Грешный для (С)нежной - Ирэна Солар

Встав с жесткой лавочки и взяв свою сумочку я буквально в два прыжка догнала Ларису и попросила ее остановиться.

— Ларис, может, поговорим?

Я внимательно посмотрела на нее и увидела перед собой несчастную женщину с бледным лицом и темными кругами под глазами.

Думаю, и я выглядела не лучшим образом. Мы с ней были даже в чем-то похожи. Обе беременные и обе не замужем. Какая ирония!

Я прекрасно видела, что она не хотела разговаривать со мной. Но чувствовала, что нам просто необходимо поговорить. Другой вопрос как мне этого добиться?

Я оглядела ее с ног до головы и покачала головой от досады.

Лариса до беременности была стройной девушкой, всего на два года старше меня. Довольно высокого роста. С короткой стрижкой, миловидными чертами лица и красивыми серыми глазами. Я не спрашивала ее про личную жизнь, так как мы с ней не особо дружили. Но все же я старалась со всеми находить общий язык и даже с ней. Хотя я нередко чувствовала ее отчужденность и не понимала причины.

Сейчас же она напоминала огромную бочку с отекшими ногами и припухшим носом. Беременность изменила ее.

Она попыталась отмахнуться от меня как от мухи, но у нее ничего не вышло.

— Что ты хочешь, Чижик! — грубо сказала она и попыталась снова меня обойти в надежде, что я всё же оставлю её в покое.

Находясь в узком коридоре среди большого количества посетительниц консультации не слишком удобно было вести личные беседы, но я чувствовала, что другого шанса может больше и не представиться.

— Тебе не кажется, что глупо так себя вести? — раздраженно заметила я — Мы же взрослые люди!

Стоя перед дверью врача-гинеколога Лариса резко повернулась ко мне.

На ее лице я увидела всю гамму чувств, начиная от ненависти и заканчивая страхом и недоверием.

— Что ты вообще тут забыла? — гневно вскрикнула она и всплеснула руками. — Сейчас принимают только беременных!

Потом в ужасе посмотрела на меня и прикрыла рот рукой.

— О, нет! И ты тоже?

У меня от смущения покраснели щеки, но я не отвела взгляд, а решительно посмотрела на нее, вынуждая, идти со мной на контакт. Не подтверждая и не опровергая ее предположение.

Ее лицо в миг стало каменным и неожиданно для себя я увидела в ее глазах горькие слезы. Я решила подойти к ней ближе и взяла ее за руку.

Рядом возле стены стояла лавочка и я повела ее сесть на свободное место, а усадив присела рядом с ней.

Все-таки у нее довольно приличный срок и я боялась, что ей может стать плохо.

— Ларис, ну ты чего? — сказала я, утешая ее. — Я ведь просто хотела поговорить!

Я гладила ее по спине, пока она рыдала у меня на плече сидя на жесткой лавочке. Затем перестав плакать, она посмотрела на меня, и в ее глазах отразилась сталь.

— Вот же гад! — сказала она с большой злостью.

Потом снова посмотрела на меня и стала истерично хохотать.

Я находилась в состоянии шока, не понимая то ли гормоны у нее разыгрались то ли крыша поехала. Но я продолжила сидеть, наблюдая настоящую истерику, в надежде найти ответы на свои вопросы. Так как Лариса имела связи во всех отделах и знала все что, творилась в моей бывшей компании.

У меня с собой была бутылка воды и я заботливо протянула ее ей, аккуратно достав из сумочки.

— Попей воды, тебе нужно успокоиться.

Она взяла воду дрожащими руками и сделав пару глотков немного успокоилась.

Рядом с нами прошла медсестра и я учуяла резкий запах нашатыря. Голова закружилась и я, прикрыв на секунду глаза потерла пальцами виски.

Словно со стороны я услышала тихий голос Ларисы.

— Ты знаешь, я ведь тебя ненавидела! — произнесла она сквозь слёзы и уставилась в пустоту, погрузившись в свои мысли. — Я думала, что это ты стоишь между нами. И я сделала всё, чтобы убрать тебя из компании.

Слушая ее я от удивления раскрыла рот. Это розыгрыш или чья-то глупая шутка?

— Ларис, ты сейчас, о чем говоришь?

Она посмотрела мне прямо в глаза, и усмехнувшись решила признаться во всех своих прегрешениях.

— Это я распускала недобрые сплетни о тебе. А еще я настраивала против тебя Бориса Евгеньевича. Потом поразмыслив немного произнесла — Я рада, что наконец призналась во всем, даже легче немного стало. Ее слова были наполнены болью и грустью.

— Вот это откровения! — я натянуто улыбнулась «прибитая к полу» ее чистосердечным признанием.

Время как будто остановилось, и я вспоминала некоторые моменты, на которые старалась не обращать внимание находясь на работе. Например, глупые шуточки некоторых коллег или на пренебрежительное отношение своего начальника. Оказывается, все это было не случайно, а спровоцировано чьим-то злым умыслом. И теперь я поняла чьим.

— Я конечно рада, что ты решила мне во всём этом, признаться. Но в чём собственно я перед тобой виновата? — недоуменно уставилась я на нее и поправила очки на своей переносице.

Она в бешенстве швырнула в меня бутылку с водой, и та отскочив закатилась под стоящий в левом углу шкаф.

— И ты еще спрашиваешь? — резко вскочив с лавочки прокричала она.

Мои глаза в этот момент были похожи на два больших яблока.

Ну просто театр абсурда какой-то!

Я отодвинулась от нее от греха подальше, а то еще кинется не дай бог в приступе бешенства. Сумасшедшая женщина!

Лариса тем временем с пеной у рта и капая слюной от сочившегося яда, своими словами убила меня наповал.

— Потому что ты трахалась с отцом моего ребенка! — прохрипела она и схватилась за огромный живот. Потом громко охнула и отвернувшись от меня осела на лавочку слабо откинув голову на окрашенную в белый цвет стену.

— Что? — удивленно воскликнула я и выронила сумку из рук, которая с грохотом упала на грязный пол женской консультации.

Сидевшие рядом женщины разом притихли и с любопытством посмотрели на нас предвкушая участие на первом канале в ток-шоу «Пусть говорят» с Дмитрием Борисовым.

Ну уж нет. Цирк уехал, а клоуны разбежались! Занавес!