Хранители Черной Земли - Вера Юдина

– Да, – тихо ответила Саша.

– Мне ни черта не весело! Мне очень даже грустно и погано! Я хочу домой! Хочу вернуться к своей жизни и никогда не оказываться в этой стране и в этой пустыне!

Митя так эмоционально выражал свое недовольство и так активно размахивал руками, что не сразу заметил, как на горизонте появилось огромное облако пыли. Саша заметила его первой и толкнула разбушевавшегося брата в бок. Митя гулко ухнул и повернулся. Облако неслось прямо на них.

– Лучше бы это оказалось песчаной бурей, – предчувствуя беду, пробубнил он себе под нос.

Облако было не меньше двенадцати метров в ширину и не менее четырех в высоту. Оно вздымалось над землей огромной стеной и приближалось к путникам с громадной скоростью.

– Это что еще за… – начал было Митя, когда со стороны странного облака раздался громкий крик, похожий на боевой клич воинов.

Когда облако приблизилось, стало ясно – это была группа всадников. В голове всплыли слухи, которые он когда-либо слышал про местных бедуинов. Стараясь сосредоточиться на спасении и не терять контроль, Митя схватил сестру за руку, но понимая, что убежать от оравы скачущих на них всадников им все равно не удастся, машинально потянул ее к машине.

Всадники приближались, и все отчетливее слышался топот копыт, и громкие выкрики, похожие на угрозы. Они, словно гончие, загоняли свою добычу, затравливая и пугая.

Осознав, что бежать дальше некуда, ребята остановились, и Митя крепко прижал к себе девушку, пытаясь закрыть ее от взглядов всадников. В тот же момент, когда ребята остановились, всадники нагнали их и плотным кольцом закружили вокруг, поднимая облако желтой пыли.

Всего всадников было двенадцать. Одеты они были как обычные бедуины, которых Саша уже успела рассмотреть у основания пирамид, на плато Эль Гиза, отличались они от обычных бедуинов только лошадьми. Те, на которых по плато разъезжали бедные жители трущоб и пустыни, были дряхлыми, потрепанными клячами, с торчащими костями и обвисшим брюхом, жадно взиравшие на руки туристов в надежде получить какое-нибудь угощение. Пирамидные клячи явно доживали свои последние дни.

Эти же были другими. Статными, мощными, с благородной выправкой. Они были ухожены и крепки. Сильные и великолепные, как и их гордые всадники, скакуны послушно выполняли все приказы. Во время бега их длинные ровные ноги разбрасывали брызги песков в разные стороны.

– Они ведь не бедуины, – шепотом поделилась своими догадками Саша.

– Нет, родная, одна такая лошадка стоит раза в два дороже, чем наша машина, – ответил Митя, стараясь не терять всадников из виду и продолжая вертеться, все крепче и крепче прижимая к себе Сашу.

– Кто они? – чувствуя волнение и легкий испуг, спросила Саша.

– Правильный вопрос. Мне тоже интересно знать, во что мы с тобой вляпались. Это уже не похоже на увеселительное приключение.

Вдруг один из всадников метнулся в круг, оттолкнул Митю и схватил девушку за руку. Саша закричала, но не от страха, а с вызовом. Всадник проигнорировал ее крик, он легким движением перекинул свою добычу через седло и прижал ее тяжестью своей руки к спине животного. Саша не могла пошевелиться. Кожаная пряжка седла больно врезалась ей в живот, но единственное, о чем она думала в этот момент, это о том, что сейчас ее увезут, а Митю оставят здесь, в самом сердце пустыни, на растерзание диких хищников и безжалостных грабителей.

Саша подняла голову и заметила, что ее брат стоит один в центре вращающегося вокруг него хоровода скакунов. Он пытался броситься на помощь сестре, но ему преграждали путь. Всадники играли с ним, словно кошки с мышкой. Вдруг один из них не рассчитал силы и корпусом своей лошади вышиб Митю из круга. От сильного удара Митю откинуло на несколько метров и, не успев даже вскрикнуть, он отключился.

