Сплошная лебедянь! - Екатерина Вильмонт

– А я видал в соцсетях твою жену, такая запросто может отравить! – со смехом заявил Яша. – Ну, что там у тебя?

– Вот, – Иван достал из кейса завернутый в бумагу бокал. – Тебе ведь это не очень сложно будет?

– Как два пальца! Но ты все же расскажи, с чего вдруг такие подозрения?

Иван рассказал.

– Элементарно, Верещагин! Дамочка хотела скрыть от тебя наличие не в меру горячего любовника.

– Вот и я так подумал. Видишь ли, Яша, я хочу от нее уйти, и понятия не имел, как ей об этом сказать…

– Понятно! Хорошо, Ванька, я все сделаю. И сразу тебе позвоню! Бокал надо возвращать?

– Да разбей его к чертям собачьим!

– С удовольствием! Все, до созвона!

Яша позвонил уже вечером. Иван был еще на работе.

– Ну что, Яшенька?

– Там таки было снотворное, очень сильное. Я тебя поздравляю! Дамочка, провернув такую операцию, вполне может на этом не остановиться! Будь начеку, дружище! Советую пустить за ней наружку, пусть застукают ее с любовником, и тогда у тебя будет карт-бланш или как говорит у нас один полковник «бланшированная карта»! Вань, тебе сбросить заключение?

– Сбрось на всякий случай!

– А хочешь, дам координаты одного нашего бывшего опера, который держит детективное агентство?

– Да нет, как-то тошно…

– Ох, Ваня, когда тошнит фигурально, это полбеды, а вот если начнет тошнить от подсыпанного ядку, может быть уже поздно.

– Да я сегодня же с ней разберусь, – вдруг вскипел Иван Алексеевич.

По дороге домой он еще накручивал себя. Как можно жить с женщиной, которую не просто не любишь, а еще и опасаешься? Опасаешься в буквальном смысле слова за собственную жизнь? И ведь какой спектакль разыграла! «Ванечка, любимый, ты превзошел самого себя»! Да уж, превзошел, по идиотизму, когда женился на ней…

Он позвонил в дверь. Ему открыла сияющая нежной улыбкой Дина.

– Любимый, ты сегодня не очень поздно.

– Да, я спешил!

– Ванечка, ты не в настроении? Пойдем скорее, покормлю, это ты от голода…

– Да нет уж, спасибо, сыт по горло!

– Что случилось?

– Случилось многое, слишком многое! И я подаю на развод!

– Что? – побелела Дина. – На развод?

– Да, ты не ослышалась – я подаю на развод!

– Ничего не понимаю! В чем дело? Вчера все было так… такая страсть…

– Что? Страсть? Ах ты паскуда! Страсть! Думаешь, я полный идиот? Подсыпала мне в вино снотворное, а утром рассказала сказочку про страсть? Интересно, с кем? Кто тебе эти синяки наставил? Хотя нет, мне это совершенно неинтересно! Собирай вещи и возвращайся к себе! Думаю, там ты и давала своему пылкому любовнику! Ах ты дрянь такая!

– Ванечка, я не знала, что ты такой ревнивый! – кокетливо проговорила Дина.

– Я не ревнивый, я брезгливый и, вероятно, трусоватый, боюсь, знаешь ли, за свою жизнь, а вдруг отравишь?

– Ты что, с ума сошел?

– Поневоле сойдешь!

– Ваня, остынь! Что ты себе придумал? Что я подсыпала тебе в вино? Что за бред?

– Бред, говоришь? А вот и не бред! На, взгляни на заключение экспертизы с Петровки! Черным по белому написано, что в красное вино было добавлено снотворное, очень сильное снотворное!

– Экспертиза с Петровки? Ваня, не держи меня за дуру!

– Я тебя держу только за то, что ты есть. Корыстная лживая дрянь, еще и блядь в придачу, и к тому же дура, если думала, что я не догадаюсь. А я открыл посудомойку, обнаружил два бокала от красного вина, на одном были следы губной помады, значит, второй был мой, и я отвез его на Петровку, там работает мой старый друг, и вечером он прислал мне это заключение. Так что, дамочка, ваша карта бита! Как говорится, с вещами на выход! Даю час на сборы! Все!

Она упала перед ним на колени:

– Ваня, Ванечка, прости, бес попутал! Умоляю, не прогоняй меня! Я так тебя люблю! Да, я виновата, вот уж точно, бес попутал…

– Прекрати эту пошлую комедию! Встань немедленно! А я еще удивлялся, почему ты, совсем не бескорыстная баба, ни за что не хотела сдавать свою квартиру. Теперь мне все более чем ясно! Муж у тебя не молодой, видимо, постылый, а там тебя ублажал молодой кобель или целая свора кобелей, но мне на это наплевать, я никогда тебя не любил, но думал, стерпится-слюбится, а теперь ты мне просто омерзительна! – не своим голосом орал Верещагин, что вообще-то было ему несвойственно. Он был вне себя!

– Хорошо, я уйду! Но развода тебе не дам!

– Да не давай, мне плевать! Главное, что я тебя видеть не буду! Я сейчас уйду на час-полтора, и если к моему возвращению ты еще будешь здесь, я приму меры! И ты горько пожалеешь!

С этими словами он выбежал из квартиры. Сел в свою машину и поехал куда глаза глядят. Но вскоре ему захотелось есть. Он позвонил Глебу, но у того был заблокирован телефон. Странно! Тогда он позвонил Наташе.

– Ванька? Что-то случилось? – догадалась она.

– А где Глеб?

– В самолете. Летит в Токио.

– Ах да!

– У тебя что-то срочное?

– Нет. Хотя… Наташ, а ты сейчас очень занята?

– Аську спать укладываю. Хочешь приехать?

– Вообще-то я хотел позвать тебя поужинать где-то.

– Прости, не смогу, но ты приезжай, я тебя покормлю. Расскажешь, что там у тебя.

– Спасибо, Наташка! Ты настоящий друг!

– Ваня, что стряслось? – ахнула Наташа. Вид у Верещагина был какой-то встрепанный, он был сам на себя не похож.

– Наташка! – патетически воскликнул он и заключил ее в объятия.

– Пошли на кухню, покормлю! Выпить хочешь?

– Да я же за рулем!

– А ты или оставь тут машину, на такси вернешься, или сам оставайся тут. Но выпить тебе явно нужно! Виски? Коньяк?

– А водка есть?

– Как не быть! Борщ будешь?

– Все буду!

Он выпил две рюмки водки, выхлебал большую тарелку борща.

– Уф! Полегчало! Наташ, я выгнал Дину!

– Поздравляю! Давно пора! Но что тебя подвигло?

Он рассказал ей все.

– Фу, какая пакость! Я так и думала, чем-то подобным этот идиотский брак закончится! И хотя я не была знакома с Глебовой Людочкой, но чувствовала, что твоя Дина ей сродни. Смешно, что Глеб этого не заметил. Но, боюсь, она, как и Людмила, будет мстить! Да, кстати, если она все же уйдет, завтра же смени замки! Глеб в свое время не сменил, так Людмила пробралась в квартиру, понатыкала иголок куда только возможно…