До того как - Анна Тодд

– Присядь. – Хлопаю по бетонке.

Попыхтев немного, она все же садится. Скрещивает ноги и вздыхает.

– Может, договоримся держаться друг от друга подальше? Останемся друзьями? У меня правда нет желания воевать с тобой.

Что-то я не заметил, чтобы мы часто цапались. Болтаем вот и впрямь чаще, чем ожидалось. Я с Кеном и то чаще ссорюсь, а разговариваю – куда реже.

Жаль насовсем расстаться с ней. Мне будет не хватать ее колкостей, ее гневных взглядов.

– Я не хочу от тебя отдаляться, – признаю.

Бесит, что с ней приходится вести себя как можно приличней: стоит оступиться, и она уйдет. Хотелось бы верить, что сегодня мы немного сблизились и Тесса больше не станет убегать от меня так поспешно. Надо признаваться ей в чувствах, открываться больше, чем я привык кому-либо открываться, но взамен – ничего. Я как будто женился, только мне по вечерам ни секса, ни ужина.

– В смысле… вряд ли у нас получится больше не видеться, раз уж твоя соседка – одна из моих лучших друзей. Значит, надо нам подружиться.

Мне предстоит победить в споре, а добыча-то не из легких.

– Выходит, друзья? – спрашивает Тесса нарочито деловым тоном.

Предложить ей поделить выигрыш пополам? Отличное выйдет начало для цветущей дружбы.

Друзья? Тогда уж друзья с опцией «потрахаться».

– Друзья. – Протягиваю ей руку.

Изображаю очаровательную улыбку, однако Тесса мотает головой. Чует подставу, хотя и не так тонко, чтобы вообще держаться от меня подальше.

– Только не друзья с привилегиями, – уверенно заявляет она и тут же выдает себя, покраснев. Я и не замечал, как соблазнительна невинность.

– С чего это ты о привилегиях вспомнила? – спрашиваю, потеребив сережку в брови.

– Как будто сам не понимаешь. Стеф мне рассказала.

– Что, про нас с ней?

Стеф – девчонка ничего, с ней прикольно общаться. У нее свои тараканы, как и у всех, но она их напоказ не выставляет, как я или Молли. Интересно, что эта рыжая рассказала Тессе? Про наши эскапады, наверное, и красок не пожалела. Стеф всегда требовала больше, чем я мог дать.

– Про вас с ней и про тебя с другими девушками, – с трудом произносит Тесса.

– Ну, нам со Стеф… было весело. – Я улыбаюсь, и она отворачивается. – И да, у меня есть девчонки, которых я трахаю, но тебе-то что за печаль, подруга?

Представляю Тессу на месте любой из них, как она лежит подо мной, приоткрыв от наслаждения рот. Вот она закрывает глаза, у нее перехватывает дыхание, когда она кончает – я работаю пальцами и ртом одновременно. Уверен, еще никто не ласкал Тессе клитор языком, вводя пальцы в…

– Да никакой печали, – говорит Тесса, выводя меня из задумчивости. – Просто не надейся, что однажды я стану одной из тех, других.

Огонь моих фантазий лишь ярче вспыхивает.

– Ой-ой-ой! Ревнуешь, Тереза?

– Еще чего! Мне жаль этих девушек. – Она качает головой, и я смеюсь. Со мной она забыла бы о жалости. Получала бы наслаждение, безграничное наслаждение, о каком и мечтать не смела.

– Зря жалеешь. – По-прежнему воображаю ее голой. Хочу видеть, что она скрывает под мешковатой одеждой. – Поверь, им всем это нравилось.

– Ладно, ладно, я все поняла. Давай сменим тему… – Прикрыв глаза, Тесса запрокидывает голову. – Ну что, будешь вести себя учтивее?

– Конечно. А ты перестанешь быть такой зажатой стервой? – дразню я ее.

– Это не я стерва, а ты – нахал.

Мы оба смеемся. Смех Тессы легкий, текучий; он меня обволакивает. Голова приятно кружится.

Голова кружится? Да ты что, Хардин!

Надо собраться и перевести наш паровозик дружбы на верные рельсы.

Подаюсь ближе к новой подруге.

– Ты только глянь на нас двоих, друзей.

Тесса, отпрянув, встает. Я возвращаюсь к фантазиям и представляю, как стягиваю с нее юбку.

– Тесс, у тебя ужасная юбка. Раз уж мы теперь друзья, не носи ее больше.

Смущенная, Тесса сверкает глазами, и я спешу улыбнуться. Я ведь не оскорбить хотел, а подразнить. Нет, правда, если хочет носить непривлекательную одежду, флаг ей в руки. У меня самого всего несколько пар черных джинсов и замызганные футболки.

Телефон у Тессы в сумочке начинает вибрировать.

– Мне пора на занятия, – говорит она.

Смотрю на кусок древнего пластика у нее в руках. «Нокиа»?

– Будильник? Для начала занятий? – спрашиваю. Похоже, у нее последняя в мире «раскладушка». По-моему, Тесса намеренно создает себе образ отставшей от времени.

– Я много когда будильник ставлю, – пожимает она плечами. – Такая вот я.

Она как будто стыдится своих привычек. Оправдывается. С чего бы? Наверное, это чье-то влияние. Наверняка мамашина работа. Да, я тоже заставляю Тессу стрематься своего поведения, но эта женщина – зануда из зануд. Небось и в туалет заставляла ходить по будильнику.

– Ладно, тогда я поставлю себе напоминалку, чтобы мы завтра с тобой повеселились после занятий, – говорю я.

Хочу провести с ней время. Мне это нужно.

Тесса смущенно сводит брови к переносице.

– Вряд ли наши представления о веселье совпадают.

Это уж точно. Я себе веселье представляю не так, как она. В понимании Тессы, приятное времяпрепровождение – это когда мальчик с девочкой делают вместе уроки, лежа на заваленной заметками и тяжеленными учебниками кровати. Такое вот академическое средство борьбы с возбуждением.

Я себе развлекуху представляю иначе. Веселье – это когда я сижу на кровати, упершись спиной в изголовье, а Тесса мне сосет. Она заглатывает моего красавца все глубже и глубже, а я потягиваю холодный вискарь; в стакане приятно позвякивает кубик льда.

Хотя… Мне вообще-то пить не следует, так что дам ей в рот на трезвую голову.

– Ну, – говорю я вслух, – принесем в жертву пару котят, сожжем здание-другое…

Тесса хихикает, и я невольно улыбаюсь в ответ. Нас отвлекает проходящая мимо парочка: парень с девушкой держатся за руки и смеются над какой-то дебильной шуткой. Я не расслышал, что именно сказал парень, но шутка наверняка дебильная, ведь оба в одинаковых полосатых носках – так они ненавязчиво показывают невинным встречным, что состоят в отношениях. Придурки. Тесса их словно и не заметила, смотрит под ноги.

– Тебе и правда не помешало бы развеяться, а раз уж мы с тобой друзья, то и повеселимся вместе.

Не дожидаясь ответа, разворачиваюсь и ухожу.

– Вот и хорошо, рад, что ты согласилась. До завтра.

Прейдя улицу, оборачиваюсь и вижу, что Тесса по-прежнему сидит на бордюре. Она не стала отказываться, значит, хочет со мной погулять. Ну вот, и какого хрена мне теперь делать? Я-то рассчитывал, что она будет ломаться и согласится не с первого раза и что я успею составить план.