Отель растоптанных желаний - Александра Дельмаре

– Привет, Вер, я не слишком рано?

– Нет, всё в порядке. Здравствуй, Филипп! – Она ответила сразу, будто ждала его звонка. А может, и вправду ждала?

– Знаю про твои серьёзные перемены в жизни. Молодчина, добилась всё-таки своего. Поздравляю! Думаю, это было непросто.

Фиктивный брак ради удочерения девочки – смелый поступок. Он бы так не смог. Хотя… Говорят, человек, если захочет, способен на всё, что только может прийти ему в голову.

– Непросто, да. Но теперь Ника со мной. Помогли хорошие люди, спасибо им. Сама б не справилась…

Это прозвучало, как упрёк, пусть маленький, но вполне ощутимый. Впрочем, так ему и надо.

– Прости, что пропал… Заблудился немного в собственной жизни… Если ещё могу чем-то помочь, только скажи…

– Я отпуск взяла. Всё успеваю, не волнуйся. Знаешь, Ника проснулась, мне надо идти… Пока, Филипп.

Отключилась, не дождавшись ответа. А чего он хотел? У Веры теперь всё по-настоящему. Семья, заботы, ответственность. А вот Фил и не задумывался о детях. С Ингой перед свадьбой решили, что пока рано обзаводиться потомством. И больше к этому вопросу не возвращались. А надо бы, пора. Не планировать рождение ребёнка в его возрасте – это верх легкомыслия, но вряд ли у Инги в ближайшее время проснётся материнский инстинкт. Если вообще проснётся. Она не Вера, которая, наверное, в эту минуту с удовольствием готовит завтрак или ведёт умываться маленькую дочку…

Филипп почти угадал. Ника ещё спала, а Вера стояла у плиты, переворачивала сырники на сковородке и думала, куда же пропала мама. С утра исчезла, Вера слышала, как тихо щёлкнул дверной замок, выпуская её из квартиры. Ещё вечером никуда не собиралась. И всё-таки собралась. Вера набрала её номер, но мамин телефон зазвонил в комнате, на тумбочке у её кровати. Даже телефон забыла. Похоже, спешила, очень спешила. Только куда? Хороший вопрос. Хотя… Есть у Веры одно предположение…

* * *

Кажется, успела. Отдав в руки таксиста приличную сумму и тут же забыв об этом, Татьяна быстрым шагом направилась к терминалу, одному из трёх, надеясь, что сделала правильный выбор. Жёлтая цифра «один» с буквой «А» на сверкавшем стеклом и металлом фасаде здания прямо указывала на вход, тут заблудится только слепой. Удивившись переменам – Татьяна Сергеевна ещё не была здесь после реконструкции – она поднялась на опоясывавшую зал галерею второго этажа и огляделась.

Какая-то непонятная сила привела её сюда, в международный аэропорт Казани. Но как не проводить в дорогу мужчину, так много сделавшего для дочери. Татьяна убеждена: у каждого должен быть человек, который проводит его в дальний путь. Просто постоит рядом перед расставанием, помашет вслед. Вот и она примчалась, неожиданно для себя самой. Татьяна размотала на шее шарф, красивый, с набитыми по шёлку знаменитыми казанскими котами, достала из сумки зеркальце. Кажется, лицо в полном порядке, если не считать глаз, горевших каким-то сумасшедшим светом. Глаза выдавали с головой. Да, она влюбилась, чего уж не признаться самой себе, и страшно стыдилась этого.

Кстати, вот он, сюжет для новой книги. Одинокая немолодая женщина полюбила мужа своей дочери. Фиктивного, правда, но это не меняет дела. Татьяна всегда считала, что любовь – дело молодых, у которых влечение к противоположному полу – это так естественно. Но тут… какая-то ошибка природы… Закипели в душе страсти, как у влюблённой по уши восьмиклассницы, наивной, переполненной счастьем, и не знаешь, куда деться от этого чувства, и ласкавшего, и терзавшего душу.

