Небесные очи - Татьяна Тронина

– Вот, ты сама прекрасно понимаешь, линзы – это не выход. Кроме того, не всякий человек согласится терпеть инородное тело в глазу. Помнишь фильм «Люди X»?

– Ну да, какой-то детский фильм про мутантов...

– Актриса Холли Берри, играющая в нем девушку-мутанта, была вынуждена носить линзы белого цвета, непрозрачные. Так вот, они так натирали ей глаза, что она потом долгое время не снимала темные очки, прятала свои воспаленные глаза от людей...

– Бедняжка! – Саша уже окончательно успокоилась. – С актерами все ясно... Но обычные люди могут отказаться от цветных линз, и все!

– А женщины, которые чуть ли не каждый месяц перекрашивают свои волосы? Тоже, между прочим, не совсем безвредная процедура... – напомнил Бородин. – Разве они отказываются от краски для волос?

– Ну, ты сравнил – волосы и глаза...

– Если появится возможность изменить цвет глаз – его начнут менять все. Я имею в виду, в первую очередь, женщин. Представь себе, Сашенька: купила ты в аптеке пузыречек с лекарством, закапала в глаза, поморгала – а глаз уже небесно-синего цвета! Или изумрудно-зеленого... Причем никаких неудобств, никаких побочных ощущений – глаз живой, дышит! И тебе не надо лепить на себя дурацкие линзы – боясь ненароком занести в глаз инфекцию или царапнуть ногтем! – а потом выковыривать обратно...

– И кавалер, который просыпается наутро рядом, уже не удивляется тому, что вчера была роковая красотка с глазами-изумрудами, а сегодня – серая мышка! – подхватила Саша.

– Типичная ситуация, кстати сказать, – кивнул Бородин. – Сколько мужчин оказывались разочарованными! А теперь, представь – женщине уже ни о чем не надо беспокоиться.

– Или – я, например, решила перекраситься в блондинку, – пошла уже вразнос Саша. – А глаза-то у меня темные... Закапала капелек – и глаза голубые! Дивное сочетание цветов...

– Да, да! И наоборот – брюнетка с черными очами, этакая роковая Кармен!

– Потрясающе...

– Теперь ты меня поняла?

– Виктор... – вдруг замерла Саша. – Если ты придумаешь средство, способное без последствий менять цвет глаз, ты... ты прославишься на весь мир. И сказочно разбогатеешь!

– Не без этого... Только не думай, я не ради честолюбия и денег работаю, – медленно произнес Бородин. – Я врач, ученый. Я хочу знать, чего я стою. Азарт исследователя...

– Не надо! – Саша прикрыла ему рот ладонью. – Не оправдывайся! Я восхищаюсь тобой, Виктор.

– Правда?

– Правда... – она положила ему голову на плечо.

– Ну вот и славно... Мы во всем разобрались, обо всем поговорили. Никаких тайн больше нет.

– Никаких тайн, да... – вздохнула Саша.

– И ты будешь моей женой?

– Буду.

– Виктор...

– Да, милая?

– У тебя все получится. Ты обязательно придумаешь это свое средство для изменения цвета глаз...

– Только не забывай о конкурентах.

– Каких конкурентах?

– А производители линз, контейнеров для линз, смягчающих капель, специальных растворов... Это ж гигантская отрасль!

– Да что ты! – испугалась Саша. – Они что, могут тебе убить?!

– Фармакология – очень прибыльное дело. Ее можно с нефтяным бизнесом сравнить... А кто захочет терять прибыль?

– Виктор! Я за тебя боюсь!

– Не бойся... – засмеялся Бородин. – Главное, болтай поменьше.

– Я никому не скажу. Клянусь! Даже Лизке Акуловой...

– Верю, верю, – он поцеловал Сашу в губы. – Ну все, а теперь иди... А то я и так кучу времени потерял.

...Саша вышла из здания лаборатории спокойной, почти умиротворенной. Вздохнула. Пахло цветущими липами, солнце пробивалось сквозь листья, и блики бежали перед Сашей по асфальту, когда она шла по скверу к метро.

«Разве я могу судить маму? И Виктора тоже?.. Неизвестно, как я повела бы себя в подобной ситуации... Да и поступок отца в общем тоже понятен. Если он до безумия любил маму, то мог потерять от ревности голову. Я что, и отца уже готова оправдать? – спохватилась Саша. – Нет, нет, я никогда его не прощу... Но как-то жалко его, что ли?..»

Саша дошла до метро.

Был час обеденного перерыва – сновали люди, все столики летних кафе были заняты. «Водички бы...» – она повернула голову и уткнулась взглядом в вывеску – «Магазин музыкальных инструментов».

«Хочу новую гитару купить. Вот только денег накоплю...» – прошелестел в голове знакомый голос.

Саша решительно вошла в магазин.

– Мне нужна гитара. Самая лучшая. Вы кредитные карточки принимаете?

Через несколько минут она вышла из магазина, держа в руках чехол с гитарой. «Надо же, и кто бы мог подумать, что обыкновенная гитара может столько стоить! Но ничего, я объясню Виктору, что пришлось воспользоваться его деньгами... Он нормальный человек, он поймет. Хоть и ненавидит до сих пор моего отца... Вообще это хорошо, что мы с Виктором вменяемые, нормальные люди – можем по-человечески объясниться, договориться. Мы будем счастливы вместе. Мы будем счастливы...»

Через полчаса Саша была уже на вокзале. Еще через сорок минут – сошла с электрички на знакомый перрон.

Долгий путь по разбитой дороге – ни одного деревца, солнце печет немилосердно. Завод. Водонапорная башня. Барак. Теперь Саша точно знала, куда надо идти...

Поднялась по вонючей лестнице, постучала в дверь.

– Войдите, – отозвался равнодушный голос.

subtПрошлое

Начало 1945 года. Линия фронта неумолимо приближалась. Русские стремительно двигались на Европу, и теперь наступил черед гитлеровцев отходить.

В концлагере, где Артур помогал Йозефу Менгеле (среди заключенных его прозвали – «Доктор Смерть»), постепенно нарастало беспокойство. Насколько узники ждали освобождения, настолько хозяева лагеря боялись прихода Красной армии...

Артур, засыпая, слышал грохот разрывающихся снарядов – и с каждой ночью он становился все отчетливей.

Однажды утром Артур проснулся, и у него возникло впечатление, что бои идут уже непосредственно перед воротами лагеря. Даже представить, что русские сделают с ним, с Артуром, было страшно...

С ним, единственным и неповторимым!

Артур кое-как оделся и бросился к доктору Менгеле. В коридоре столкнулся с возбужденными, торопящимися куда-то эсэсовцами. Они оттолкнули Артура, пробежали мимо. Без стука ворвался в кабинет шефа.

– Герр Менгеле!

– А, Артур, это вы... – Доктор Смерть стоял у стола, заваленного бумагами. Поверх бумаг лежала огромная, очень толстая тетрадь в обложке из черной кожи. Артур знал – в нее доктор записывал результаты всех своих экспериментов, систематизировал собранный материал.