Прогулка без морали - Наталья Рощина

— Вот появится у нас телефон, вообще не будет никакой проблемы в общении. Не сложится прийти, так позвонить всегда можно. Не грустите, милая Мария Федоровна, я никогда не забуду о вас, — Валя почувствовала, что плечи старушки вздрагивают. Чем больше слов говорилось, тем более безутешной казалась та.

Как бы там ни было, началась семейная жизнь, в которой Валя чувствовала себя, словно в спектакле.

Она играет роль хозяйки, Вадим — мужа. Она справлялась со всем легко, была на подъеме. Вадим тоже перестал мучиться поиском идеала, уверовав в то, что, наконец, встретил его. Он по-прежнему ждал ее после работы. Шел, с удовольствием замечая, какими восхищенными взглядами провожают Валюшу мужчины. Она действительно расцвела за последнее время. Ее первозданная красота только начинала раскрываться.. К тому же старенький полушубок из искусственного меха сменила новая дубленка песочного цвета и подходящая шапка. Вот и говори, что встречают по одежке. Главное это или нет — вопрос щекотливый. А то, что выглядеть молодая женщина стала намного интереснее, — факт. Валя не сразу согласилась расстаться с привычными вещами. Она сопротивлялась покупкам, говоря, что еще не время. Вадим еле уговорил ее не тратить молодость на донашивание старья. К тому же его родители выделили определенную сумму в подарок к свадьбе. Нужно было достойно ее тратить. Учитывая, что начался единственный в своем роде медовый месяц их супружества, Вадим предложил не сходить с ума и реально посмотреть на вещи. Это было с его стороны не романтично, прозаично, но от всей души. По-мужски настояв, Белов начал с обновления гардероба супруги. По правде сказать, Вале нравилось его внимание. Она была готова принимать от него любые подарки, не обязательно дорогостоящие. Лишь бы чувствовать, что она ему не безразлична. Лишь бы не стать очередным преходящим этапом его жизни. Третья мадам Белова успокаивала себя очень наивно. Валя говорила себе, что мол, Бог троицу любит. Их брак не распадется на мелкие осколки, как хрустальная ваза после падения. Они нужны друг другу, им хорошо вместе. Они давно привыкли спать вместе. Прошла недолгая пора ее девичьей застенчивости. Утром полусонные поцелуи заканчивались неторопливым сексом. Вечером после традиционного: «спокойной ночи», они сначала удобно укладывались в постели, а потом разгоревшееся желание не давало уснуть допоздна. Они удовлетворяли влечение плоти, каждый раз открывая в любовной игре что-то новое, волнующее. Любимый мужчина всегда рядом, от этого Валя становилась счастливой, окрыленной. Ей стало казаться, что так было всегда. Будто встретились они не прошлым летом, а много лет назад.

Беловых поглотили семейные хлопоты. Начали с того, что Вадим и Петр Петрович прилагали все силы, чтобы поскорее поставить телефон. Столько лет обходившийся без него, Белов-младший вдруг ощутил физическую необходимость такого общения. Ведь одно дело искать на улице таксофон, если нужно позвонить, и совсем другое — иметь телефон в доме.

Когда красный блестящий аппарат занял достойное место на столе рядом с компьютером, Валя прижала трубку к груди, пытаясь сообразить, кому первому она хотела бы позвонить. С кем бы разделить радость? Записная книжка, словно по волшебству, раскрылась на букве «М». Вероника Сергеевна оказалась дома. Не ожидавшая услышать голос своей коллеги, она очень обрадовалась этому. Теперь появилась возможность общаться не только на ходу после работы или в короткий промежуток до начала приема. Став семейной женщиной, Валюша торопилась домой, и Маковецкая, понимая ее, старалась не досаждать разговорами. Хотя именно общение с этой девушкой доставляло Веронике Сергеевне особое наслаждение. Она понимала сказанное с первого раза. Ей не нужно было объяснять долго. Почему-то Маковецкая позволяла себе говорить с нею на запретную тему о давно потерянном покое, женском счастье.

— Валечка, очень рада за тебя. Честно говоря, я себе уже не представляю, как можно жить без телефона. Он не дает мне скучать. У меня дома как бы продолжается прием. Звонят люди, которые не решаются прийти, а в помощи нуждаются. Болтать ради препровождения времени не люблю и тебе не советую — пустое занятие. Пройдет эйфория первых дней, и ты станешь вспоминать о нем только по необходимости, — сказала Маковецкая, представляя, как горит нетерпением девушка оповестить всех знакомых и подруг о знаменательном событии. — Привет мужу передавай.

— Спасибо, обязательно.

— Да, Валюша, я приглашаю тебя и Вадима к себе пятого марта. Повод — день рождения сына. Я всегда отмечаю его одна, а на этот раз, если вы составите мне компанию, буду очень рада. Это будет воскресенье, так что…

— Мы, конечно, придем. В котором часу?

— Утром я обычно иду на кладбище, а в обед, часа в два, жду вас.

— Вероника Сергеевна, можно я пойду с вами на могилу сына, а Вадим приедет уже домой? Не настаиваю, просто прошу.

На другом конце телефонной связи воцарилась тишина. На мгновение Вале показалось, что ее давно никто не слышит. Пауза была совсем недолгой, но девушка успела пожалеть о своей просьбе. Наверное, она позволила себе перейти запретную черту. Она попыталась попасть туда, куда всем ход закрыт. Как неловко получилось. Валя покусывала губы от волнения и собралась извиниться за нетактичную просьбу. Маковецкая опередила ее.

— Конечно, Валюта, я не против, совсем не против. Пойдем к нему вместе. Он будет рад увидеть меня с тобой. Он поймет, что я еще держусь за эту жизнь. Спасибо тебе. В одиннадцать я жду тебя на Раевском кладбище, у входа.

— Я буду вовремя. Всего доброго, Вероника Сергеевна.

— До встречи, девочка.

В трубке давно раздавались гудки, а Валя все стояла, прижимая разогретую теплом ее тела пластмассу. Вадим оторвался от компьютера. Он тоже с нетерпением ожидал появления в доме телефона, но остыл через несколько минут после того, как за телефонным мастером закрылась входная дверь. Он с удивлением смотрел на застывшую жену.

— Але, гараж! — обратился он к ней и увидел, что она, покраснев, положила трубку.

— Ты слышал мой разговор?

— Не имею привычки подслушивать, даже находясь в одной комнате. Я работал и отключился от внешнего мира.

— Маковецкая приглашает послезавтра в гости. День рождения сына хочет отметить в нашем обществе. Ты не против?

— Если это доставит тебе удовольствие, то я «за». Сколько ей самой-то лет?

— Шестьдесят.

— Значит, скоро тебе придется привыкать к новому врачу.

— Знаю, мы говорили об этом. Представляешь, она уже знает, кто займет ее место.

— Чья-нибудь протеже, естественно, — снова вглядываясь в экран компьютера, произнес Вадим. — В этой среде все заранее известно. Есть и другой вариант, когда многие врачи готовят себе смену. Тебя ведь тоже Маковецкая взяла к себе неслучайно. Чем-то ты ей приглянулась. Околдовала она и тебя, жаль только, что ненадолго ваш альянс.

— Я буду общаться с этой удивительной женщиной всегда. Даже когда она выйдет на пенсию и перестанет работать. Не знаю, почему меня к ней тянет? Да, я хотела тебе сказать, что пойду в воскресенье с ней на кладбище, на могилу сына. А с тобой мы встретимся уже у нее дома в два часа, хорошо?