Скандальная связь короля - Энни Уэст

Аннализа была сильной женщиной.

– Расскажи мне, пожалуйста.

Наконец Тахир сел на смятые простыни и позволил Аннализе обнять его. Она положила голову ему на плечо, и его окутали ее длинные волосы.

– Плетью моего отца. Он регулярно порол меня.

Итак, Тахир не бредил тогда, в пустыне. Его действительно избивали. Аннализа изумилась этому, но отказалась поверить.

Регулярная порка маленького ребенка. Что за садист будет вести себя таким образом?

Она сглотнула подступившую к горлу горечь, но не сдержала слезы.

Внезапно она вспомнила слова Ришаны о том, что Тахир финансирует приюты для детей, подвергшихся насилию, и ужаснулась. Неужели он старается спасти других детей от того, что когда-то приносило ему страдания?

Аннализа крепко обняла Тахира. Жаль, что у нее не было возможности защитить мальчика, который превратился в такого замкнутого мужчину.

– Не плачь, любимая. – Он вытер ее мокрые щеки. – Это было давно.

– Но ты по-прежнему помнишь об этом. На тебе шрамы. – Оба понимали, что она говорит не о шрамах на теле. – В пустыне ты каждую ночь бредил об этом…

Тахир обнял ее, и она прильнула к нему, радуясь, что он доверяет ей. Говорил ли он об этом с кем-нибудь?

– Я выжил, – равнодушно произнес он.

– Ты не просто выжил, – тут же прошептала она, – а превозмог прошлое. Посмотри, кем ты стал.

– Не обожествляй меня, Аннализа, – резко сказал он. – Положение короля еще не делает меня хорошим человеком.

– Нет, но ты хороший человек. – Она вспомнила о том, как он беспокоился о ней в пустыне, когда она заговорила о своем горе. Подумала о его анонимном финансировании детских приютов. О разумной, заботливой политике, которую он проводил как король, хотя официально еще не взошел на трон. О том, как эффективно он организовал спасательные работы после землетрясения, поддерживая людей своим участием. О том, что он женится на ней, чтобы защитить их ребенка.

– Едва ли. – Он отрывисто и резко рассмеялся. – Я слишком похож на отца. Много лет я купался в наслаждениях, искал мгновенных радостей и приобрел незавидную репутацию.

– Ты не похож на него! – возмутилась Аннализа. – Ты не изворотлив и не жесток.

– Возможно, женитьба и отцовство пробудят во мне истинные качества.

Аннализа отпрянула назад, ошеломленно глядя в его мрачное лицо. Неужели он верит в то, что говорит?

Она видела его слабым, на пороге смерти, лишенным притворства. Мужчина, которого она узнала в пустыне и который сейчас перед ней, не похож на монстра, каким хочет себя изобразить.

Обняв его лицо ладонями, Аннализа встретила его пристальный взгляд.

– Ты совсем не такой, слышишь меня?! – Ее голос становился громче от непонятной ярости. – Никогда в жизни не слышала подобной ерунды. Никогда больше не говори так, иначе я решу, что ты ищешь сочувствия.

От изумления он округлил глаза, словно котенок, которого он только ласкал, превратился в тигрицу, нанесшую ему удар.

– Ты не можешь использовать это оправдание, чтобы прятаться от жизни.

– Ты понятия не имеешь, о чем говоришь! – Он стал воплощением высокомерия.

Ее сердце сильно екнуло, ей была невыносима сама мысль о том, что Тахир воображает себя жестоким отцом.

– Почему он избивал тебя? – спросила она, не дождавшись его ответа. – Твоих братьев он тоже избивал?

Она ощутила на лице его теплые руки. Большими пальцами он нежно вытирал слезы с ее щек, чуть отклонившись назад.

– Я велел, – тихо проворчал он, – чтобы ты не плакала. Это приказ короля. – Он криво усмехнулся, отчего подпрыгнуло ее сердце. – А приказы короля надо исполнять.

Аннализа неуверенно кивнула. Он не оттолкнул ее, а, наоборот, нежно обнял ладонями ее лицо.

– Ты ведь не отступишься, верно?

Аннализа покачала головой. Длинные волосы разметались по ее обнаженным плечам. Они оба были обнажены, но не обращали на это внимания.

Вздохнув, Тахир поднял ее и усадил к себе на колени.

– Нет, он не избивал Карифа и Рафика, – тихо сказал он наконец. – Только меня.

– Но почему?…

Тридцать секунд стояла тишина.

– Я всю жизнь задавался этим вопросом, считая, что сам являюсь причиной его ненависти. Еще в детстве я удостаивался его ненависти и неодобрения. – Он помолчал, потом заговорил равнодушно: – Все потому, что он думал, будто я не его сын…

Аннализа дернулась в его объятиях:

– Серьезно?

Он кивнул:

– О да. Спустя много лет мать наконец объяснила мне то, на что не осмеливалась прежде. – Он глубоко вздохнул: – Моих родителей сосватали и поженили. И хотя мой отец сам развлекался с любовницами, но при этом ужасно ревновал свою жену. Она очень тяжело рожала Рафика и по настоянию докторов на несколько месяцев уехала во Францию – поправить здоровье. Когда кто-то хитро намекнул, что Ришана там наслаждается обществом друзей, мой отец решил, что у нее появились любовники. Это не было правдой, но ему было все равно…

Тахир крепче прижал к себе Аннализу, и она закрыла глаза, представляя, какой была жизнь Ришаны с жестоким тираном, который не любил ее.

– Потом родился я, и я… был другим. У меня не было таких светло-голубых глаз, как у членов семьи.

Она насторожилась:

– Твой отец решил, что ты не его сын, из-за твоих темно-голубых глаз?

Тахир пожал плечами:

– Отец зациклился на своем подозрении. Моя мать даже предлагала сделать тест на ДНК, но он, как параноик, уверял, что об этом станет известно общественности. Гордость не позволяла ему смириться с тем, что кто-то узнает, будто ему наставили рога. – Тахир умолк, глубоко вздохнул и продолжил: – Неудивительно, что я не мог радовать его, не важно, как сильно я старался. Официально он не называл меня ублюдком. Это могло повлиять на его репутацию. Поэтому он превратил мою жизнь в ад.

– Он сделал тебя мальчиком для битья.

– В буквальном смысле этих слов. – Он безрадостно рассмеялся.

– А твоя мать?

– Нет, ее он не трогал. – Тахир догадался, о чем думает Аннализа. – Отец понял, что может отомстить ей более изощренно. Издеваясь надо мной, он даст ей понять, что она не может мне помочь. – Он сжал ее плечо. – Она сразу поняла, что, если проявит ко мне любовь, я поплачусь за это.

– Как же она страдала! – Аннализа вздрогнула от мысли о неспособности защитить собственного ребенка.

– Я этого не понимал, – тихо произнес Тахир, – до тех пор, пока ты не заставила меня поговорить с ней.

– Я заставила тебя?…