Нежданное счастье - Барбара Картленд

Девушка тем временем продолжала:

– Папа рассказывал мне о том, что золото было найдено в Калифорнии и Австралии, и я не вижу причин, почему бы ему не обнаружиться здесь. Или, если уж не золоту, то хотя бы меди или цинку, которые тоже являются очень полезными ископаемыми.

Король в раздражении прищелкнул языком.

– Почему я сам не додумался до этого? А ведь вы совершенно правы, и мне прекрасно известно, что большие залежи золота найдены в Ливии, некоторых других странах, расположенных на побережье Эгейского моря, равно как и в Персии и Индии.

В голосе его вдруг прорвалось сдержанное недовольство.

– Как же я мог оказаться таким глупцом, чтобы не подумать о том, что в моих горах могут быть залежи золота или, как вы говорите, других полезных ископаемых?

Судя по всему, он был настолько зол на самого себя, что Титания не могла хотя бы не попытаться утешить его.

– Как говорила моя няня: «Никогда не поздно исправить собственную ошибку».

– Вы совершенно правы, Титания, и я займусь этим немедленно. Если мы найдем золото или что-либо иное, что может помочь моему народу, то это будет целиком и полностью ваша заслуга.

– Мне не нужна слава, сир. Я просто обратила внимание на то, что многие дети бегают босиком, одеты в сущие лохмотья, и сочла странным, что для них ничего не делается.

– Я очень хорошо понимаю, что вы имеете в виду, и мне стыдно за себя.

Поскольку королю было явно интересно, Титания заговорила с ним о горах, виденных ею в других странах, но при этом не могла удержаться от того, чтобы вновь не упомянуть о богатых золотых жилах, найденных в других частях света.

К тому времени как они повернули коней, собираясь отправиться в обратный путь, она поняла, что король решительно настроен немедленно проверить на практике ее предположения.

Про себя она взмолилась о том, чтобы он нашел то, что ищет, и чтобы эти находки принесли счастье и процветание его обездоленной нищей стране.

За разговорами на обратном пути оба и не заметили, как пролетело время.

До замка оставалось уже совсем недалеко, и они быстро приближались к нему.

И вдруг с кучи некрупных валунов и булыжников, на которой он играл, чуть ли не под самые копыта королевского коня скатился маленький мальчик.

Его величество, продемонстрировав великолепную реакцию и умение управлять конем, не позволил тому растоптать ребенка копытами, но малыш упал на острые камни и заплакал от боли.

Король и Титания разом натянули поводья, останавливая своих скакунов.

Не говоря ни слова, Титания протянула королю поводья и, соскользнув с седла, бросилась к мальчику.

Подбежав, она увидела, что он совсем еще малыш, к тому же очень бедно одетый. Бедняжка упал на острый камень и поранил коленку, которая обильно кровоточила.

Она обняла его обеими руками и попыталась успокоить:

– Все в порядке, ничего страшного не случилось. Но, полагаю, лошадь сильно испугала тебя.

Оказавшись у нее в объятиях и внимая ее словам, малыш перестал плакать, но к этому времени из его разбитой коленки натекла целая лужа крови.

Титания оглянулась на короля.

– Ваше величество, вы не могли бы дать мне свой носовой платок?

Король вынул из кармана платок и бросил ей, а она перевязала коленку мальчугана.

Порез был большим и рваным, но неглубоким и должен был зажить достаточно быстро. Затем Титания подняла его на руки и огляделась по сторонам, высматривая, нет ли еще кого-нибудь поблизости.

Рядом с валунами играли еще двое детишек, и Титания окликнула их.

– Чей это мальчик и где он живет?

Ей сказали, что его зовут Аякс и что живет он в той части города, о которой она никогда не слыхала.

Держа мальчика на руках, Титания подошла к королю и передала ему то, что сообщили ей мальчишки.

– Полагаю, мы должны отвезти маленького Аякса домой. В таком состоянии сам он дойти не сможет.

– Насколько я понимаю, – заметил король со слабой улыбкой, – теперь на меня ложится ответственность еще и за него.

Он наклонился с седла, и Титания передала ему Аякса.

Король посадил малыша перед собой на седло и подождал, пока Титания не сядет на своего коня, что далось ей с некоторым трудом.

Двое aides-de-camps по-прежнему походили на крошечные точки вдалеке, и ждать их смысла не было, решила она.

Король поехал вперед, послав своего скакуна шагом, чтобы не напугать Аякса, которому на самом деле вовсе не было страшно, и он восторженно завопил:

– Айджи^[16]… едет верхом… на лошади… очень-очень большой… лошади!

Без сомнения, он был горд и счастлив оказаться под защитой самого короля, когда они въехали в город.

Прохожие на улицах провожали изумленными взглядами своего повелителя с маленьким мальчиком в седле.

Аякс был одет чисто и опрятно, вот только одежда его была заношена до дыр, и обут он был в старые сандалии, прохудившиеся настолько, что из дырок на носке торчали пальцы.

Король, похоже, знал дорогу туда, где жил Аякс. Как и следовало ожидать, это оказалась узкая улочка с полуразвалившимися домами по обеим сторонам. Оконные стекла были разбиты, кирпичи выпадали из стен, а двери зияли гигантскими трещинами.

В толпе на улице было много детей, и все они застыли с открытыми ртами, глядя, как к ним на прекрасных чистокровных лошадях приближаются король с Титанией.

Они проехали по улице совсем немного, прежде чем Титания услышала, как кто-то закричал:

– Это король, я знаю, это сам король!

Мужчины и женщины благоговейно подхватили этот возглас и всей толпой двинулись за всадниками.

Король попросил Аякса показать, где находится его дом, и мальчуган протянул ручонку вперед.

Когда они подъехали к дому, за ними уже толпой шли местные жители.

И вот, когда король натянул поводья, придерживая коня, из толпы выбежала какая-то женщина и бросилась к двери дома Аякса, громко окликая кого-то внутри.

Через мгновение из дома вышла моложавая женщина. На вид ей было лет тридцать или около того, и в молодости она, вне всякого сомнения, была настоящей красавицей. Но тяжелая жизнь, полная невзгод и лишений, преждевременно состарила ее.

Она в полном недоумении и растерянности уставилась на Аякса, сидящего в седле перед королем.

– Мама, мама, Айджи едет на лошади! – закричал он.

Женщина, которая окликнула ее, заставив выбежать на улицу, проговорила шепотом, который тем не менее разнесся по всей улице: