Райская птица - Энн Мэтер

Клео спала.

Она наверняка устала. Так же как и он. Но ему не хотелось упускать ни одного мгновения близости. Наконец они вместе. У него будет предостаточно времени на сон, когда они поженятся.

Поженятся!

Клео Монтоя. Он прикидывал, как ее будут звать после замужества. Миссис Доминик Монтоя. Да, звучит просто здорово.

За окном опустились сумерки, но он не стал закрывать шторы. Если кому-нибудь — его матери, Серене или деду — вздумается приехать и поглазеть в окна, его это беспокоит меньше всего. Ему нечего скрывать и нечего стыдиться.

Они с Клео — жених и невеста.

Как же это все удивительно!

Он повернулся. Ее длинные шелковистые ресницы дрогнули, и она приоткрыла глаза.

— Который час? — сонно спросила Клео.

— Почти шесть, — притянув ее к себе, нежно прошептал Доминик. — Ты не голодна? Можно попросить Эмброуза что-нибудь приготовить.

Клео мечтательно посмотрела на него:

— Поверить не могу. Неужели мы на самом деле вместе? Мне это не снится?

— Если да, то мы видим один и тот же сон, — ответил Доминик, уткнувшись в ее плечо. — Нет, моя дорогая, ты не спишь. Ты здесь, у меня дома. В моей постели.

— М-м-м… мне нравится здесь, — пробормотала Клео, испытывая наслаждение от прикосновения его колючего подбородка. — Но думаю, что мне стоит поехать повидаться с… нашим… дедушкой. Он, должно быть, места себе не находит.

— Думаю, он прекрасно знает, где ты сейчас, — сухо заметил Доминик. — Наверное, я сумел всех убедить, что влюблен в тебя.

— Думаешь, он переживал? — с тревогой в голосе спросила Клео. — Меня могут обвинить в его плохом состоянии.

Доминик улыбнулся:

— Если он и переживал, то это касалось только его. Он был уверен, что ты опомнишься и вернешься — я имею в виду материальную сторону дела.

— Но мне никогда не были нужны его деньги!

— Да, теперь он знает, — согласился Доминик. — Он немало поволновался, когда понял это.

— Но с ним ведь все в порядке?

— Да, — подтвердил Доминик.

— Что ж, я очень рада, что снова увижу его. Мне кажется, я очень к нему привязалась.

— Это хорошо. — Доминик внимательно посмотрел на Клео. — А как насчет меня?

— Я тебя люблю. Очень-очень. Вот почему я уехала. Я не могла смириться с мыслью, что ты будешь с Сарой.

Доминик поцеловал ее и со всей серьезностью заявил:

— Я бы никогда не женился на Саре, потому что я никогда не любил ее так, как тебя.

— Нет, но наши отношения и отношения моих родителей так похожи. Я боялась последствий.

— Боялась забеременеть? Ты ведь не беременна? — вопросительно поднял брови Доминик.

— Пока нет, — засмеялась Клео.

— Что ж, это к лучшему, — подумав, заметил он. — Для начала я хотел бы, чтобы ты принадлежала только мне.

Я не заслуживаю тебя, — прикоснулась к его щеке Клео.

— Нет, — улыбнулся Доминик. — Но я тебя прощаю.

На какое-то мгновение их окутала тишина.

— Знаешь, — прошептала Клео, — Лили рассказала мне, что Селеста на самом деле была ее единокровной сестрой. Ты знал об этом?

— Черт, нет, конечно! — удивился Доминик. — Подумать только! Оказывается, мой дед по матери был не таким уж святошей, каким прикидывался перед людьми.

Клео кивнула в знак согласия:

— Мой отец был не первым в семье, кто влюбился в женщину из рода Дюбуа.

И не последним, — напомнил Доминик. Он наклонился и слегка укусил ее за мочку уха. — Не забывай, что ты тоже Дюбуа.

Я не забыла.

— Только у нас все по-другому, — нахмурившись, произнес Доминик.

— По-другому?

— Дело в том, что я собираюсь жениться на одной из Дюбуа, если только она не будет против. — Он провел пальцем по ее губам: — Клео, ты выйдешь за меня? Согласишься замкнуть этот круг и стать моей женой?

И Клео, улыбнувшись, ответила:

— Да.