Скандал в семействе Уинтерли - Элизабет Бикон

Чопорно поклонившись Ив и несколько более изящно ее мачехе, он оставил их решать, что сказать лорду Фарензе. Теперь ему оставалось ждать приказа больше никогда не переступать порога его светлости или вызова на дуэль.

— Ты же понимаешь, Ив, какая глупость целовать мистера Хэнкорта. Вас могли увидеть. Я уверена, что мне не надо повторять, насколько я потрясена, — сказала Хлоя, когда напряженная фигура Кольма Хэнкорта, прихрамывая, скрылась в пелене дождя.

Ив слышала в голосе Хлои непрекращающееся удивление и ужас и на миг ощутила сожаление, что Хлоя их застала. И не только потому, что вдруг сразу замерзла и почувствовала себя брошенной, глядя, как Кольм уходит, волоча ногу. Он не пошел назад в сторону замка, значит, он направлялся к скалам, нависавшим над бушующим морем. Ив отсюда слышала, как бились о них волны, и, зная, как опасен Даркмер в такую погоду, надеялась, что он будет осторожен. Но потом она вздохнула, ругая себя за глупую тревогу. Этот человек на военном корабле пересек зимой Бискайский залив, прошел столько схваток и сражений, походных маршей и отчаянных отступлений по гораздо более опасной земле, чем мирная Англия, и закончил свою службу битвой при Ватерлоо. И все же он не знал этих диких и временами коварных берегов, и какая-то часть ее сердца ушла с ним, чтобы быть рядом, оберегая его на скользкой тропе и крутом подъеме. Разве такой гордый человек станет смотреть под ноги, когда его мысли заняты тем, что они едва не совершили сегодня?

— Папа наверняка предупреждал его об этих скалах и о том, как опасно заблудиться там во время дождя, — сказала Ив, успокаивая саму себя.

Она чувствовала, как острый ум мачехи сосредоточился на ней, пытаясь определить, насколько далеко все зашло между ее приемной дочерью и этим упрямцем. Теперь Хлоя, должно быть, думала, что лучше бы не подпускала Кольма к Даркмеру на пушечный выстрел, чем приглашать его сюда, как будто он какой-то безобидный юнец.

Тревога за его безопасность острыми зубами впилась в сердце Ив. Она уже жалела, что так разозлилась на него, когда он неловко пробормотал свое вынужденное предложение. Если бы она не набросилась на него от досады и обиды, он мог бы пойти к ее отцу, чтобы сделать это нелепое предложение реальным, и не отправился бы к обрыву в самый разгар бури.

— Прежде чем ты спросишь, я отвечу тебе, Хлоя: нет, я не знаю, что чувствую, — рассеянно добавила она. Мысли об этих умопомрачительных поцелуях надо было отложить на потом, когда она справится с тем, что происходило здесь и сейчас.

— Может быть, я смогу тебе помочь, — сказала Хлоя неожиданно веселым голосом. — Такие чувства могут подкрадываться к тебе незаметно и без твоего желания, но делать вид, что их не существует, — это напрасный труд.

По устремленному куда-то вдаль взгляду Хлои Ив поняла, что она мысленно видит своего любимого мужа. Такой взгляд всегда появлялся у нее и у папы, когда они думали друг о друге и удивлялись, почему так долго жили в плену собственной глупости. Потом проницательные фиалковые глаза Хлои остановились на ней, и Ив с беспокойством стала ожидать неудобных вопросов.

— Я полагаю, если ты вынесешь его отца и свою мать за скобки, то увидишь, что мистер Хэнкорт — мужественный и достойный человек, — сказала Хлоя, словно логика, наконец, возобладала в ней над первоначальным шоком. — И не смотри на меня так, словно у меня вдруг выросли две головы, Ив. Для того чтобы ты делала с ним то, что я видела, он должен тебе нравиться.

— Не понимаю, при чем здесь это, — пробормотала Ив.