Саша набрала в легкие побольше воздуха и со всей силы закричала:

– Митя!

Всадники обернулись. В тот же момент она почувствовала, как сильная рука похитителя подняла ее за шиворот, легко, словно девушка была не больше котенка. Он усадил девушку перед собой, спиной вперед, и Саша оказалась лицом к лицу со своим похитителем. Его лицо скрывала плотная повязка, но глаза были открыты. Черные, с карамельной каймой вокруг зрачка. Саша присмотрелась, и у нее возникло странное чувство. Ей показалось, что прежде она уже видела эти глаза. Она протянула руку и стянула с его лица повязку. Когда лицо ее похитителя появилось во всей своей красе, Саша вскрикнула:

– Ты?

Перед ней, улыбаясь, сидел ее недавний знакомый. Тот самый мальчишка, который так нагло вторгся в ее жилище в поисках своей карты. Только теперь он был одет как бедный пустынный бедуин. Саша узнала бы его где угодно, она запомнила его глаза, черные, словно египетская ночь, и его дьявольски обольстительную улыбку. С самоуверенным видом юноша рукой провел по Сашиным волосам и поправил ее рубашку. Он смотрел на нее с нежностью и в то же время уважительно. Саша решила, что они обязательно должны будут ее убить, а этими трогательными действиями похититель дает понять своей жертве, что ему будет жаль делать то, что он должен. Смирившись с тем, что хуже, чем есть, уже не будет, Саша решительно бросила сердитый взгляд на воина, толкнувшего ее брата, и крикнула:

– Я хочу знать, мой брат все еще жив?

Всадники загудели, пораженные наглостью своей пленницы, но тот, что был повинен, машинально направился к бесчувственному телу юноши. Он ткнул его своим копьем, Митя застонал, и всадник, обернувшись к девушке, качнул головой.

Откуда-то вдруг в Саше проснулась былая смелость и, не обращая внимания на усталость, она угрожающе сжала кулачки, злобно сузила глаза и прошипела:

– Если ты немедленно не отпустишь нас, я снова устрою тебе хорошую взбучку. Ты ведь помнишь, как мои кулаки намяли твои кости?

Услышав слова девушки, всадники посмотрели на своего товарища, затем окинули оценивающим взглядом хрупкую девушку и громко заржали, представив себе, как эта маленькая птичка могла намять бока одному из лучших воинов.

– Что вы смеетесь! – воскликнула Саша, но смех не затихал. – Что смешного вы уловили в моих угрозах? Болваны. Или я вам кажусь смешной?

Саша в ярости от неприкрытых насмешек занесла руку и со всей силы огрела виновника всех своих бед по голове. Но от удара, на который Саша возлагала столько надежд, молодой человек даже не вздрогнул и не пошевелился, зато ее руку пронзила острая боль.

– А ты самый главный болван! Жалкий пустынный щенок! Немедленно отпусти меня! – грозно разорялась Саша.

Но вместо того, чтобы прислушаться к угрозам, молодой человек прижал девушку к себе и что-то крикнул своим собратьям. И не то чтобы Саша не разобрала, что он сказал, она просто не расслышала.

Один из всадников кивнул, подскочил к бесчувственному телу Мити. Копьем зацепил его за пояс брюк и перекинул через седло. Все весело засмеялись, когда Саша, увидев такое грубое обращение с ее братом, снова повторила свою попытку и ткнула кулачком в мощную грудь молодого человека. Юноша, который, по всей видимости, был вожаком этой дикой стаи, рассмеялся, поддерживая веселье своих товарищей. А Саша почувствовав, что ее кулак от удара о каменную грудь вновь онемел, простонала от резкой боли и обиженно посмотрела на веселящихся всадников. Не желая больше быть причиной их веселья, Саша надулась и обиженно отвернулась в другую сторону, стараясь незаметно подуть на ушибленную руку. Ей не было больно, ей было обидно.