Паиньки тоже бунтуют - Татьяна Тронина

Достав из сумочки газету, я помахала ею над головой.

От толпы отделилась женщина и решительно направилась в мою сторону.

Молодая. Ну как молодая, где-то около тридцати или тридцати пяти… Моя ровесница. И, кажется, симпатичная…

В тоске я смотрела на приближающуюся незнакомку. Она слегка улыбалась и смотрела мне прямо в лицо, не мигая.

– Привет, ты Настя? – подойдя, спросила она. ККК, вот кто она. Уже знакомый, хрипловатый и спокойный голос. Она была очень высокой и смотрела на меня сверху вниз. Крепкая атлетическая фигура. Рыжеватые длинные волосы собраны в небрежную косу, переброшенную через плечо поверх пальто. Пальто серое, оверсайз, вязаная шапочка на затылке, сапоги на низком каблуке, мягкая сумка через плечо. Вообще ничего особенного. Одежда сидела на ней мешковато, в облике проскальзывала легкая небрежность.

Но не успела я ответить, как со стороны услышала другой, тоже уже знакомый голос:

– Настя, вы Настя? Это я, Виола…

К нам торопливо приближалась еще одна молодая женщина. Невысокая, фигуристая, в мини и цокающих ботфортах, короткой дубленке с пышным воротником из чернобурки. Дубленка была распахнута, и потому хорошо было видно большую грудь в разрезе кофточки. Длиннейшие ресницы, мягкие черные кудри поверх мехового воротника, клатч тигровой расцветки под мышкой… Роковая красотка, в отличие от первой, той, которую я мысленно называла ККК.

«Что же я творю? – с отчаянием подумала я. – Ну и что мне теперь делать, как с ними разбираться?!»

– Здравствуйте, – сказала я. – Вы Виола, а вы, то есть ты… На К? Вот что, девочки. Я не Настя, я невеста Артема Рябова. Зовут меня Лида.

Виола округлила и без того огромные глаза, а девушка, пришедшая первой, пробормотала насмешливо:

– Я не Негоро, я Себастьян Перейро… Приятно познакомиться, Лида. А я – Кристина.

– Как это, невеста? – раздраженно и испуганно спросила Виола, таращась на меня. – Невеста Артема? У него есть невеста? А вы кто такая? – Она повернулась к Кристине.

Кристина усмехнулась и сделала неопределенный жест рукой. Происходящее, судя по всему, ее не слишком шокировало.

– Извините, что все вот так получилось… – вздохнула я. – Нет никакой Насти, мечтающей попасть в Америку, нет семейного архива, есть только я. Похоже, Артем нас всех обманывает.

Кристина улыбалась невозмутимо, а Виолу вдруг затрясло:

– Не может быть… Какая невеста? А вы кто, тоже невеста? Но я думала, что я… Нет, он не делал мне предложения, но… Почему это вы невестой решили представиться, а? – Она повернулась ко мне, едва не упала на своих шпильках, но Кристина вовремя подхватила ее под локоть.

– Артема будем вызывать? – спросила Кристина.

– Обязательно! Уж пусть все объяснит…

– Минутку. Спокойно. Я сейчас позвоню ему, – сказала я. – Только тихо, не надо сейчас себя выдавать. Пусть наша встреча будет для него сюрпризом. А мы… а мы давайте вон там посидим, подождем его.

– Ну и забегаловка… – поморщилась Виола.

– Там дорого! – одновременно нахмурилась Кристина.

– А что, нам теперь на улице его ждать? – покачала я головой. – Тсс, тихо… Я сейчас громкую связь включу.

Пошли гудки, затем из динамика раздался голос Артема:

– Да, детка? Все в порядке? Ты где?

– Привет. Я в центре. Можешь подъехать?.. У меня возникли кое-какие мысли о нашей свадьбе. Надо обсудить.

– Диктуй адрес, минут через сорок буду…

Я объяснила Артему, где меня искать, и нажала на отбой. Кристина и Виола молча смотрели на меня.

– Что за ерунда… – нервно произнесла Виола. – Я не понимаю!

– А я все понимаю, – вздохнула Кристина. – Но это как в кино, честно. А и правда, давайте поболтаем, пока наш суженый не приехал, чего тут мерзнуть.

– Суженый?! – взвилась Виола. Ее большая, красивая грудь завораживающе ходила вверх-вниз.

– Ну холодно же, правда!

– Но я не понимаю…

– Ну вот сядем и обсудим.

– Это розыгрыш, да?!

Препираясь, мы втроем направились к ресторану. Чувствовала я себя при этом странно, мне хотелось и плакать, и смеяться одновременно. «Получается, Леша был прав, называя Артема сладострастником? Или пока еще рано делать какие-то выводы?»

Но в глубине души я все же надеялась, что ситуация как-то разрешится…

Мы зашли в ресторан, наполовину пустой, девушка-распорядительница провела нас к столику у окна, разложила перед нами массивные папки с меню.

– Это же обыкновенный пивняк! – нервно произнесла Виола, пальчиком с причудливым ногтем пробегая по страницам меню.

– Где ж обыкновенный, я этим ценам просто поражаюсь… – возразила Кристина. – Ну да, бельгийское, но не за столько же… А, погодите, вот и наше есть, за вполне вменяемые деньги.

– Я пиво не буду! Тут есть мартини?

– Девушки, давайте просто закажем себе чайничек с чаем на троих, – раздраженно сказала я.

Мои новые знакомые помолчали, но затем согласились на чай. Официантка, быстро приняв наш заказ, удалилась.

– Так Артем тебе уже и предложение сделал? – просто и безо всякого перехода спросила меня Кристина, накручивая выбившуюся прядь волос на палец. У нее были красивые, сильные руки и ногти – без единого намека на профессиональный маникюр.

– Да. В конце апреля должна состояться свадьба, – сказала я. – А вам, девушки, он делал предложение?

– Нет, – спокойно произнесла Кристина.

– А кто же тогда ему ты? – спросила Виола, хмурясь.

– Я с ним сплю, – пожала плечами Кристина. – Или, как это теперь называется… у нас с Артемом секс-онли.

– За деньги? – скривилась Виола.

– Почему за деньги? Я ж не проститутка, – хладнокровно парировала та.

– Да что такое секс-онли, я не понимаю…

– Ну так погугли!

– Ты знала, что ты не одна у Артема? – обращаясь к Кристине, вновь вступила я в разговор.

– Догадывалась. Но меня это не касается. Зачем мне знать о его личной жизни…

– То есть ты просто спала с ним, даже не за деньги? – опять взвилась Виола.

– Да. Так и есть, – ответила ей Кристина.

– Но смысл?!

– Смысл в том, что я живу как хочу. Мне не нужен брак, не нужны маленькие дети, я свободна и вполне довольна жизнью. Я работаю и два или три раза в неделю встречаюсь с Артемом. Мы… мы оба получаем удовольствие от этих встреч, ну а большего ни ему, ни мне не надо. Ну, а ты кто Артему? – с усмешкой Кристина чуть повернулась к Виоле.

– Я его любимая женщина, – вызывающе ответила та, и грудь у нее опять заходила вверх-вниз. Сидевшие неподалеку пожилые иностранцы так и уставились на это зрелище – то ли с осуждением, то ли с восхищением.