- Я подожду здесь. – Повторяю я.

Женщина, наконец, поднимает голову и, прищурив глаз, смотрит на меня.

- Хорошо. В зале ожидания.

Выхожу в коридор, теперь это называется зал ожидания? Присаживаюсь, нервно дергая ногой, жду, пока меня вызовут. Прошло больше часа и, я даже успела немного придремать.

- Луиза Хейл. – Дверь открывается и женщина приглашает меня войти, пока я полностью просыпаюсь, успеваю заметить в дверях участка двоих копов и Гарри Стэнфилда, которого они ведут. Я подскакиваю, он тоже меня замечает.

- Что случилось? – Пищу я. Стук сердца отдает в висках

- Луиза? Позвони Кэтрин, пожалуйста, скажи ей, что я в участке.

- Иди! – Рычит офицер.

- Черт, это какое-то недоразумение, ребят!

Второй заламывает ему руки.

- Мисс Хейл!

Я возвращаюсь в кабинет помощника шерифа, она садится задницей на стол и складывает руки перед собой.

- Что случилось с тем парнем? – Спрашиваю я.

- То что, ты принесла мне сюда, не героин.

- Нет? – Хмурюсь.

- Нет. Это даже не наркотики.

Как не наркотики?

- Это гидрокарбонат натрия. Кто-то пошутил над тобой. А вот тот парень, Гарри Стэнфилд он задержан с таким же пакетом, только содержащим более серьезное вещество. Вы свободны, мисс Хейл. Выбирайте круг общения, чтобы подобных шуток больше не было, Вы отняли и мое и свое время.

То есть это был не героин? А Гарри? Ох, черт, черт, черт! Это что шутка?

«Тик-так, тик-так, время вышло. Ты провалила задание, но я выполнил его за тебя»

Выбегаю из участка, не могу поверить в то, что только произошло. Это была сода, то есть обычная пищевая сода? А Гарри, его забрали просто так? И те пакеты, которые были у Ника? Внезапная мысль приходит мне в голову. Я подставила Гарри, сама того не ожидая. Мне нужно было подложить ему пакет с карбонатом натрия и все? А теперь какой-то ублюдок отправит его за решетку. Это моя вина. То есть, если бы я сделала это, я бы отвернула от себя Гарри и все? Полиция нашла бы эту пустышку и все? Я чертова дура.

Ищу номер Кэтрин, звоню.

- Ох. – Пафосно вздыхает она. – Не говори, что это снова ты.

- Кэтрин, Гарри, он в полиции.

- Что?

- Я видела его в участке, помощник шерифа говорит, что это наркотики.

- Это невозможно. – Она как-то нервно хихикает. – Что ты сделала, идиотка?

- Ничего! Он попросил позвонить тебе. Я попрошу у родителей адвоката, ладно? Не создавай панику.

Даже если я самостоятельно ничего не подкладывала, я чувствую за собой вину, я не могу позволить этому парню угодить за решетку.

«Ты провалила задание, последнее будет жестче, чем я планировал»

Гори в аду, урод!

Возвращаюсь домой.

- Карен! Кто-нибудь есть дома?

Папа выходит из кабинета.

- Почему ты снова не на ферме?

- Пап, мне нужен адвокат.

Его глаза округляются, мама появляется из гостиной и испуганно хлопает глазами, чашка из ее руки падает на пол, я вздрагиваю.

- Нет, не мне. Пап, нужен адвокат. Это Гарри Стэнфилд он в беде.

Мать выдыхает, Карен бежит с тряпкой, чтобы вытереть с пола, разлитый кофе.

- Пап.

- Даже не продолжай. Это не обсуждается. Я, по-твоему, похож на того, кто занимается благотворительностью?

- Я знаю, у тебя есть знакомые адвокаты. Вышло недоразумение..

- О, конечно, ты знаешь.

- Не убийство, я надеюсь. – Мама до сих пор напугана.

- Наркотики. – Тихо говорю я. – Но это не его, я знаю, точно! Он мой друг.

- Генри.

- Нет. Он не ее друг, Шейла.

- Пожалуйста.

- Завтра ты возвращаешься на ферму, поняла? – После этого отец закрывается в кабинете, и даже слушать меня не хочет. Я иду в свою комнату.

- Я поговорю с ним. – Кричит мать вслед. Будто он ее послушает.

Падаю на кровать, не могу сообразить, что произошло, не могу отмыть себя от вины застрявшей внутри, не могу избавиться от желания рассказать все Нику, а затем спрятаться в его объятиях. Я хочу убить того, кто делает это со мной, кто сделал это с Гарри.

Глава 22

- Парню грозит срок. – Это все, что сказал отец, когда вернулся вечером домой, он бросил на диван свой пиджак и уставился в вечерние новости, которые обычно никто в семье не смотрит. Что-то беспокоило его.

- Ты можешь помочь? – Спрашиваю я.

- Аделаида работает над этим, пока нет доказательств, что наркота не его, но плюс в том, что экспертиза в тот день не обнаружила в его крови посторонних веществ, в этом он чист.

Аделаида, мой адвокат, я помню эту женщину, она выбивала из меня дерьмо целый месяц, а то и больше. Я должна поговорить с Кэтрин, уже прошло четыре дня, и никому неизвестно, что происходит с Гарри. Звонить не стану, беру машину и еду в дом Стэнфилдов. Дверь открывает их пожилая экономка Дорети. Родителей нет, должно быть как всегда в командировках, и скорее всего понятия, не имеют, что с их сыном. Нахожу Кэтрин в ее комнате, она лежит на большой кровати, обняв себя за ноги, тихо рыдает, не помню, когда в последний раз видела ее в таком состоянии. Никогда. Сажусь на край кровати.