Время все решит за нас - Марина Рубцова

– Все идет по плану, – сообщил Максим. – Я звонил Дэну, с Новым годом поздравил. Он знает, что я типа в пробке застрял. Прибежит, как миленький к своей Риточке.

– А когда они переспят (если еще не переспали), ты будь с ней поласковее, – поучал женский голос. – Я тебе, как женщина говорю, она будет чувствовать себя виноватой и отошьет Дениса. Пусть страдает, сволочь, за то, что сделал с Ксюшей.

Я приоткрыла рот от удивления. Забыла, как дышать, будто весь воздух выкачали из легких. На душе стало так паршиво, но слез не было, чтобы заплакать и облегчить боль от обиды. Какого черта он обсуждает меня с какой-то там девицей?! Что вообще означают их слова? Это месть Денису такая?

Я не могла больше слушать этот бред. Отошла от двери и, сжимая в руках шапку, на ватных ногах поплелась к выходу. Но куда податься? Не могу больше жить в доме Саранских. Соберу вещи и позвоню Асе. Возможно, она даст мне временный приют.

Выйдя из здания, я увидела Дениса возле машины. Он никуда не уехал, словно предвидел мое возвращение.

– Что случилось? – спросил он, приблизившись.

– Ничего. – Я не стала говорить о том, что узнала. Но мне захотелось поскорее убраться из этого места. – Поехали отсюда.

– Командуй, моя королева.

Сердце встрепенулось от его слов. Воспоминания увлекли в пучину далекого прошлого, когда в эсэмэс Денис просил меня стать его королевой.

– Куда ты меня звал? Вот туда и поехали. Гулять!

Денис включил зажигание, и машина мягко тронулась с места. Мы помчались по ночной улице навстречу празднику. Не хотелось горевать понапрасну и думать о случившемся.

– Покажу тебе наши достопримечательности, – улыбнулся Денис. – Ты ведь так ни разу и не была на Центральной площади? Там сейчас должно быть весело, ты же видела, сколько там народа, когда мы по Ленина ехали?

Минут через пять мы были на месте. Припарковали автомобиль и пошли в эпицентр веселья. Я словно в ледниковый период попала. Кругом ледяные скульптуры героев из сказок: и Царевна-Лягушка, и Золотой Петушок, и другие Пушкинские герои. Денис взял меня за руку и повел через толпу подвыпивших горожан прямо к огромной мигающей разноцветными огнями елке. Я остановилась, рассматривая шикарную новогоднюю ель. Откуда-то раздался громкий звук, похожий на выстрел. Мы обернулись и увидели, как небо озарилось красочными огнями. Послышались радостные возгласы и свист. Я глянула на руку Дэна, которая все еще держала мою ладонь и улыбнулась. Вот бы он никогда не отпускал меня.

– Не замерзла? – отозвался Денис.

– Нет. Мне хорошо с тобой, – созналась я.

Сегодня Новый год, а значит, прошлое нужно оставить позади. И этим прошлым стал для меня Максим, для которого я была лишь орудием мести.

– Наконец-то ты в этом призналась, – иронично выдохнул Дениска и обнял меня.

Я прижалась к холодной куртке лицом и поняла, что не готова снова потерять его. Особенно после того, что сегодня случилось дома.

Мысли унесли меня на три года назад. Я любила Дениса Саранского безрассудно, будто в последний раз. Это когда сходишь с ума от одного только запаха его кожи с примесью дезодоранта. Когда слезы застывают в глазах при прощании, хотя знаешь, что завтра снова увидишь любимого. Когда живешь от звонка до звонка, от встречи до встречи и не знаешь, что ждет вас дальше. Мечтаешь о счастье, а оно вдруг отворачивается… Тогда я чувствовала дыру вместо сердца, а сейчас она начала понемногу затягиваться.

– Вот бы вечно так стоять, – негромко сказала я. – Не хочу снова потерять тебя.

– И не потеряешь, – пообещал Денис и, отстранив меня, поцеловал. А потом произнес: – С Новым годом, заечка!

– С Новым годом.

Нам было весело вместе. Дэн, позаимствовав у какого-то ребенка ледянки, потащил меня на самую большую и крутую горку. Сопротивляться я не стала, полностью отдалась забаве. Мороз пощипывал лицо, кончики пальцев на руках и ногах, но это не могло омрачить наши восторги. Вдоволь накатавшись, Денис предложил погреться и перекусить в кафешке неподалеку. К счастью, свободные столики там были, и нам не пришлось греться в машине.

Объевшись пиццы и напившись горячего чая, мы решили немного пройтись, пока окончательно не закоченели. Остановились под запорошенной снегом березой и заключили друг друга в объятия. И больше ничего не надо было. Просто вот так стоять и смотреть, как сквозь заснеженные ветви пробивается серебристый лунный свет. Чувствовать тепло Денискиной руки. Молчать, понимая друг друга без слов. Как же я жила все эти годы без него? Я подняла голову и посмотрела на Дэна. Его мокрая от снега и пота челка завитками лежала на лбу. Взгляд опустился ниже. Мысленно очертила пальцем по дивному рисунку губ. Поймала себя на мысли, что хочу поцеловать их. Я не понимала, как так произошло, что краски стали ярче, запахи острее, а в груди росло и ширилось что-то огромное и бесконечно прекрасное – счастье. Я запоминала каждый миг, впитывала и пропускала через себя, чтобы потом, спокойно прочувствовать и насладиться, когда останусь одна. И все же маленькой неприятной занозой ныла мысль о Максе и его подлости. Но все сомнения улетучились, когда я услышала голос Дениса:

– Поехали домой? Замерзла ведь.

– Да как-то неудобно. А если родители вернутся?

– Неудобно шубу в трусы заправлять, поняла? Никто не придет. Поехали.

– Ну хорошо, – слегка постукивая зубами, согласилась я.

Дома мы захватили из холодильника бутылку шампанского и отправились к Денису в комнату. Я словно попала в другой мир. На стене у кровати висели всевозможные медали и дипломы, в шкафу со стеклянными дверцами стояли кубки. Подошла ближе, чтобы рассмотреть.

– Это по автозвуку, – прокомментировал он и указал пальцем на фотографию в рамке. – Это с нашей с пацанами первой победы.

– Здорово. Ты молодец. И машина у тебя классная.

– Моя гордость, – улыбка расцвела на его лице. – Своими руками ее возродил.

Мы пили шампанское, болтая о всяких разностях.

– Помнишь нашу первую ночь у моей тетки? Ты тогда поцеловала меня в одно место… Прикинь, столько лет прошло, а я помню, как вчера. А у тебя есть такое место, куда я тебя поцеловал, и ты не могла забыть?

– А как же, – улыбнулась я. – Помнишь, ты говорил, что у меня приподняты уголки губ, будто я всегда улыбаюсь? Вот это место. А я тебя куда?

– В сердечко.

Я вспомнила тот день. Мне было не по себе. Мы с Дэном ночевали у его тети в Талице после того, как вернулись из клуба. Просто лежали в объятиях друг друга и строили планы на будущее.

– А, точно. В сердечко.

Мы еще много всего вспоминали, а ближе к утру уснули в объятиях друг друга.

Меня разбудил телефонный звонок. Я оторвала голову от подушки и, протянув руку к столу, нащупала вибрирующий мобильник. Спросонья не поняла, чей номер высветился на дисплее.