Порочная месть - Алайна Салах

— Мой отец умер от пьянства, из сбережений у меня всего четыреста пятьдесят долларов и в Нью-Йорке никто меня не знает. Но при этом спит он со мной, и домой повезет именно меня. Так может, не так уж важно, что ты там себе думаешь.

После воинственной эскапады я испытываю желание эффектно уйти, но вместо этого поднимаю оправу солнцезащитных очков на лоб и с вызовом смотрю на Эрин.

— Плебейка. - бормочет она и, дёрнув веснушчатым плечами, уходит.

И пусть я только что одержала очередную победу на чужом поле, мне совсем не весело. Ведь Кейн по-прежнему сидит на шезлонге рядом с Алексой, совершено на заботясь, куда я запропастилась.

— О чем задумалась, красавица? - весёлый мужской голос вторгается в мое пятиминутное одиночество, и запястье ложится отпечаток теплого прикосновения. Я машинально одергиваю руку, избавляясь от не прошенного контакта и поднимаю глаза. Этого парня я уже видела на вечеринке в отеле: его представлял один из мужчин, с которым беседовал Кейн.

— Я Роберт, нас знакомили вчера, - подтверждает мои мысли парень, приваливаясь на поручень рядом. - Эрика, правильно?

Я киваю, все ещё не в силах оторвать взгляд от Алексы, которая успела распустить волосы, очевидно, для большей убедительности своего повествования.

— Я собираюсь пойти взять себе выпить. Ты будешь что-нибудь?

Вообще-то я считаю, что для распития алкоголя ещё слишком рано, но слова Эрин и моя подавленность делают свое.

— Если можно. - говорю с улыбкой и, покосившись на стакан в руках Алексы, быстро добавляю: - Только не мохито, пожалуйста.

Парень кивает, обнажая в улыбке ровные белые зубы, которыми, как я успела заметить, могут похвастаться все гости. Видимо, иметь хорошего дантиста - непременный атрибут дорогой жизни.

— Никуда не уходи.

Роберт идёт к бару, а я заставляю себя прекратить наблюдение и, прислонившись к поручню спиной, провожаю его глазами. Парень не выглядит намного младше Кейна - думаю ему около двадцати восьми, но разница между этими двумя колоссальная. Первый выглядит возмужавший подростком, с лёгкостью плывущим по волнам роскошной жизни, второй - мужчиной, управляющим кораблем в условиях шторма.

Ругаю себя, что несмотря ни на что жду, что передо мной появится Кейн, пусть даже рассерженный и злой, и скажет, чтобы я возвращалась на шезлонги. Но он разумеется слишком занят тем, что слушает свою подругу Алексу и ему нет дела до того, чем занята его карманная наложница. Ведь с яхты мне все равно никуда не деться.

— Держи, - холодное прикосновение стекла обжигает запястье, и я , натянув на лицо улыбку, принимаю бокал. К черту Кейна и его равнодушие. К счастью, на борту этой дорогущей посудины есть те, кому я интересна.

— Так чем ты занимаешься, помимо того, что разносишь коктейли на яхте, Роберт?

Моя киношное кокетство коробит меня саму, но я задалась целью во что бы то ни стало выжать из себя веселье, раз уж осталась предоставленной самой себе, и намерена ей следовать.

Роберт встаёт рядом и придвигается ближе, так что его локоть задевает мой, и смотрит на меня с широкой улыбкой покорителя женских сердец.

— У моего отца крупная студия звукозаписи, я работаю с ним.

Моя интуиция меня не подвела, и парень действительно принадлежит к категории золотой молодежи, избалованной деньгами своих родителей. Как и большинство здесь присутствующих.

— А чем занимаешься ты?

Я с силой всасываю сливочный напиток через соломинку, чтобы поскорее утопить свое болезненное состояние, и пожимаю плечами:

— Недавно окончила университет. Работу пока найти не успела.

— А кто ты по специальности? - Роберт делает едва заметное движение, от чего его бедро, обтянутое влажной тканью шорт, задевает мою ногу, и это утверждает мою уверенность в том, что он со мной флиртует.

Он совсем мне не интересен, а его настойчивое вторжение в мое личное пространство вызывает лишь желание сбежать, но я не могу так быстро сдаться, поэтому с беспечным взмахом руки примеряю образ местных гостей, веселых и не обремененных проблемами:

— Скука смертная! Бухгалтерия и финансы.

Взгляд Роберта бегло пробегается по моей груди у животу, но, к чести, быстро возвращается к глазам:

— Если ты в ближайшее время ничего не найдешь, думаю, я бы мог замолвить за тебя словечко перед своим другом.

Нет ни малейшего шанса, что я воспользуюсь его предложением, но это не мешает мне громко рассмеялся и хлопнуть его за загорелому плечу:

— Оо, ты такой милый! Правда. Знаешь меня от силы десять минут и готов поручиться за меня перед знакомыми.

Жара и алкоголь делают своё дело: я чувствую себя раскованно в своей игре, хотя это никак не отменяет того факта, что она больше походит на агонию. Ведь Кейна здесь нет, а значит ему плевать.

— Я готов поручиться за тех, кто мне нравится. - улыбается парень и в его глазах безошибочно угадываются проблески похоти - ответной реакции на мое кокетство. Его рука ложится на мое плечо, отрывая от поручней и спускается на талию, утягивая вперёд:

— Пойдем к бару - выпьем чего-нибудь ещё.

Прикосновение кажется чужим и инородным, и совсем не ощущается как ладонь Кейна, но сопротивляться я не собираюсь. Хочу забыться хотя бы ненадолго.

Мы доходим до бара, возле стойки которого беседуют несколько парней, и берём ещё выпить. Роберт начинает с увлечением рассказывать мне о последней поездке в Австралию, а я потягиваю коктейль и делаю вид, что не замечаю его откровенных раздевающих взглядов и попыток до меня дотронуться.

— Алекса хотела что-то обсудить с тобой, Эрика. - раздается из-за моего плеча, от чего я едва не слетаю с барного табурета. Кейн.

Лицо Роберта ощутимо напрягается, когда он замечает подошедшего, однако, он быстро приходит в себя, и протягивает руку:

— Мы с твоей спутницей немного разговорились, приятель.

Кейн игнорирует приветствие и берет меня за локоть, одновременно помогая и вынуждая слезть с табурета:

— Иди.

Его голос не звучит раздражённо или грубо, а за щитом очков я не могу прочитать выражение его лица, но от чего-то испытываю тревогу, которую не в силах пересилить даже восторг от того, что он, в конце концов, решил меня разыскать.

— А ты? - в нерешительности замираю на месте.

— Сейчас подойду. - по тому, как тон Кейна натягивается раздражением, я понимаю, что испытываю его терпение.

— Спасибо за рассказ про Австралию, Роберт. - предпринимаю попытку сохранить невозмутимость и развернувшись, быстро сбегаю по ступенькам лестницы вниз. Разумеется, я не иду к Алексе. Я бегу к туалетам, чтобы смыть свое волнение. Внезапно я чувствую себя непроходимо глупой. Должно быть, здорово я выгляжу, придя с одним мужчиной и флиртуя с другим на глазах у других, ведь по сути Кейн не сделал ничего кроме того, что слушал трёп Алексы. Мое отношение к этому - дело второстепенное.