Начало всех начал - Тина Вальен

– Наш человек, со второго раза, но обаял, – заявил Феликс.

Но это было ещё не всё. Выступила Ксения.

– Я, мужчина мой, кладу в костёр нашей любви свеженькое образование, модельный бизнес только потому, что только ты смог покорить моё сердце, и только от тебя я хочу красивых и здоровых детей. Ради будущих ангелов я согласна спонсировать все твои проекты!

«Ну и хватка, – подумала я. – Всё-таки не удержалась и похвасталась состоянием».

– Не надо строить новых иллюзий, не расставшись со старыми, – философски изрёк Феликс. – Продолжим испытания. Юноша, вы знали, сколько лет объекту массажа? Глаз не опускать! У нас строгие законы: взял за руку – женись!

Ещё вопрос, кто кого соблазнил, я решила остановить эту игру:

– Юра, ты уверен в том, что любишь Ксению? У тебя есть время подумать до приезда её отца. О спонсировании она пошутила. На что вы будете жить?

– Я учусь и хорошо зарабатываю. Копил на машину, но теперь купим комнату, – он обратился к Ксении. – Ты согласна стать моей женой?

Ксюша незаметно подмигнула мне и обняла своего избранника:

– Согласна.

– Разрешите нам, друзьям, объявить помолвку состоявшейся и пожелать достойно встретить надвигающиеся испытания вашей любви, – заявил Феликс и расцеловал молодых.

– Желаю счастья, – я обняла обоих, не осознавая до конца серьёзности происходящего.

Эрудит не замедлил вкатить уже сервированный столик с конфетами и шампанским. Наша миссия была закончена, и мы с преогромным удовольствием покинули переполненный страстями и интригами дом.

– Маленькая птичка, а с такой лёгкостью раскрутила нас на весь этот балаган. Удивительно, но мы уже неделю ходим строем под её командованием, – заметил, уходя, Феликс.

– Прелестное существо, и ума не занимать. Вот увидишь, она победит. А балаган… ей просто скучно без него, времени свободного хватает с лихвой на все шалости, а что ещё делать? Работать? Этот недуг ей не знаком. Когда мы вылетаем? – сменила я тему.

– Так ты решилась? Это явное влияние Ксюшиного легкомыслия. Даже мне захотелось сделать тебе предложение и добавить к рубину шейха своё скромное обручальное колечко и улететь в свадебный круиз, хотя бы понарошку. О Серёже ты молчишь. Я не из любопытных, всякое бывает в семейной жизни. Поедешь с нами, отвлечёшься от проблем. Визу я вам обеим сделаю сам, дай мне только российский паспорт.

– Спасибо, Феликс. Всё будет хорошо.

– Ты стала другой…

– И ты это заметил, предложив мне новый образ. Как ты догадался о моей детской мечте? Допустим, «Весну» сделало, в основном, платье, – рассудила я.

– Счастье, поэтому я так и назвал, несмотря на то, что снимал летом, – поправил Феликс.

– А в новом образе ты соединил меня с мечтой…

– Не надо дробить образ и одежду. Я сразу вижу всё целиком. Надо было просто заглянуть в твои глаза – там бездна… ты на краю её… я хочу просто помочь.

Мы заехали в тихое кафе в подвальчике. За разговором время пролетело незаметно.

– Так ты не отказываешься от моей руки? – спросил Феликс, провожая до двери моей квартиры. – Заметь, только руки: для Данко я ещё не созрел.

– Я уже две недели бесстыдно опираюсь на неё, разве не заметно? А сердце побереги. Когда-нибудь оно само выскочит навстречу любимой женщине и тебя не спросит.

В два часа ночи меня разбудил звонок. Я уже не удивилась.

– Женя, что было! Я говорю из ванны. Отец рвал и метал, метал и рвал!

– Надеюсь, не фото? … – уточнила я. – Их жалко.

