Сладкий сон - Кейт Уолкер

Внезапно он встал перед ней на колени и взял ее за руку, глядя Марине в лицо сияющими глазами.

– Марина, любовь моя, сердце мое, жизнь моя! Ты единственная нужна мне. Только тебя я любил и люблю. На какое-то время я сбился с пути, но теперь снова нашел его, и этот путь совпадает с твоим. Согласна ли ты вернуться ко мне и занять свое законное место рядом со мной – как моя жена, моя княгиня, любовь всей моей жизни?

– Пьетро…

Она не смогла договорить, и Пьетро слабо улыбнулся. Он нежно тронул обручальное кольцо, которое она так и не нашла в себе сил снять, потом поднес руку Марины к губам и поцеловал кольцо.

– Я боюсь спрашивать, любишь ли ты меня, но кольцо у тебя на пальце обнадеживает меня.

– Боишься?!

Больше всего на свете Марине хотелось убедить его, что нечего бояться, не стоит сомневаться в ней, что она обожает и боготворит его. Она крепко, страстно поцеловала его, не давая продолжить.

– Тебе нечего бояться, мой любимый, мой муж! У нас впереди огромное счастье. Да, я вернусь к тебе, да, я буду твоей женой, твоей княгиней, я отдам тебе всю мою любовь – если ты согласишься подарить мне свою.

Она еще не успела договорить, когда Пьетро с такой силой прижал ее к себе, что она задохнулась. Она спрятала лицо у него на груди, и они долго стояли, прильнув друг к другу, упиваясь своим счастьем.

– Может быть, – сказал Пьетро, наконец отпустив Марину и взяв ее лицо в ладони, – может быть, когда-нибудь мы решимся попробовать снова, и у нас будет настоящая семья, и детский смех оживит мрачные залы моего дворца, и он превратится в теплый, уютный дом…

– Дом… – улыбнулась Марина. – Семья…

Наконец выдался подходящий момент. Она больше не могла держать это в себе.

– Пьетро, любимый, к слову о семье… Я не сказала тебе, зачем я…

Она задохнулась от избытка чувств и просто махнула рукой в сторону чемодана и билетов.

– Зачем ты собиралась лететь на Сицилию?

– Зачем я собиралась лететь к тебе, – поправила его Марина, сделав упор на последнее слово, и Пьетро побледнел.

– Скажи мне, почему? – едва слышно выдохнул он, и Марина поняла, как много это значило для него.

– Мне незачем было идти к кому-то другому. Я беременна, Пьетро. В ту ночь в коттедже мы зачали ребенка.

– Ребенка… – прошептал Пьетро, зачарованно уставившись на ее живот; его лицо словно осветило солнце. – Когда ты узнала?

– Точно? Только сегодня. Врач подтвердил. Но мне удалось достать билет на вечерний рейс.

– Ты хотела прилететь ко мне.

– Ну конечно, – улыбнулась Марина, поглаживая его щеку. – Куда еще мне было идти, как не к отцу моего ребенка? Кого еще мне хотелось бы видеть рядом с собой, если…

Она осеклась, не в силах озвучить страшное предположение.

– Нет.

На этот раз Пьетро прервал ее поцелуем, таким нежным, что у Марины заломило в солнечном сплетении. Этот поцелуй обещал поддержку и безопасность, общее будущее, полное любви.

– Нет. Больше это не повторится, – прошептал он, касаясь губами ее губ. – А если и случится – хотя я не хочу верить, что так будет, – я пройду весь путь рядом с тобой. Я буду рядом с тобой днем и ночью. Когда бы я ни понадобился тебе, я буду рядом.

– Больше никаких запертых дверей, – провозгласила Марина и покрыла его лицо поцелуями, чувствуя, как вскипают в крови надежда, радость и чистое, незамутненное счастье. – Если бы ты не пришел ко мне, – сказала она Пьетро чуть позже, – я сама пришла бы к тебе. Я пришла бы и попросила у тебя прощения за свою слабость, за то, что не верила в твою любовь. Мне не нужно было никаких доказательств от тебя. Еще до того, как я узнала, что беременна, я все поняла про себя. Я поняла, что смогу доверять только моему мужу, отцу моего ребенка. Только тебе я могу доверить себя и моего ребенка, только тебе – человеку, которого я люблю.

– Я позабочусь о вас, – пообещал Пьетро, привлекая Марину к себе, и она подняла голову, подставляя лицо под его поцелуи. – Я буду заботиться о тебе и нашем малыше всю свою жизнь. Клянусь тебе.