Спаси себя - Мона Кастен

– О черт, – вырвалось у Лин, когда я закрыла за нами дверь. Ее взгляд был прикован к телефону, и она села к моему письменному столу, не поднимая глаз.

– Что? – спросила я.

– Ничего.

Ее ответ последовал так быстро, что я насторожилась:

– Что случилось?

Она пожала плечами:

– Сирила, кажется, тоже приняли.

Я помедлила и потом прошептала:

– Джеймса тоже.

– Правда? Тогда половина компании Бофорта переместится в Оксфорд. Алистер и Рен тоже запостили в «Инстаграме» приглашение. – Лин все еще тыкала пальцем в телефон. Я заглянула на дисплей и увидела фото полуобнаженного парня, в котором без сомнений опознала Сирила.

О’кей, я не выдержу этого больше ни секунды. Уже не первый месяц я подозревала, что между Лин и Сирилом что-то есть, но об этом никто не знает. То, как они ведут себя друг с другом, само по себе красноречиво. Долгое время я думала, что они чураются друг друга, но теперь не сомневаюсь, что между ними проскакивает искра, когда они вступают в перепалку.

– Что это ты делаешь? – осторожно спросила я, усаживаясь на кровать, скрестив ноги.

Она взглянула на меня, застигнутая врасплох:

– Ничего.

– Ты сейчас два раза подряд так быстро ответила мне «ничего», что я не верю ни одному твоему слову.

Лин закусила нижнюю губу и снова уткнулась в телефон. Щеки у нее побагровели.

– Лин, поди-ка сюда, – сказала я и энергично постучала по кровати рядом с собой. Она скептически глянула на то место, куда указывала моя ладонь, но потом все же встала и затопала ко мне. Пока она усаживалась, откинувшись на изголовье кровати и обнимая обеими руками колени, я смотрела на нее с ожиданием. Она завела черную прядь волос себе за ухо. Казалось, подруга не знает, с чего ей начать.

– Ты не любишь говорить о таких вещах, – мягко сказала я. – Но мне всегда можешь рассказать все, что тебя тяготит.

Лин тяжело сглотнула:

– Да что там рассказывать, – прошептала она.

Она казалась чуть ли не робкой – такое выражение у нее на лице вообще было в новинку. Лин, всегда такая сильная, уверенная, готовая отстоять свои взгляды и убеждения, теперь выглядела иначе. И то, что я видела на ее лице, вызвало настоящую тревогу.

– Сирил нравился мне с тринадцати лет.

Я выпучила глаза:

– Что, правда?

Она медленно кивнула.

– Когда я пришла в Макстон-холл, на некоторых предметах мы с Сирилом сидели за одной партой. Он… не всегда был таким, как сейчас. Тогда он был внимательным и милым. Он легко мог меня рассмешить. Я не могу объяснить, чем именно он меня привлек, но нравился он мне с самого начала.

Она немного помолчала, уставившись на свои колени. Хотелось сказать ей что-нибудь ободрительное, но я сдержалась. Она впервые рассказывала о своей личной жизни, и я должна была дать ей время подумать обо всем, не перебивая.

– Правда, Сирил всегда, сколько я его знаю, был влюблен в Лидию, поэтому мне уже тогда стало ясно, что у нас с ним ничего не выйдет. И все равно меня убило, когда между ними что-то началось. Они никогда не показывали этого официально, но ты ведь знаешь, как быстро по школе разносятся слухи. После того как она его бросила, я… утешала Сирила. Мало-помалу и… – Она беспомощно пожала плечами и крепче вцепилась в колени.

Вид у нее был такой несчастный, что я не понимала, как такое вообще могло от меня ускользнуть.

– Это было что-то случайное или потом повторялось? – осторожно спросила я.

Лин помотала головой и горько засмеялась:

– Мы спим уже два года регулярно, раз в пару недель.

У меня раскрылся от удивления рот. Я не могла поверить, что она так долго могла утаивать это.

– Я… Об этом хоть кто-нибудь знает?

Лин снова отрицательно помотала головой:

– Нет. Мне ясно, что для Си существует только Лидия. И это нормально, но как раз поэтому я не хотела, чтобы это выходило наружу. Я хотела сохранить за собой хоть каплю достоинства, а мы ведь никогда нигде не показывались вместе. – Она немного помолчала. – Кроме того, ему сейчас и без того несладко.

– Что ты имеешь в виду? – спросила я.

– С тех пор как умерла Корделия Бофорт, он больше никак не объявлялся. Вероятно, потому, что слишком занят тем, что утешает Лидию. – Она пожала плечами. – Он игнорирует мои сообщения и в школе все время ходит за ней по пятам.

– Я… – Я сама себя перебила, помотав головой. – Не странно ли было для тебя праздновать Сильвестр вместе с Лидией?

Лин грустно улыбнулась:

– Я не имею ничего против Лидии, она мне симпатична. Она же не виновата в том, что кому-то нравится именно тот парень, который безнадежно в нее влюблен.

– Даже не знаю, что на это сказать.

– Не так уж это и плохо, Руби, правда. Мне хотелось бы только одного: чтобы он был честен со мной. Мне кажется, я не заслужила этого молчания с его стороны. Он мог бы просто сказать, что Лидия дала ему шанс.

– Не думаю, что причина в этом.

Она снова пожала плечами:

– Мне должно быть все равно. Я ведь не могу признаться, что так смертельно в него влюблена.

Хотя тон у нее был легкомысленный, но печальный взгляд выдавал ее ложь.

– Сирил просто свинья, если он тебе не отвечает, и ты не знаешь, куда себя деть, – сердито сказала я.

– Я знаю, что это так и выглядит. Но мы оба понимали, на что идем. Он мне никогда ничего не обещал, так же как и я ему. И он действительно умеет быть на высоте – уверенный в себе, ироничный. И нежный… – Лин покраснела и уткнулась лицом в ладони.

– А ведь это тянет на большее, чем просто нечто телесное, Лин.

– Я знаю! – простонала она, глядя на меня сквозь пальцы. – Я заметила это только теперь, когда мы уже целую вечность не виделись за пределами школы. Я по нему скучаю.

Последние слова она произнесла с таким отвращением, что я поневоле улыбнулась.

– А вы еще никогда это не обсуждали? По-настоящему, я имею в виду, – мягко спросила я.

Она отрицательно помотала головой и снова покраснела:

– Честно говоря, мы вообще почти не разговариваем, когда видимся.

О боже.

– Мы с тобой так давно дружим, и я ничего про это не знала. Какая же я тебе подруга после этого?

– Ты прекрасная подруга. Я просто не хотела никому про это рассказывать, потому что… ах, не знаю почему. Таинственность что-то привносила в наши отношения. Но теперь, когда для него все это ушло в прошлое, я сама не своя. – Она глубоко вздохнула. – Мы во многом очень похожи с тобой, Руби. Мы обе не хотели заводить серьезных отношений, пока не поступим в Оксфорд.