Невинная и роковая - Ивонн Линдсей

На ее глаза выступили слезы, а потом покатились по ее щекам.

– Ты еще любишь меня? – спросила она.

– Я не переставал тебя любить. И от этого я злился еще сильнее. Я ненавидел каждую секунду жизни без тебя, но моя уязвленная гордость мешала мне доверять тебе.

– Я просто хотела, чтобы ты меня любил. Я стремилась, чтобы мы поженились, зная, что у нас будет благословенный союз. Что мы не повторим ошибок наших родителей, – ответила она.

– У нас перед глазами не было лучших примеров для подражания, верно? Именно поэтому мы должны постараться и сделать так, чтобы наши дети и их дети знали, что такое любить и быть любимым. Ты согласна?

– Наши дети?

– Наши с тобой дети.

– Скажи еще раз, что ты простил меня, – попросила она.

– Я прощаю тебя без всяких условий и требований. Я люблю тебя, принцесса Мила Эйнджелина, и я хочу, чтобы ты стала моей женой. Чтобы ты правила королевством Сильвен вместе со мной как моя королева. Ты выйдешь за меня, моя Эйнджел?

– Будущее без тебя казалось мне пыткой, черной дырой одиночества и отчаяния. Да, я выйду за тебя, мой Хок. Только ты сделаешь меня счастливой. Я люблю тебя всем сердцем и душой. Все мои мысли только о тебе. Мое сердце бьется ради тебя. Я обещаю, что буду всегда тебя любить и воспитывать наших детей вместе с тобой с огромной радостью и гордостью. Они всегда будут знать, что их любят и ими дорожат. Но ты навечно останешься самым важным человеком в моей жизни.

Мила выходила из старинной золоченой кареты. Ей помогал ее брат. Она искренне ему улыбнулась.

– Ты сегодня настоящая красавица, сестренка, – сказал он.

– Я чувствую себя красавицей. Ведь сегодня я самая счастливая женщина в мире.

– Как и должно быть, – тихо ответил он и согнул руку в локте. Она взяла его под руку, и они пошли по красному ковру, положенному на лестнице, ведущей к массивному собору Сильвена. Вокруг них слышались крики и пожелания тысяч людей, которые выстроились вдоль дороги по обе стороны от церкви. В толпе размахивали флагами Эрминии и Сильвена. – Ты этого достойна, – прибавил он.

– Как и ты, братишка. – Мила посмотрела на него с волнением.

– Однажды, может быть, – признал он.

Мила подумала, что Рокко ни за что не признается в том, что творится у него на душе. На его плечах лежала тяжелая ноша с тех пор, как он стал королем. Она всей душой желала, чтобы Рокко нашел такую же любовь, какая связала ее с Тьерри. Рокко нужно знать, что рядом с ним всегда будет человек, который его поддержит.

Ее брат выгнул бровь:

– Уж не передумала ли ты?

– Вовсе нет. А почему ты спрашиваешь?

– Потому что мы торчим на этом ковре, пока твой будущий муж ждет тебя в соборе.

– Ну, нам лучше не заставлять его ждать ни секундой дольше, – радостно ответила Мила.

Как только они вошли в собор, она смотрела только на Тьерри. Она чувствовала прилив гордости за то, что этот высокий и красивый человек в церемониальной одежде принадлежит ей. Громко заиграл орган, когда она и ее брат пошли по проходу к алтарю. Гости оборачивались, чтобы пристально на нее посмотреть и обменяться комментариями. Мила шла вперед в свадебном платье с длинным шлейфом.

Она решила, что на ее свадьбе у нее не будет никаких сопровождающих. Она решила показать Тьерри, что ей не нужен никто, кроме него, на всю оставшуюся жизнь. Церемония началась, и Рокко подвел Милу к Тьерри. Она была вне себя от радостного возбуждения. Тьерри – ее будущее. Он смысл ее жизни. И, судя по его взгляду, он испытывает точно такие же чувства.

Салли подошла к Миле, взяла у нее из рук букет и прошептала:

– Я же говорила тебе – настоящая сказка!

– До конца моей жизни, – ответила Мила, а потом повернулась лицом к Тьерри и торжественно произнесла клятвы, которые свяжут их вместе на всю оставшуюся жизнь.

Оставшаяся часть дня прошла с помпой. Несмотря на радость и торжественность, Мила больше всего мечтала остаться с Тьерри наедине. После пышного официального приема и танцев она обрадовалась, когда Салли потянула ее за собой, чтобы помочь ей переодеться перед отъездом. В дворцовых апартаментах Мила поспешно снимала свадебное платье.

– Осторожнее, иначе порвешь платье, – игриво упрекнула ее Салли. – К тому же королю не повредит подождать тебя немного дольше.

– Он, может, и подождет, а я умираю от нетерпения! – Мила рассмеялась, сняв нижнюю юбку.

– Знаешь, я так рада за тебя, – сказала Салли, помогая Миле надеть облегающее платье, созданное одним из лучших дизайнеров Эрминии. – Ты заслужила счастье.

– Спасибо. Я хочу, чтобы все были такими же счастливыми, как я сейчас.

Мила была на седьмом небе от счастья. Ложкой дегтя в бочке меда была угроза, которая по-прежнему висела над головой Рокко и его правом на трон, но Мила заставила себя выбросить эту мысль из головы. Она ничем не может ему помочь.

В дверь постучали – женщины стали быстро искать обувь и сумку Милы.

– Минуточку! – крикнула Салли, когда Мила была наконец готова. – Я желаю вам обоим всего наилучшего. Но я уже вижу, что у вас и так все замечательно. – Она тепло обняла Милу.

– Я никогда не благодарила тебя за поддержку и за то, что ты придумала ту поездку в Нью-Йорк. Если бы не она, я бы вряд ли сейчас стояла здесь.

Салли шагнула назад и улыбнулась Миле:

– О, я не знаю. Мне нравится думать, что на все воля судьбы.

– Судьба и помощь друзей. Я благодарна тебе. Ты моя подруга навсегда, верно?

– Навсегда.

Мила открыла дверь и увидела Тьерри. Он протянул ей руку.

– Ты готова идти со мной, моя Эйнджел? – спросил он.

– Я пойду за тобой куда угодно, любовь моя, – ответила она.