Может быть, разжигая в себе злость по поводу его неуклюжего предложения и мысленно отказываясь от того, кем они могли стать друг для друга, она сможет заглушить ощущение, что сегодня потеряла что-то жизненно важное? Что-то такое, без чего в будущем не сможет быть счастливой. Он целовал ее так, словно она была для него всем. А потом ушел прочь с тем напряженным, замкнутым выражением лица, которое она впервые увидела, когда встретила мистера Картера.

— Ты определенно не оказывала сопротивления, когда он тебя обнимал, моя дорогая. Тебе надо знать своих демонов, если хочешь избавиться от них, — предостерегала ее Хлоя, с тревогой глядя на мокрую, раскисшую от дождя тропу, ведущую к обрыву, как будто опасалась, что Кольм мог слишком много значить для ее падчерицы.

— Но ты же видела, с какой легкостью мистер Хэнкорт от всего отказался, когда уходил. Мы не можем изменить прошлое.

— Раз так, значит, ты его не любишь, верно? — сказала Хлоя с непоколебимой логичностью, которую Ив обычно так ценила в ней, но которая ничуть не утешала ее теперь.

— Думаю, если бы он не был сыном лорда Криса, я могла бы его полюбить, — призналась она с долгим вздохом, под стать этому серому дождливому дню.

— Значит, он с самого начала не мог стать человеком, в которого ты способна влюбиться, верно?

— Верно, — с горечью сказала Ив, думая о том, что тени родителей заставляют их детей совершить сейчас самое ужасное преступление.

Их тени стояли между ней и мужчиной таким глубоким и сложным, что даже против воли ей хотелось узнать его ближе. Из-за тех двоих она должна сказать «прощай!» тому «возможно», которое могло бы стать прекрасным. Из-за тех двоих Кольм не верил, что может полюбить дочь Памелы.

— Я думаю, те двое заслуживают, чтобы о них забыли, — сказала ее мачеха с такой грустью, словно точно знала, о чем думает Ив, и знала, что ничем не может облегчить ей жизнь.

Ив понимала ее и от этого любила еще сильней. Она простила Хлое ее несвоевременное появление, хотя боль неутоленного желания еще продолжала ее терзать. Боль словно предупреждала, что может никогда не пройти, если слишком много думать о том, что произошло, а что нет.

— Но до тех пор, пока существует мистер Хэнкорт, этого не будет, а я не желаю больше жить в их тени, — сердито заявила она.

— Да, то, что они сделали, и то, как они погибли, действительно ужасно во всех отношениях. Но с тех пор прошло пятнадцать лет, и сейчас речь идет о твоей жизни, Ив. Твоей, а не их. Если случилось так, что ты полюбила мистера Хэнкорта, то тебе придется нелегко из-за постоянных сплетен и слухов, но поверь мне, это того стоит, — улыбнулась Хлоя.

— К счастью, мы не любим друг друга, — уныло ответила Ив, чувствуя себя так, словно это она стоит над обрывом и смотрит вниз на бушующие волны, что, по ее мнению, сейчас делал Кольм. — Ты думаешь, с ним ничего не случится в такой дождь на скользкой тропе с его больной ногой? — неосторожно добавила она.

— Почему тебя это волнует, если ты его не любишь? — лукаво спросила Хлоя.

— Он наш гость, и меня, конечно, волнует, чтобы с ним ничего не случилось. Только подумай, какой будет скандал, если сын лорда Криса упадет с обрыва около Даркмера и утонет.

Произнеся вслух эти ужасные слова, Ив так испугалась, что ей захотелось крикнуть, что этого не будет, и броситься за ним, спасти его и излить на него весь свой гнев за то, что он подверг себя такому риску.

— Лучше подумай о его бедных дяде и тете и о том, что теперь, когда мы его узнали, он для нас не только сын своего отца. Тебе не кажется, что лучше вернуться в замок и послать кого-нибудь ему на помощь? — практично заметила Хлоя.