Тоннель желаний - Анна Яковлева

Ленка не соврала.

Рыбак был могуч, вонюч (аромат убойного парфюма шлейфом следовал за Анохиным и в считаные секунды распространился по всему двору) и волосат (бородат), к тому же экономно цедил слова. Представить, что с таким можно о чем-то договариваться, не хватало воображения.

Джип, на котором Анохин подкатил к Ленкиному дому, был под стать хозяину: такой же мрачный и могучий – «хаммер».

– Это ваше? – прогудел рыбак и ткнул пальцем-сосиской в скамейку, на которой темнело два пятна. Тут он рассмотрел Таисию.

– Утро доброе. – Таська не столько увидела, сколько почувствовала на себе острый взгляд.

Сонная, взъерошенная, она ощущала себя бесформенной кучей в куртке с чужого плеча, поэтому улыбка получилась жалкой.

– Доброе утро.

– Наше, – бодро поддакнула Ленка, отвечая на вопрос о рюкзаке. Не без удовольствия Таська отметила, что подруга тоже чувствует себя слегка пришибленной, хоть и хорохорится перед рыбаком.

– Грузитесь, а то и так опаздываем. – Подхватив рюкзак, Анохин скрылся за машиной.

Дивясь, как можно опоздать забросить удочку в воду, Таська через стекло заглянула в салон – на заднем сиденье просматривалась тощая мужская фигура маргинального вида. Впереди, рядом с водителем, место тоже было занято.

От страха у Таськи подогнулись колени.

Пока она в панике соображала, как отвертеться от прогулки на природу с тремя незнакомцами, задняя дверь распахнулась, и из нее вырвалось облако перегара.

– Садитесь, девушки, не стесняйтесь. – Голос был молодой и задиристый.

– Спасибо, – все так же нарочито бодро откликнулась Ленка и подтолкнула Таську к «хаммеру».

Таська попятилась и приготовилась отказаться от выпавшей ей чести, но Ленка, бестия, поймала ее за пустой рукав и подтянула к себе.

– Не тупи, – шикнула она, – больше такого шанса может не быть. Сейчас или никогда.

Проклиная все на свете, Таська поднялась на ступеньку, юркнула в салон и осторожно примостила задницу на кожаное сиденье рядом с тощим хмырем.

Устроившись за рулем, Анохин похлопал по плечу пассажира рядом:

– Это Боря Захарьин, мой помощник, а это мой друг Гена Перетолчин. – Он показал затылком назад.

Сила и спокойствие, исходившие от этого затылка, подействовали на Таську успокаивающе, и она решила повременить с обмороком.

Пытаясь рассмотреть столичную гостью при ночном освещении, Боря оглянулся назад, чуть не свернув шею, а Гена сунул Таське шершавую ладонь:

– Боря – это я.

– Меня все знают, – спохватилась Ленка, – а это моя подруга и жена Егора Бинча, Таисия Бинч.

– Можно Тася, – бесцветным голосом прошелестела Таська.

– Как первые впечатления от острова? – проявил вежливый интерес Гена. Запах перегара усилился.

– Нормально, – промямлила Таська. В чужой компании она всегда чувствовала себя неловко и по большей части молчала.

– Мы еще нигде не были, – полезла с объяснениями Ленка, – я в магазине с утра до вечера – у меня неприятности, а Таисия отдыхала после перелета.

– А, ну да. Слышали, слышали. Перелет был трудным. Градус надо повышать, а не понижать, – мерзко хохотнул Гена, и у Таськи мгновенно загорелись щеки. Ленка-змея успела насплетничать.

– Ничего вы не угадали. – Стараясь держаться подальше от Гены, Таська подалась вперед, придвинулась к разъему между передними сиденьями. – Я спала в самолете.

Ночь как будто загустела, только мелькали фары редких встречных машин.

– За водой сейчас заедем, – пробасил Анохин, – и все – на финишную прямую.

Все надолго замолчали.

Незаметно выглянул край неба, занавешенный тучами, в салон вполз ленивый рассвет. Таська воровато оглянулась на похрапывающего соседа.

Вытянутое узкое Генино лицо украшал длинный искривленный нос, седая суточная щетина выглядела неухоженной, но вполне безопасной.

Двухполосная дорога летела навстречу – пустынная и продуваемая.

Таську разморило, она привалилась к Ленке и тоже задремала. Сквозь дрему слышала, как Ленка спросила:

– Коль, а куда едем?

– На озера, кажись, – вместо Анохина неуверенно ответил Борис, и Таське почудился отголосок спора за выбор места рыбалки.

– На какое?

– А вот сейчас и решим, куда податься, – встрепенулся и завозился рядом с Таськой длинноносый Гена, – на Тунайчу или на Буссе.

– Давайте на Тунайчу, – загорелась Ленка, – я была там года два назад – фантастическое место.

Джип сбросил скорость, Таська выпрямилась и потерла занемевшую шею.

– А почему не на море? – спросила она, чтобы что-то спросить.

– А зачем нам море? На озере рыбалка интересней.

– А что ловить будем?

– А все, что будет ловиться.

Таська почувствовала себя полной дурой и заткнулась.

Анохин подрулил к домику с фанерной вывеской «Продукты», троица вывалила из машины, впустив в салон утренний стылый воздух, протопала по ступенькам в магазинчик и скрылась из вида.

– Придурки, – обиженно пробормотала Таська.

Ленка толкнула ее локтем в бок:

– Не дуйся. Ребята так шутят.

– Да пошли они.

– Э, – окоротила подругу Ленка, – ответ неверный. Это не ты им нужна, а они тебе. Это не они к тебе прилетели, а ты к ним.

В каждом Ленкином слове присутствовала голая обидная правда, и Таська испытала острую потребность пожаловаться.

– Такое чувство, будто я им навязываюсь.

– Так и есть. Здесь полно таких, как ты, перекупщиков.

– Если я им совсем не нужна, зачем мы встречаемся?

Ответить Ленка не успела – в дверях магазинчика возникли мужчины. Каждый тащил перед собой ящик пива.

Таська хрюкнула.

Устроив ящики в багажник, спутники расселись по местам, и джип мягко тронулся.

Борис протянул девушкам бутылку:

– Пиво будете?

Таська покачала головой: ее и так не привлекала поездка, а с полным мочевым пузырем она превратится в кошмар.

– Дай глотну, – не отказалась Ленка.

– Ну, вперед и с песней! – радовался жизни Гена.

– По местам стоять, с якоря сниматься, – вторил Борис.

Они еще что-то выкрикивали, такое же дежурно-оптимистичное, но Таська не слушала – она с тоской думала, что уже сутки торчит на острове, а к делу еще не подступилась и не представляет, как это сделать.

В отличие от рыбаков, озеро Тунайча влюбляло в себя с первого взгляда.