Отложенное счастье - Линн Грэхем

– Когда ты будешь готова, мы сделаем еще одного ребенка, и на сей раз я пройду весь путь вместе с тобой, – сказал он, обнимая разнеженную жену.

– Еще ребенка? Ты издеваешься? Элиссе всего семь месяцев!

– Я не говорю, что это надо сделать прямо сейчас. И пойму, если ты не захочешь больше детей. Элиссы мне хватит.

– Ты уверен, что не спасуешь перед перспективой еще большей ответственности?

– Забеременеешь – увидишь. Я с радостью выполню все твои желания и капризы, не важно, сколько сил, времени и денег мне на это потребуется. Более того, опыт кажется мне увлекательным.

– Тебя увлекает все, что предполагает секс. – Мерри стукнула мужа кулачком в плечо.

Ангел задумался, потом неожиданно улыбнулся – лукаво и заговорщически:

– Если мы родим, скажем, шестерых энергичных и шумных ребятишек, думаю, я смогу уговорить свою мать поискать себе другое жилье. Экспансия может повысить наши ставки в строительстве счастливой семьи.

– Я надеюсь, это была шутка. – Мерри чувствовала себя такой счастливой, что впору было взлететь.

Ангел лучился любовью к ней – как она могла не замечать этого? Зачем надо было мучить себя так долго, когда все, о чем она мечтала, лежало на расстоянии вытянутой руки?

Теперь Ангел наконец-то принадлежал ей. Весь – ей одной. И Мерри чувствовала, что счастье позволяет гораздо лучше понимать и легче прощать слабости других людей. Натали в меру сил пыталась показать дочери свою любовь, возможно, пришла пора сделать ответные шаги в этом направлении. Мерри с сожалением вспомнила Рулу, униженную и несчастную, чей грех тоже можно было предать забвению. Счастьем нужно делиться, радостно подумала Мерри, опуская руку под одеяло к горячему мужскому бедру.

Свадьбу Сибил с Чарльзом Расселлом играли в доме четы Валтинос на Палосе.

– Признаюсь, я этого от них не ожидала, – сказала Натали дочери, наблюдая, как жених и невеста принимают гостей.

– Чарльз без ума от Сибил, иначе бы не стал шесть лет ждать позволения надеть кольцо ей на палец, – заметила Мерри. – Думаю, она созрела для семейной жизни.

– Долго же у нее это заняло. Мать Ангела не пришла?

– На свадьбу бывшего мужа? Вряд ли у нее хоть на минуту возникло такое желание.

– Вот кто никогда не остепенится.

– Похоже на то.

В последнее время Мерри почти не приходилось встречаться с Ангелиной. Свекровь теперь обитала в собственном пентхаусе на Манхеттене. Время от времени до Палоса долетали отзвуки скандалов с ее участием, но Ангела и его семью это больше не касалось.

Элисса подбежала к матери – очаровательное видение в розовом платье подружки невесты, на котором уже отчетливо виднелось пятно.

– Мама, подержи. – Девочка сунула Мерри цветочную корзинку. – Мы с Косом будем играть в прятки.

– Нет, не будете. Это особенный праздник для взрослых, дети должны вести себя прилично.

Четырехлетний сын Космос, подошедший вслед за старшей сестрой, нетерпеливо дергал свой широкий алый пояс.

– Когда я смогу это снять?

– Когда Сибил разрешит. Мы еще не делали фото.

– А где остальная орда? – полюбопытствовала Натали.

Двухлетние двойняшки Нило и Лекси гонялись по залу за Тигром. Мерри поспешила остановить погоню, пока никто не пострадал. Хозяева, которых когда-то нашла Сибил, вернули песика с жалобой, что он ворует еду. После бурного воссоединения Мерри взяла его с собой в Грецию. Маленький терьер больше ничем не напоминал жирного и ленивого песика, который составлял ей компанию в коттедже у собачьего приюта. Жизнь в одном доме с пятью детьми превратила его в четвероногого атлета.

Ангел, держа на руках младшую дочь, присоединился к жене и сделал сыновьям выговор. Восьмимесячная Атланта с беззубой улыбкой тянула руки к матери.

– Ума не приложу, где вы берете силы, – сказала Натали. – Плодитесь как кролики. Надеюсь, на пяти наконец-то остановитесь.

Мерри порозовела от смущения. Она уже ждала шестого, просто не успела об этом объявить.

– Мы еще не решили, – соврал Ангел, хитро взглянув на онемевшую жену.

Взяв у него младенца, Мерри вышла на балкон – подышать воздухом и отдохнуть от праздничного шума. Она долго готовила торжество, чтобы порадовать Сибил и Чарльза, бывших частыми гостями в их с Ангелом доме. После стольких лет практически без семьи Мерри была невероятно счастлива стать частью большого дружного клана.

Она даже наладила отношения с матерью, которая переехала в Великобританию и открыла студию йоги. Мерри и Ангел всегда навещали ее, когда приезжали в Лондон. Натали смягчилась, успокоилась, и дочери оказалось нетрудно навсегда похоронить их сложное прошлое.

Год назад Мерри согласилась стать свидетельницей на свадьбе Рулы с местным врачом. Гречанка оставалась подругой семьи Валтинос. Иногда Мерри думала, что неприятности, которые Рула причинила и испытала из-за своей лжи, все же не помешали ей найти мужчину, способного ответить на любовь.

Мерри тоже выучила кое-какие уроки. Общение с мужчиной, который был готов на все, лишь бы не потерять ее, навсегда излечило молодую женщину от неуверенности в себе. Она наслаждалась материнством так же, как Ангел – отцовством. Столь быстрое пополнение семьи имело свои утомительные стороны, но радость была в сто раз сильнее.

Смуглые руки Ангела забрали у Мерри прикорнувшего ребенка. Передав девочку няне, грек обнял жену:

– Ты выглядишь усталой. Мы же договорились, что ты будешь спать днем.

– Я прилягу после еды. – Она теребила его шелковый галстук, смотрела в знакомое до последней черточки красивое лицо и удивлялась, как катастрофически неудачное начало могло привести их к счастливому браку.

– Боже мой. Иногда я смотрю на нашу жизнь и завидую сам себе. Моя жена, моя семья, мой якорь.

Взбудораженная публичным проявлением нежности, Мерри, которая несколько лет назад начала бы возмущенно вырываться, хихикнула, словно школьница.

– В смысле, мы тянем тебя на дно?

Ангел сдался и поцеловал ее – жадно, глубоко, нежно. Краем уха Мерри услышала скептическое фырканье своей матери.

– Говорю же, как кролики.