Поместье Даунтон. Хозяйка - Маргарет Йорк

– Эдит, ты не хочешь на пленэр? Посмотри, какая погода, давай завтра отправимся порисовать?

Эдит поморщилась:

– Чтобы загореть и обзавестись веснушками?

– Раньше это тебе нравилось.

– Раньше я практически не видела настоящей жизни!

Столь уверенное заявление девушки заставило Кору удивиться еще сильнее:

– Эдит, ты же была представлена ко двору?

– Да, но не успела ничего понять, а на следующий день умер отец. За время траура я нигде не бывала, кроме скучных гостиных скучных родственниц. А теперь увидела совсем другой мир, не такой, как в Шотландии. Мир, где красивые дамы веселятся в свое удовольствие. Неужели тебе этот мир не знаком?

Кора согласилась:

– Знаком. Я жила в таком в Ньюпорте.

– А я нет!

Тон золовки был до обидного резким, словно Кора виновата в том, что лучшие годы юности Эдит пришлись на траур по отцу. Но Кора понимала причину резкости Эдит и постаралась успокоить ее:

– У тебя еще все впереди, успеешь и на балах потанцевать, и устать от всей этой мишуры.

Эдит явно что-то хотела сказать в ответ, но сдержалась. Только немного погодя она все же фыркнула:

– Кора, я не понимаю, почему ты не заставишь Роберта уехать в Лондон?

– Зачем?

– Там жизнь, там свет, там все интересное.

– Совсем недавно тебе было интересно здесь. Ты писала свои пейзажи и мечтала стать художницей…

– Вот именно – мечтала! Нелепые мечты. Кому нужна эта мазня, даже такая, какую привез Невилл? Богемная жизнь хороша только для нищих. Нет, я должна выйти замуж за очень состоятельного человека, чтобы блистать в свете.

– За мистера Невилла? Уж куда богаче.

– Возможно, если он бросит свои глупые идеи о фермерских хозяйствах и разведении лошадей в Найт-Хилл. Удивительно – человек, имеющий миллионы, пытается работать.

– Эдит, Генри эти миллионы заработал, он понимает, что потратить можно быстро, и предпочитает зарабатывать снова и снова. Но если ты выйдешь за него замуж, то отказа точно не будешь знать ни в чем.

– Как знать…

Коре совсем не понравился настрой Эдит и ее новые взгляды на жизнь. Как же былой интерес к Генри Невиллу, неужели и он прошел? Неужели Генри теперь нравится Эдит только своими миллионами? Но и в этом случае ей не найти жениха богаче.

Коре вдруг стало жаль Невилла. Оставалось надеяться, что все это у Эдит напускное и легко исчезнет, стоит ей вернуться к прежней жизни по-настоящему. Так и произошло, хотя Эдит никогда не стала прежней, что-то в ней словно сломалось, разъело часть души, сделав девушку немного циничной.

Зря Кора надеялась посетить Найт-Хилл втайне от мужа и свекрови, у мистера Симпсона и в соседнем имении нашлись свои люди, доложившие о визите графини и леди Эдит. Такой подарок!.. Мистер Симпсон не преминул известить об этом Роберта, присовокупив несколько совершенно лживых деталей. Все выглядело так, словно он только и делал, что отбивался от бесконечных сплетен, возникших по вине графини Грэнтэм, опровергая нелепые слухи.

Роберт возмутился: даже если половина сказанного управляющим правда, то Коре нет прощения! Наносить визиты холостому соседу без сопровождения мужа или леди Вайолет, не говоря уж о том, чтобы принимать от него подарки, не просто неприлично, а нарушает любые нормы и правила. Но Роберта куда больше обидело то, что Кора сделала это за его спиной.

– Кора, что вы с Эдит делали в соседнем поместье?

Кора чуть смутилась, она не успела, вернее, просто не знала, как рассказать Роберту и леди Вайолет о подарке Генри. Смутилась и Эдит, которой очень хотелось заполучить великолепную лошадь, но, чтобы получить согласие леди Вайолет и Роберта, следовало немало потрудиться и уж, конечно, не злить их.

– Мистер Генри Невилл, зная нашу с Эдит тягу к живописи, позволил себе подарить нам картины модной ныне Барбизонской школы импрессионистов.

– Мистер Генри Невилл позволил себе? А нашего позволения и соблюдения правил приличия не требуется? – голос леди Вайолет звенел металлом. Эти американцы позволяют себе дарить Кроули какие-то подарки? – Кора, я понимаю, что Эдит при ее молодости легко сбить с толку, но вы замужняя дама, графиня Грэнтэм, вы не можете не понимать, что принимать подарки от чужого мужчины за гранью приличий, не говоря уже о визитах в его поместье.

Кора сделала два глубоких вдоха, прежде чем ответить, но голос все равно выдал ответное возмущение.

– Леди Вайолет, мистер Генри Невилл мне практически старший брат, он многолетний партнер моего отца и принимал участие в моем воспитании…

– Это заметно! – не удержалась, чтобы не фыркнуть, леди Вайолет. Но Кора сделала вид, что не заметила, продолжив:

– Я не сказала, что мы приняли подарок, хотя от картин не отказались. Я купила у мистера Невилла эти полотна и помещу их в Дауэрхаусе. В Найт-Хилл мы ездили не одни, а с двумя горничными, лакеем и кучером. И там тоже не оставались с мистером Невиллом наедине ни на минуту, хотя, полагаю, правила приличия позволяют это леди Эдит в моем присутствии.

– В вашем? Вы не старше Эдит!

– Леди Вайолет, вы противоречите сами себе. Только что вы сказали, что я старше, хотя это не так, и как замужняя дама должна следить за Эдит.

Теперь вмешался Роберт:

– Я как ваш муж и ваш брат запрещаю ездить в соседнее имение. Не желаю, чтобы вы себя скомпрометировали, чтобы о моей супруге и моей сестре поползли слухи. Вы обе легко можете испортить свою репутацию, что будет крайне неприятно для всех.

Снова Коре пришлось глубоко дышать… Она поняла, что с Робертом лучше поговорить наедине, без пристального взгляда леди Вайолет. Нужно попытаться убедить мужа, что Генри является вполне подходящей партией для Эдит. Для леди Вайолет она нашла другой аргумент:

– Хочу напомнить, что барон Ротшильд с удовольствием принимает мистера Невилла в своем Уоддесдоне, не считая зазорным общаться с американцем.

Не получилось, этими словами она дала повод леди Вайолет фыркнуть:

– Барон Ротшильд может иметь сколь угодно большое поместье и купленный на континенте титул, это не ставит его в один ряд с теми, кому титул достался по наследству! К тому же барон Ротшильд, насколько мне известно, принимает в своем огромном имении кого попало, не считаясь с правилами приличия.

– Роберт, мы с тобой кто попало.

Это все, что могла позволить себе Кора. Она уже решила поговорить с мужем наедине.

Но разговора не получилось и в спальне, Роберт не желал ничего слышать о мистере Невилле и его подарках. Тут их с леди Вайолет мнения совпадали полностью.

Обстановка в Даунтоне, с одной стороны, накалилась, с другой – стала просто ледяной. Все со всеми не разговаривали, и никакие попытки Коры или Эдит оправдаться не приводили к желаемому результату. Впрочем, Кора быстро эти попытки прекратила. Почему она должна оправдываться, если не совершила ничего дурного?