Игра на острие - Наталья Будянская

Мухин поправил на носу очки и, довольный произведенным впечатлением, продолжал:

— Мы установили, что на имя Ивановой Анжелики Ивановны зарегистрированы: автомобиль BMW X5, два автомобиля Tesla, а также пятикомнатная квартира общей площадью 460 квадратных метров и валютные счета в банке «Укрсоц» и «Радомир». На сегодняшний день средства со счетов сняты, а счета аннулированы. Больше выяснить пока ничего не удалось.

Мухин снял очки, отложил папку с бумагами в сторону и спросил, обращаясь к полковнику:

— Что со всем этим будем делать, Илья Дмитриевич?

— Искать эту даму.

Утопленницу идентифицировали с пациенткой психбольницы и объявили в розыск. После драки с бомжихой в порванной одежде и чужом пляжном полотенце Лика спасалась из города бегством. Ее память вернулась и бередила нервы. Она боялась людей и, видя свои фото на остановках городского транспорта, ушла пешком так далеко, как только смогла. В рассветных проблесках она увидела огни домов. Дорога сворачивала вправо, влево уходила грунтовка. Лика выбрала деревню и свернула налево. Хотела найти приличную одежду и пищу. На милость и жалость людей не рассчитывала.

«Надо работать — буду работать. После склада с бомжами мне уже ничего не страшно».

Анжелика подходила к первым домам, слышала, как голосит петух и лают собаки. Ранний ветерок пробирался под полотенце, служившее кофтой-накидкой, трепал порванную юбку. За спиной послышался грохот мотоцикла. Лика шагнула на обочину. Мотоциклист поравнялся с женщиной и внезапно заглушил мотор. Лика тоже остановилась и молча ждала продолжения. Молодой парень с удивлением смотрел на ее наряд.

— Заблудилась что ли? — спросил мотоциклист.

— Нет.

— Куда в такую рань? В гости?

— Нет.

— Ты не из нашего села.

— Нет.

— А ты не больно разговорчивая.

— Нет.

— На коровник еду. Могу до фермы подбросить. Это на краю села.

На вид ему было не больше двадцати. Выгоревшие белые волосы, нестриженный затылок, голубые глаза, мятая кепка вместо шлема — типичный деревенский парняга.

— Согласна, вези к коровам.

Она ощутила во рту привкус молока. Готова была душу дьяволу отдать за то, чтобы выпить кружку парного.

— Садись.

Лика откинула брезент и хотела юркнуть в коляску.

— Тысячу лет не ездила на мотоцикле…

— Не, запрыгивай назад и держись за меня. В коляске бидоны.

Анжелика закинула ногу, села на жесткое сиденье и крепко обняла парня за талию. Заревел мотор, и мотоцикл поскакал вдоль села.

В коровник Лика не пошла, осталась ждать у мотоцикла. Мычание коров, звон ведер, ругань женщин, лай собак и крики петухов — все это возвращало ей жажду жизни.

«Странно, — думала Лика, — все эти люди живут в селе и счастливы. Им не нужен город и другая жизнь».

Она обвела взглядом бесконечные черные поля, пятнистых коров с крупными рогами, вспомнила свой побег и улыбнулась. Вернулся мотоциклист.

— Так куда тебе?

— А я с тобой.

— Я в поле, коров пасти.

— Никогда не пасла коров.

Лика улыбнулась. Парень посмотрел ей в глаза и полез в коляску мотоцикла.

— На, одень. Это мамкино.

Лика размотала тряпку, оказавшуюся халатом, натянула на себя. Парень кивнул удовлетворенно.

— Как тебя зовут? — она решила познакомиться.

— Юрец.

— Значит, Юрец. А меня Анжелика.

— Запомнил.

Путаясь в полах длинного цветастого халата, Лика пошагала за парнем. Целый день они пасли коров, говорили обо всем. Она узнала, что стадо называется «чэрэда». На ночь животных разбирают по домам. Продукты, которые пастух берет с собой на пастбище, называются «торба». С коровами проблем нет, они сами знают, куда идти. Лике такая работа понравилась.

В длинном застиранном халате, усыпанном мелкими ромашками, молочно-белом платке, покрывавшем волосы, она была похожа на местную. В ней не угадывалась бывшая миллионерша и бывшая пациентка психбольницы.

— Куда теперь? — спросил Юрец, когда разобрали всех коров.

— К тебе.

Лика с вызовом посмотрела в глаза парню.

— Или у тебя жена?

— Нет никакой жены, — смутился парень. — Мамка только.

— Мне ночевать негде, я от мужа сбежала.

Лика говорила почти правду.

— А он тебя искать не будет?

— Нет. Он далеко живет. Ты мне поможешь?

Юрец задумался, потом взял Лику за руку и повел в сторону деревянных сараев. Распахнул двери и предложил здесь остаться на ночь. Это был настоящий сеновал. Вдохнула полной грудью запах сена, забралась в центр травяного царства и легла на спину, умирая от усталости…

— Я тебе тут картошки в кожушках принес.

Лика открыла глаза. Над ней склонился Юрец.

— А самогон есть?

— Прихватил немного, — покраснел парень.

— Наливай.

— Так я это… стаканов не взял.

— Ладно, и так сойдет.

Лика приложила бутылку к губам и сделала большой глоток. Рот и горло мгновенно обожгло, в глазах потемнело.

— Возьми помидор.

Юра пододвинул корзину ближе.

После помидора Лика смогла дышать.

Парень хлебнул самогон молча, даже не скривившись.

— У тебя девушка есть? — спросила Лика, вытирая рукой рот.

— Не.

Лика отхлебнула еще.

— Иди ко мне…

«Господи, сколько же у меня не было мужчины?»

Горячие губы парня прижались к ее губам. Сладкая истома пронзила тело, и она полностью отдалась инстинктам.

Проснулась утром. Отряхнулась, оделась и привела в порядок волосы. Пора было покидать временное убежище. От ночных упражнений отвыкшее от нагрузок тело приятно ныло. Лика доела картошку из корзины, убрала мусор и вышла из сарая. Юры нигде не было. Лика решила вернуться на трассу. Зачем оставаться в селе?

На дороге оказалась к полудню. Рядом затормозил «жигуль»:

— Если до Первомайского, садись.

Лика не раздумывая запрыгнула на заднее сиденье.

— Поехали.

— Я с дня рождения еду, — стал налаживать контакт водитель, — пивка бы дернуть… По приезде похмелимся, а?

— Ага, — поддержала идею Лика.

— Тебя как зовут?

— Маша.