Слеза ангела - Татьяна Корсакова

– Нет.

Набрать номер Белоснежке удалось только с третьего раза. Обеими руками она прижала трубку к уху и невидящим взглядом уставилась куда-то поверх сабуринской головы.

– Ничего, – сказала она после минутного молчания.

– В каком смысле – ничего?

– Иван не берет трубку.

– А если на мобильник позвонить?

– Звонила, и не единожды. Никто не отвечает.

– А кто должен ответить?

– Не знаю, – ее взгляд остекленел. – У них есть мой номер телефона. Они мне уже звонили, Рита звонила. Я даже хотела выбросить телефон.

– Не выбросила? – спросил Сабурин.

– Нет.

– Вот и правильно, он еще может пригодиться.

– Для чего?

– Во-первых, входящие звонки с мобильника твоей подружки – это доказательство чьего-то преступного умысла. Может в дальнейшем понадобиться, – сказал он и удовлетворенно отметил, что в глазах девчонки снова ожили и закружились снежинки. – А во-вторых, если есть номер, то по нему всегда можно позвонить. Да хоть прямо сейчас.

– Ты хочешь позвонить по Риткиному номеру?!

– А почему бы и нет? Давай позвоним, спросим, где твой Иван.

– Нет! – Она испуганно затрясла головой и добавила шепотом: – Я боюсь.

– А я не боюсь. Дай сюда телефон, – Сабурин протянул руку.

Она долго рылась в своем рюкзачке, а потом с тяжким вздохом достала мобильник и положила ему на ладонь. Сабурин просмотрел меню, набрал номер. За время, которое понадобилось для этих несложных манипуляций, Белоснежка поникла и как-то даже съежилась, точно испугалась, что некто ужасный на том конце провода сумеет ее увидеть.

– Не дрейфь, – Сабурин ободряюще улыбнулся и прижал телефон к уху.

«Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети», – сообщил механический голос. Да уж, если Белоснежка не врет и ничего не путает, то абонент, сто пудов, находится вне зоны действия сети…

– Расслабься, – Сабурин отключил мобильник. – Твоя подружка не хочет выходить на связь. Или просто спит, – добавил он со зловещей улыбкой и тут же пожалел о своих словах. И так на девчонке лица нет, а он еще масла в огонь подливает.

– А если она позже перезвонит?

– Вот когда перезвонит, тогда и начнешь пугаться, а пока нечего дурью маяться, – отрезал Сабурин.

После нескольких минут гробового молчания Белоснежка спросила:

– У тебя валерьянка есть?

Нервничает. Ну, понятное дело – тут любой не выдержит, когда вокруг такие дела творятся.

– Валерьянки нет, – Сабурин покачал головой, – но могу предложить водки. Тоже неплохо расслабляет.

– Тогда лучше святой воды, – она невесело усмехнулась.

А вот святая вода, как ни странно, у Сабурина имелась, стояла в холодильнике. Сам он, разумеется, такой ерундой бы заниматься не стал, это все мама Арсения, которая на прошлое Крещение одарила сына и дружка его до кучи бутылками со святой водой. Ну там, квартирку окропить, умыться, в чай добавить…

– Очень нужна? – спросил Сабурин.

– Думаю, в сложившейся ситуации не помешает.

– У меня еще и чеснок есть, сортовой.

– Чеснок тоже пригодится, – девчонка решительно встала.

– Далеко собралась? – В решительности этой Сабурину почудилось недоброе.

– Поеду его искать.

– Кого?

– Ивана.

– Зачем? Ты же ему уже звонила.

– А затем, – ее взгляд вдруг сделался колючим, точно февральский ветер, – что я его бросила одного с этими… вампирами. Он мне поверил, хотел меня защитить, а я… – на белесых ресницах задрожали слезинки, Сабурин поморщился, – а я его предала.

Ох, грехи его тяжкие! Вляпался по доброте душевной в историю. Вот теперь расхлебывай.

– Поехали! – Сабурин тоже встал.

– Куда? – Да прекрасно она знала куда – вон, как глазюки засияли!

– На квартиру к Ивану твоему. Тебе ж самой туда нельзя. Если все так серьезно, как ты рассказываешь, то там уже давно организовано наблюдение. Продиктуешь адрес, я схожу, а ты меня в машине подождешь.

– Спасибо, – сказала девчонка прочувствованно.

– Спасибо много, штуки баксов сверх оговоренной суммы будет достаточно, – буркнул Сабурин, выходя из кухни.

Разумеется, Ивана дома не оказалось. Сабурин понял это еще до того, как поднялся на нужный этаж. По рассказам Белоснежки, дружок ее был еще тем педантом, а в почтовом ящике лежит вчерашняя газета. Значит, корреспонденцию он не забирал ни вчера, ни сегодня. Вывод очевиден.

– Нет? – спросила девчонка, как только Сабурин плюхнулся за руль припаркованной в соседнем дворе «бээмвухи».

– Нет, – он завел мотор. – Помнишь дорогу, по которой тебя этот капитан Золотарев вез?

– Помню.

– Тогда показывай.

– Мы туда поедем? – В ее голосе послышался испуг, смешанный с отчаянной решимостью.

– Все равно другого плана у нас нет. Хоть место происшествия осмотрим.

До первого ориентира они добирались два с лишним часа. Сабурин уже начал подозревать, что девчонка неправильно указала дорогу, когда впереди замаячила дорожно-строительная техника и черно-оранжевое заграждение.

– Отсюда мы свернули налево, минут через десять будет тот проселок, – Белоснежка прижалась лбом к ветровому стеклу, а Сабурин испытал острое желание проверить, на месте ли пистолет. Уж больно вид у его подопечной был испуганный.

А чего бояться-то? Если придерживаться сугубо криминальной версии, то устраивать засаду в этом богом забытом лесу им вряд ли станут. Если же на секунду допустить возможность существования вампиров, то при свете дня им с Белоснежкой точно ничто не угрожает. А вот сама поездка по «местам боевой славы» может оказаться очень даже полезной в плане сбора улик и разъяснения ситуации. Наверняка остались какие-то следы. Да и Белоснежка рассказывала, что в машине закончился бензин. Значит, вполне вероятно, что «Опель» стоит там же, где его оставила девушка. А уж по номерам узнать хозяина – раз плюнуть. Опять же любопытно, что за пансионат такой загадочный, которого нет ни на одной карте. В общем, как ни крути, а без осмотра места происшествия полной картинки не получится.

– Ну что, едем? – спросил он скорее для проформы, потому что прекрасно понимал, что даже если девчонка сейчас даст обратный ход, он уже с намеченного пути не свернет. Не тот он человек, чтобы, однажды взявшись за дело – пусть даже без особой охоты, – не довести его до конца.

Она, судорожно вздохнув, сказала решительно:

– Вперед!

Проселок был заброшенный, заросший мелким кустарником. Чувствовалось, что дорогой этой уже давно не пользовались. Однако внимательный взгляд не мог не заметить, что кусты кое-где поломаны, а трава примята. Сабурин старался ехать медленно, чтобы не пропустить чего-нибудь интересного. Девчонка опустила стекло и едва ли не по пояс высунулась из машины – всматривалась.