Она напишет, как уносит самолёт близкого человека в чужие страны, в далёкие города, где не будет странной женщины, посмевшей полюбить его в таком неправильном возрасте. Он оставил её во власти отчаяния. «Во власти отчаяния», да, именно так можно назвать эту книгу… Любовь-наваждение, ненужная, незваная, теперь Татьяна знала, что это такое…

«Начинается регистрация билетов…», «Москва-Ларнака…». Слух выхватил из объявления диктора нужные слова. Всё, надо идти, спуститься вниз к стойке номер пять, пока не испарилась её отчаянная решимость. Ещё минута – и уже не хватит пороху, и Татьяна сбежит, кляня себя за то, что притащилась сюда…

Александра она увидела сразу. Уверенность и спокойствие выдавали в нём человека, много путешествующего, для которого аэропорт – привычное место. Суета и нервозность перед полётом – это не к нему. Александр стоял в самом конце очереди, и Татьяна тихо встала рядом.

– Вот так чудеса! – Александр сразу заметил её и, опустив на пол дорожную сумку, с недоверчивым удивлением взглянул ей в лицо. – Татьяна Сергеевна, почему вы здесь?

– Почему? Всё просто – кто-то же должен пожелать вам счастливого пути.

Боже, так неловко она давно себя не чувствовала. Не хватало ещё краской смущения залиться и выдать себя с потрохами…

– А я уж подумал, что-то стряслось. Значит, ради меня вы приехали в такую даль ранним утром?! Это очень приятно. Русские женщины – удивительные создания…

– Не преувеличивайте. Вы для нас сделали очень много, и сейчас самое время ещё раз сказать вам спасибо.

– Вы словно прощаетесь. А я совсем не собираюсь пропадать навсегда. Знаете что, – Александр Евгеньевич потёр подбородок указательным пальцем, – а приезжайте вы к нам. С Верой и Никой. У нас вовсю лето, купальный сезон. Девочке полезно будет отвлечься, укрепить здоровье перед долгой зимой.

Он вопросительно взглянул ей в лицо, ожидая ответа.

– Придумали тоже! Это не так легко, – она вздохнула. – Мой отпуск уже позади…

– Нет, вы должны подумать об этом! Как мне раньше в голову не пришло! А с отпуском… наверное, есть какие-то возможности. Или ваша библиотека без вас пропадёт?

– Это вряд ли, – коротко заметила Татьяна.

Ещё один пассажир – и подойдет очередь Александра на регистрацию. А она будет неловко мешаться под ногами. Самое время отойти. Вовремя уйти – большое искусство.

– Хорошего полёта, Александр Евгеньевич. До встречи, – Татьяна Сергеевна протянула ему руку.

– До встречи, – легко пожав руку, он неожиданно обнял её, на секунду сомкнув руки за спиной Татьяны. – Я позвоню. Обещаете подумать над моим предложением?

Она кивнула, смущённая, сделала шаг назад. Как грустно и как больно, словно рана какая-то открылась внутри. Пытаясь продлить момент расставания, женщина в последний раз взглянула на него, уже подошедшего к стойке. Чтоб запомнить, чтоб не забыть, хоть забыть уж не получится, как ни пытайся. Или теперь, когда Александра не будет рядом, она усилием воли сможет выкинуть его из сердца?

Возвращаясь домой в такси, Татьяна смотрела в окно на обгонявшие их автомобили, на разноцветные дома вдоль дороги и жёлтую полоску леса вдали, на все те сменявшие друг друга картинки, что обычно занимают пассажира в долгой поездке. Но только не в этот раз. Глядя вдаль невидящим взглядом, она думала о том, что свалившееся на неё чувство – настоящее наказание, надолго, а может, навсегда, лишившее покоя. Никогда она не будет рядом с человеком, которого так жаждало сердце. Любовь-напасть пришла, словно запоздалый гость, но праздник уже закончился, и теперь никто не знает, что же с этим гостем делать…