Босс без совести - Марина Весенняя

– Ты пила? – Голос Ворошилова звучал несколько насмешливо.

А что тут смешного?

– Нет, – силы быстро покидали меня, все уходило на бессмысленное сопротивление.

– Ты уверена?

– Я бы поела. – Если чуть принюхаться, можно было уловить запах докторской колбасы, исходивший от Ника.

На несколько секунд в квартире повисла тишина. Я перестала пытаться вырваться из крепкой хватки, и Ник чуть ослабил свои объятия.

– Что ты делаешь в моей квартире? – повторила главный вопрос вечера.

Главный, если не считать того, что произошло в спа-салоне.

– Ем.

Так себе ответик.

– Как ты вообще сюда попал?

– Сделал ключ, – без единой эмоции отозвался Никита. Я была прижата ухом к его груди, и его голос звучал особенно приятно. – У тебя в тумбочке лежал запасной комплект.

Кажется, я выжата, словно губка. Сил злиться или удивляться просто не осталось.

– Успокоилась? – полюбопытствовал Никита, все еще не отпуская меня.

Не то чтобы я пыталась вырваться, нет. Уже нет. Хотя объятия были слабые. Я бы даже сказала, уютные. Просто я не чувствовала себя пленницей в этих здоровенных лапищах, но четко ощущала крепкое плечо, в котором сейчас нуждалась. Конечно, я бы предпочла чье-то другое плечо. Но за неимением вариантов Волк тоже сойдет.

– Вроде того, – хлюпнула я носом, чувствуя, что совсем расклеилась. Встреча с Максом знатно выбила меня из колеи, проникновение Никиты в квартиру добило окончательно.

– Отлично. А то в таком состоянии ты мне не особо нравишься, – буркнул угрюмо Ворошилов.

– Я тебе вообще не нравлюсь, забыл? – напомнила я здоровяку, чтобы он, чего доброго, не вставал на скользкую дорожку, как я с Максом.

Я повернула голову, а то щека уже затекла.

– Ты что, купил мне диван? – нахмурилась я, внимательно вглядываясь в диван, который очень напоминал мой старый, но им не являлся.

– Это такой же точно диван. – Ворошилов убрал руки, как только я отстранилась от него. – Только чуть длиннее. Я на том не помещался.

Глаза у меня округлились, я перевела взгляд на Никиту.

– Ты не будешь здесь спать, – процедила я максимально медленно, чтобы до него наверняка дошло.

А то, может, у меня с дикцией проблемы, раз меня никак не понимают?

Хотя кого я обманываю? Ежику понятно, что меня попросту игнорируют.

– Значит, считай, что ты просто обзавелась новым диваном. Поздравляю, – Никита улыбнулся, на его щеках проступили ямочки.

– Мне нравился мой прошлый, – сделала я замечание и направилась в сторону кухни. Мне нужна вода. Желательно холодная. И поесть. Желудок сводило настолько, что, кажется, я готова была съесть слоненка. – Этот… огромный.

– Ну иногда размер имеет значение. – Ворошилов последовал за мной. – Знаешь, вроде девушкам большой нравится. Кстати, натуральная кожа.

Очень умно.

– Знаешь что, мой большой кожаный друг? – Я остановилась напротив ванной. – Фишка не в размере. А в умении использовать. Был бы хорошим мальчиком, спал бы на кровати.

Стоило Нику поднять одну бровь, как я осознала сказанное. Пришлось поспешно добавить:

– У себя дома. Это что?

На кухонном столе стояла ваза с букетом цветов.

– Ты что, пытаешься быть милым? – встревожилась я.

Я присмотрелась – нет, ваза тоже не моя. Диван, букет, ваза. Список подарков стремительно растет.

– Не надо, пожалуйста, – взмолилась я. – Все это пугает даже больше, чем ты сам.

Никита усмехнулся, прошел мимо меня и сел на подоконник.

– Это не я. А ты.

– Не поняла?

– Очаровала Максима, он вчера вернулся на взводе. Велел мне сменить тактику и перестать обижать девочку Гелю, невинную ромашку.

А Ворошилов-старший вот прям взял и послушался.

Напоминание о Максиме только подлило лишнюю ложку дегтя в мое поганое настроение.

– А ты как считаешь?.. – обратилась я к Волку, открывая холодильник и доставая остатки колбасы.

А был, между прочим, целый батон докторской. И уже почти кончился. Этот зверюга давно пришел, раз так успел подъесть мои запасы. Опять.

– А я считаю тебя ведьмой. – Никита опять дурачился. А я без стеснения откусила колбасу прямо от батона, не задумываясь, как это выглядит. – Даже интересно, что ты сделала с Максимом, что он так завелся.

– Поверь, дорогой, – сказала я, едва успев прожевать (черт возьми, в жизни не ела ничего вкуснее!), – не настолько интересно то, что я с ним сделала. И, если ты узнаешь, уж точно не захочешь, чтобы я повторила это на тебе.

Отложив колбасу на стол, пошла к подвесным шкафчикам, хорошо помня, что у меня где-то там были спрятаны чипсы и шоколадные батончики. Обыскав первый шкафчик, до второго добраться не успела – Никита перехватил меня за руку и притянул к себе.

– Посмотри на меня, – велел он жестко. – Ты уверена, что с тобой все в порядке? Ты странно ведешь себя. И выглядишь подозрительно.

О, вот он – мастер комплиментов.

– Нет, чтобы сказать хоть что-нибудь, чтобы показаться чуть лучше, чем ты есть? – Я легонько ударила Волка по кончику носа указательным пальцем. Считай, погладила.

– А если я не хочу нравиться?

Приблизилась к Никите, обняла его лицо.

Такой большой и такой глупый.

– Есть огромная разница между притворяться кем-то другим и не выпячивать свои худшие стороны, милый.

– Могу с этим поспорить.

– Можешь, – погладила я Ника по щеке. Стоит признать, у него красивые глаза. И не такие злые, если присмотреться. – А можешь повзрослеть. И подумать вот о чем. Одного не очень трезвого молодого человека, который искренне улыбался, пытался вытащить меня из лифта и доказывал, что умеет жонглировать, я поцеловала. Сама, несмотря на все его долбаные минусы. А вот самоуверенный хам получил от меня удар ножом. Ни на что не намекаю, но…

– Не намекаешь? – Никита слабо улыбнулся. – А по-моему, кто-то только что сказала, что готов меня целовать.

– А ты, как всегда, услышал только то, что захотел, – отстранилась я с громким вздохом.

После чего испытала непреодолимое желание сесть на пол. Спиной к холодной батарее. Собственно, что и сделала.

Никита еще несколько секунд смотрел на меня сверху вниз, а после присел передо мной на корточки.

– Тебе плохо?

– Да что ты докопался до меня?! – склоняя голову набок, огрызнулась я. – Нормально все. Я была на свидании, твой брат, между прочим, умеет красиво ухаживать за девушками.