Обещание поцелуя - Стефани Лоуренс

Себастьян — а она в этом уверена — думал об этом, но подобное поведение никогда не входило в ее планы.

Пока не входило.

Неожиданно он появился в дверях салона, куда она как раз направлялась.

— Малышка. — Он взял ее руку, которую она инстинктивно подняла, чтобы оттолкнуть его, и поднес к губам.

Он смотрел ей в глаза, склонившись к ее руке, и то, что она увидела в голубой глубине, наполнило ее страхом.

— Ваша светлость.

Ругая себя за то, что не смогла ему противостоять, Хелена пыталась найти выход из положения, а он, ни о чем не подозревая, втащил ее в комнату. Вынужденная подчиниться, она напомнила себе, что он опасен и в то же время знала, что с ним ей ничего не страшно.

Опасный, с одной стороны, рыцарь-защитник — с другой. Она совсем запуталась.

— Я очень рада, что встретила вас, ваша светлость, — сказала она, скорее атакуя, нежели защищаясь, и подняв голову, поймала его взгляд. — Я хотела попрощаться с вами и поблагодарить за оказанную мне помощь в последние недели.

Выражение его лица ни о чем ей не говорило — он, как всегда, натянул на себя вежливую маску, но его глаза чуть расширились. Ей удалось его удивить!

— Насколько я понимаю, на маскараде будет полно народа, и, возможно, мы уже не встретимся.

Она замолчала, прикусив язык. Если ее слова не поставят его на место, не подскажут ему, как она решила себя вести после вчерашнего вечера, — тогда, значит, уже ничто не поможет.

Некоторое время он молчал, глядя ей в глаза, и наконец улыбнулся:

— Мадемуазель, вы не перестаете меня удивлять.

— Для меня большая честь удивлять вас, ваша светлость.

Его улыбка стала еще шире.

— В наши дни мало что может удивить такого пресытившегося человека, как я.

В его тоне было столько самоуничижения, что на него было трудно обижаться. Хелена почувствовала, как по ее телу разлилось тепло, когда or сжал её руку и пальцем погладил ладонь.

— Вам нет нужды прощаться со мной. Сегодня вечером я буду рядом с вами.

— Сначала найдите меня в этой толпе, а затем постарайтесь узнать.

— Я узнаю вас, малышка, точно так же, как вы узнаете меня.

— Я не скажу вам, в каком буду костюме.

— В этом нет необходимости. — Он продолжал улыбаться. — Я догадаюсь.

Он ошибется так же, как и все другие. Чрезвычайно уверенная в себе, Хелена оглядела толпу.

— Посмотрим.

Она подняла на него глаза и увидела его внимательный взгляд. Немного поколебавшись, он спросил:

— Вы говорили утром с Тьерри?

— Нет. Его нет в городе, но он должен вернуться к вечеру.

— Понятно.

Себастьян теперь догадался, почему она не знала о его приглашении. До этого он испытывал беспокойство, уверенный, что она знает, но решила пойти ему наперекор, затеяв какую-то свою игру и надеясь в ней победить.

— Чем вызван ваш интерес к Тьерри? — Хелена подозрительно покосилась на него.

— Просто у меня к нему есть вопросы. Без сомнения, мы увидимся вечером.

— Здесь лорд Этельбрайт

— Нет!

— Нет? Что — нет?

— Нет — вы не должны пытаться установить, как его прикосновение действует на вас. Поверьте мне, малышка, что вам больше не стоит работать над списком ваших потенциальных мужей.

Она услышала в его голосе железные нотки, озадаченная, взглянула на него:

— В ваших словах нет смысла — нет, в них даже меньше смысла, чем было всегда.

— Вы можете обвинять меня в чем угодно, малышка, но я почему-то уверен, что вы не согласитесь покинуть этот душный, заполненный народом зал и отправиться со мной в какое-нибудь уютное, тихое местечко, где мы могли бы спокойно поговорить.

— Вы абсолютно правы, ваша светлость.

— Вы умеете обольщать, как если бы были дочерью дьявола.

Улыбка на ее губах говорила о том, что ей понравилось это сравнение.

— Но, несмотря ни на что, вы все равно будете моей.

Улыбка ее исчезла. Она бросила на него возмущенный взгляд и, если бы он не держал ее за руку, она бы сразу же убежала. Поэтому, когда она попятилась от него, он снова притянул ее к себе.

— Нет, не покидайте меня. Со мной вам безопаснее, чем с другими, и нам вместе будет гораздо веселее. Перемирие, малышка. До вечера.

Он был полон решимости поговорить с ней о своих намерениях, о цели своего приглашения. Он рассчитывал, что Тьерри получил его письмо и рассказал ей о его просьбе, и она с готовностью согласится обсудить его предложение. Но, не зная о его приглашении, она не пойдет с ним, а для него было совершенно невозможным упоминать слово «женитьба» в таком шумном месте. Поэтому он решил отложить разговор.

Он сказал «до вечера» — значит, вечером он найдет ее, а там будет видно.

— Как скажете, ваша светлость. До вечера. Себастьян улыбнулся и поднес ее руку к губам.

— До вечера.

Плащ уже накинут, маска скрывает лицо. Хелена покинула комнату и побежала к лестнице, подгоняемая криком Марджори:

— Мы можем опоздать, дорогая! Сколько можно ждать?

— Я уже иду.

Хелена спустилась вниз в то самое время, когда входная дверь открылась, и на пороге появился Тьерри, усталый и взволнованный.

Марджори бросилась к мужу:

— Слава Богу, ты приехал! Мы должны немедленно отправляться!

Тьерри одарил улыбкой обеих женщин.

— Я должен принять ванну и переодеться, дорогая. Вы поезжайте вперед, а я вслед за вами.

— Но, Гастон…

— Мадам, я не могу ехать на маскарад в таком виде. — Взгляд Тьерри упал на почту, лежавшую на столике. — И кстати, надо просмотреть эти письма. После этого я сразу последую за вами, обещаю.

Марджори надула губки, но согласилась. Тьерри улыбнулся Хелене и поцеловал ей руку.

— Ты выглядишь восхитительно, девочка. Желаю хорошо повеселиться.

Забрав письма, он быстро поднялся по лестнице.

Луи помог дамам забраться в карету, а сам устроился на сиденье напротив. Карета покатила к Беркли-стрит. Как и предсказывала Марджори, длинная вереница карет уже ожидала своей очереди, чтобы высадить пассажиров у дома Лоуи.

Ночь была ясной и довольно прохладной, однако вид гостей в фантастических одеждах, подъезжавших в каретах, словно волны одна за другой, собрал у городского особняка массу зевак. По бокам красного плюшевого ковра, расстеленного от парадной двери до края тротуара, стояли горшки с падубом и плющом. Ярко горели факелы, освещая дорогу прибывающим гостям.