Свидание за доллар - Диана Рейдо

А если журналистишка прав, и компания Сильвера благодаря правильно выбранному вектору деятельности начнет процветать, то Джонатану недолго будет и угодить в «любимчики» прессы. Завидный жених, богатый наследник, успешный бизнесмен…

Тогда у него уже не выйдет безнаказанно морочить людям головы. Вряд ли у Джонатана получится впредь в подобных ситуациях сохранять инкогнито. И поделом ему.

Тут Роджер кое-что припомнил.

И выругался. Вслух.

Позвольте-ка, ведь он представился Джонатану, когда «нанимал» его вскружить голову бывшей любовнице!

И Джонатан узнал его. Он упомянул его прозвище.

«Ну, – хмыкнул он тогда, – я читаю газеты… Когда те попадаются…»

Но во многих ли газетах упоминается его прозвище? «Веселый Роджер».

Скорее всего, кто-то рассказывал о нем Джонатану.

А, возможно, они даже сталкивались раньше. Встречались до этого. Мало ли в городе проходит деловых обедов, фуршетов, презентаций, церемоний открытий?

Роджер скомкал газетный лист с информацией о Джонатане (с удовольствием скомкал), запустил получившимся шаром в корзину для бумаг и попал точно в центр, как заправский баскетболист.

Ему следует в будущем быть внимательнее при подборе персонала.

Все остальные мнения о случившемся, впечатления, высказывания и эмоции Веселого Роджера были нецензурными. Давненько он так не ругал себя.

И, пожалуй, еще никогда он с таким размахом не садился в лужу.

За все это, без сомнения, нужно было благодарить находчивого и предприимчивого Джонатана Сильвера, с какой бы целью тот ни принимал участие в авантюре с обольщением…

Да, нужно за все поблагодарить Джонатана, которого – единственное утешение! – теперь ненавидит Перл Пэрриш. Хотя бы тут Роджер вовремя подсуетился и сделал верный ход…

* * *

– Может быть, тебе сварить еще кофе? – осторожно и участливо спросила Барбара.

Перл молча помотала головой.

– Зеленый чай? Горячее молоко с медом? Глинтвейн? – продолжала настаивать Барбара.

– Фу! Молоко с медом! Какая гадость!

Барбара довольно улыбнулась – это было хоть каким-то проявлением эмоций.

Перл сидела у нее на тесной кухоньке без малого четыре часа, дрожала, хотя за окном было лето, теплый вечер, и ноги Перл, втиснутые вместе с их обладательницей в узкие рамки маленького дивана с подлокотниками, были заботливо укутаны шерстяным пледом.

Перл наконец-то выпустила из рук давно опустевшую кружку, в которой было какао с сахаром. До этого она держалась за нее, как за спасательный круг.

– Полегчало? – сочувственно спросила Барби.

Перл помотала головой.

Барбара вздохнула.

Она понимала, что если ей сейчас придется выслушивать историю, уже поведанную Перл, по второму кругу, она, конечно, никуда не денется. Выслушает.

Но было уже очень поздно, и завтра понадобится рано подниматься, и самой Перл, между прочим, тоже…

А каким способом помочь Перл и чем еще ее поддержать, Барбара, как ни соображала, никак не могла придумать.

– Извини, – выдавила из себя Перл, подняв голову. – Извини, что свалилась на тебя со своими проблемами… со всем этим. Просто… Понимаешь, ты – единственная, кто еще общался с Джонатаном. Мне показалось, что, раз ты хоть немножко знала его, то…

– Ни к чему оправдываться, – решительно прервала ее Барбара. – Да, представь себе, я понимаю. Ну, кое в чем ты повела себя странно… Но ведь каждый имеет право совершать поступки по своему усмотрению, делать собственный выбор. И потом, кто бы смог удержаться? Джонатан на редкость обаятелен и красноречив. Впрочем, дело тут и не в красноречии… Послушай, Перл, даже я вряд ли бы удержалась. Такова уж природа. Магнетизм в действии.

Перл удивленно посмотрела на нее. Она не ожидала такой откровенности.

– Интересно, сколько же Роджер счел нужным заплатить ему, – задумчиво проговорила она.

Наверное, уже в шестой раз. Или в седьмой.

– Ты могла бы поинтересоваться об этом у самого Джонатана.

– Делать мне больше нечего – спрашивать об этом Джонатана! – очень последовательно фыркнула Перл.

Барбара покачала головой и закрыла форточку. Она видела, что Перл все еще знобит.

– Мне кажется, что здесь ты допускаешь ошибку, – мягко сказала она.

Перл недоуменно уставилась на нее:

– Надо же! И какую?

– Почему ты не дала ему шанс все объяснить? Джонатан был прав – Мерри ты выслушала от первого и до последнего слова. Возможно, у Джонатана нашлось бы какое-то объяснение, в котором был бы смысл. Ведь не мог же он так убедительно врать все это время?

– Оказывается, мог. – Перл угрюмо уставилась на свои ногти, словно впервые в жизни увидела французский маникюр.

Барбара терпеливо вздохнула, словно нянька, утешающая малое дитя, в очередной раз разбившее коленки до ссадин и синяков.

– Хорошо, тогда ответь мне – зачем Джонатану было нужно устраиваться на работу в автохолдинг? Ладно, допустим, от участия в презентации ему было не отвертеться, иначе могли возникнуть какие-то подозрения. Но ведь потом он вышел на работу в отдел маркетинга! И ты рассказывала сама, что его хвалят, что хотят продвигать по служебной лестнице. Зачем ему такая головная боль, если его попросту нанял Веселый Роджер? Зачем ему самостоятельно зарабатывать деньги? Чтобы подтвердить свою легенду? Но вначале его содержала ты, и потом, как Роджер уверяет, он хорошо заплатил ему.

– А откуда у Сильвера такие деньги на покупку кольца в ювелирном магазине? Это действительно крупная сумма! – не сдавалась Перл.

– Ты сама говорила, что ему стали хорошо платить, – напомнила Барбара, – что он сам оплачивал счета в ресторане, костюмы и так далее. Что-то тут не сходится, ты так не считаешь?

– Не считаю, – помотала головой Перл, – все это как раз может быть делом рук Роджера.

– Но какой в этом смысл?

– Роджер создает фантом, чтобы влюбить меня в несуществующую личность. План хорош, ничего не скажешь. В таком случае, вполне уместны и объяснимы большие траты Джонатана. Ведь это деньги Роджера. В один прекрасный день Роджер появляется на сцене и с восторгом конферансье объявляет – моя милая, твой избранник – пшик и мыльный пузырь. Все это, мол, было невероятно веселым розыгрышем.

– Но ведь в холдинге Джонатана хвалили не просто так… Очевидно, он работал там, и работал по-настоящему. Сколько ценных идей парень выдвинул? Стал бы он так напрягаться!

– Барбара, ты действительно не понимаешь, – Перл устало покачала головой. – Сколько бы неувязок не обнаружилось в этой истории, главным остается лишь одно: Роджер заплатил Джонатану за знакомство со мной, за ухаживания. Он платил ему, чтобы тот со мной спал! Вот что главное! Роджер сделал все это, лишь бы доказать, что он, как и прежде, может купить все, что ему понравится. Что я совершила ошибку, расставшись с ним, разорвав отношения и вернув ему кольцо.