– Да не фото! Сначала они с Роботом вошли в холл и всё увидели, потом вышла я с денди, и у них отвисла челюсть. А когда я по-светски представила его со всеми регалиями, то отец смеялся целый час и потом сообщил, что так ловко выстроенный шантаж не пройдёт, пока он не поговорит с глазу на глаз с претендентом. Больше всего меня поразил Робот. Он был бледен как смерть, выпил один почти бутылку водки и исчез.

– Уплыла рыбка, а ты говорила, что он равнодушен к затее отца – вас поженить.

– Я в этом уверена! Для меня его поведение загадка. Потом Юра с отцом вышли, и я настроилась на смертный бой, но папа неожиданно сказал:

– Успокойся, мне Юра понравился. Забавны и фото. Неужели они проложили тебе путь на подиум?

Я почти всё рассказала папе. Теперь он уверен, что я не пропаду без него.

– Представляешь, отпускает нас в круиз вместе с Юрой, который возьмёт отпуск. А потом назначит день свадьбы. Твои фото произвели на папу неизгладимое впечатление. Я сообщила, что ты кандидат педагогических наук и что ты была всё время рядом со мной. Он готовит тебе подарок и хочет лично пожать твою прелестную мужественную ручку. Так пышно он давно не выражался. О поиске работы забудь!

– Узнаю вашего отца и не перестаю им восхищаться, – расшаркалась и я. – Как Оля? – остановила я поток дальнейшего словоизвержения.

– Дома всё хорошо, а у папы с Роботом новый проект. За две недели папин любимец завершил какие-то важные переговоры. Неужели он превращается в человека? Он никогда не пил! Короче, собираем чемоданы.

Мы пожелали друг другу спокойной ночи.

Перед самым вылетом я позвонила Киру Ниловичу и сообщила, что вернусь через месяц, тогда и увижу Любу и Женьку. Он застонал:

– Женя, а как же компьютеры?

– Если спонсор не позвонит до моего возвращения, тогда я сама их куплю и отвезу. Мне обещано богатство, – утешила я его.

– И ты купилась на обещание? Москва кишит аферистами, я предупреждал!

В трубке раздался голос Тотоши:

– Не слушай старика, детка. Не упускай такую удачу! Ты не верила в чудо, а оно свершилось. Уезжай и ни о чём не беспокойся!

– Спасибо. Не болейте. Я буду звонить!

Ещё я отправила второе письмо родителям, в котором сообщила, что уезжаю в командировку и в Москве буду не раньше середины сентября, отвоёвывая себе время от расправы. В первом я сообщила, что прилетела в Москву на короткий срок, только похоронить бабушку. Тогда они всё-таки позвонили на домашний телефон… плакали… рвались приехать ко мне. Я с трудом убедила их пока не приезжать.

– Почему, доченька? – маму не могли убедить никакие аргументы с моей стороны.

Почему? Да потому, что при встрече может открыться правда, которую я так долго от них скрывала и которая их огорчит. Пусть лучше живут в счастливом неведении…

– Мамочка, вам лучше приехать, когда мы вернёмся окончательно в Москву. Приедете в гости сразу на месяц, и тогда устроим настоящий праздник встречи.

Положив трубку, я расплакалась. Какой настоящий праздник?! Ничего я им не устрою, кроме горьких разочарований.

С Геной я теперь связывалась каждый вечер по интернету и была в курсе всех событий, происходящих в интернате, что волновало больше всего. Гена каждый раз уверял, что причин для волнения нет: всё прекрасно. Но я чувствовала, что он затевает какую-то интригу, касающуюся меня. Что такое ещё он мог придумать? Было открыто уголовное дело по факту покушения на убийство, оно разрасталось как снежный ком, но фигуранты не оглашались в интересах дела. Что значит намёк: его «агенты влияния» – так он звал своих журналистов – работают исключительно на меня. Зачем, если меня там нет?