Заложница страха, или история моего одиночества - Юлия Шилова

Но Вадим сказал, что нужно бояться живых,потому что мертвые уже ничего плохого сделать не могут. А еще он сказал, что япросто обязана жить, хотя бы ради тебя или ради твоей памяти. Тогда я ещеподумала, как же бледна теперь будет моя жизнь. Жизнь, где нет тебя. Конечно, япостараюсь. Ты же всегда говорил, что я сильная и что у меня все получится. Япостараюсь, только в моем сердце навсегда останется холодная осень.

Вернувшись в свою квартиру, я окончательнопоняла, что я больше здесь жить не могу. Слишком много здесь пережито и многосказано. Помнишь, как мы с тобой спорили, где у нас будет камин, стоит лисоединять кухню со столовой. А еще я всегда мечтала иметь квартиру с большимипотолками, под четыре метра. Тогда мы еще с тобой смеялись, что впорудостраивать второй этаж. А помнишь, как мы оба сидели в ванне, брызгали друг вдруга мыльной пеной и строили планы нашего светлого будущего? У нас была ваннаякомната с большим окном, за которым рос величественный тополь. Все это было, ивсе это было в этой квартире. Смех, слезы, наши надежды, победы иразочарования. Господи, как же больно это все вспоминать. Как же больно…

…Поправив непослушную прядь волос, яподняла голову и с безразличием посмотрела на наклонившегося к окошку мужчину.

– Я вас слушаю, – тихо сказала я и немногопрокашлялась.

Мужчина смотрел на меня так, как смотрят напривидение, и не мог произнести даже слова.

– Говорите. К какому врачу собрались?

– Я?!

– Ну, не я же. Вам карточку или вас к врачузаписать?

– Полина.

Я улыбнулась через силу и почувствовала,какой натянутой получилась моя улыбка.

– Да, Полина, и что? А откуда вы знаете моеимя?

Я задала вопрос и, покосившись на стоящуюрядом со мной табличку с четкими именем и фамилией дежурного регистратора, тутже подумала о том, что узнать мое имя проще пареной репы, нужно только немногожелания и умения читать буквы.

– Полина…

– Да я уже черт знает сколько лет Полина. Авы, между прочим, очередь задерживаете. Мужчина, если вы решили со мнойпознакомиться, то сразу говорю вам о том, что вы напрасно тратите свое и моевремя. Знакомство с мужчинами не входит в круг моих служебных обязанностей.

– Полина, ты что, меня не узнаешь, что ли?

– А мы разве с вами знакомы? – Я попыталасьвсмотреться в лицо совершенно незнакомого мужчины и поймала себя на мысли отом, что, по всей вероятности, он меня с кем-то путает.

– Полина, это я, Вадим.

– Вадим?!

– Ну да.

– Вы ошиблись. Скорее всего, вы меня скем-то путаете, – сделала я окончательный вывод. – Наверно, я похожа на вашузнакомую…

– Полина, да что с тобой произошло? Чтотворится-то? Ты что тут делаешь?

– Как что? – опешила я от столь бестактноговопроса. – Я с вами на «ты» не переходила. Если вы до сих пор не поняли, что ятут делаю, то я тут, между прочим, работаю регистратором. Вы посмотрите,сколько народа собралось. Это вам поликлиника, а не бюро знакомств. Сюда людиза помощью идут, а не затем, чтобы компостировать мозги так, как это делаетевы.

Люди, стоящие в очередь к моему окошечку,моментально меня поддержали и стали наперебой требовать, чтобы мужчина отошелот окна и не отвлекал регистратора.

– Полина, я друг Виктора! Ты меня что,совсем не помнишь?! – перекрикивая доносящийся из-за спины шум, раздраженносказал мужчина.

– Какого еще Виктора?

– Твоего мужа.

– Моего мужа? Знаете ли, а я не замужем.

– Но ведь была же.

– Не была, – отрицательно покачала яголовой.

В этот момент закончилось терпение уразбушевавшейся очереди, и мужчину просто оттолкнули от моего окошка.

– Странный какой-то, – тихо проговорила яи, посмотрев на наклонившегося к окошку разъяренного дедулю, уже бодро проговорила:

– Слушаю вас. Вам карточку?

Очередной рабочий день пролетел незаметно.Ближе к вечеру в регистратуру зашла Варвара, медсестра из хирургии, и живопроговорила:

– Полинка, тебя главный врач к себевызывает.

– Зачем? – Я бросила взгляд на часы и,немного поразмыслив, повторила тот же вопрос: – Не знаешь, зачем?

– Откуда мне знать. Там у него мужчинапредставительный сидит. Одним словом, тебя ждут.

– Знать бы, зачем вызывают, – встала я сосвоего места. – На ковер или на чашку чая. К чему готовиться?

– На чашку чая у нас главный врач вряд ликого вызывает. Он привык без нас чаевничать, – не могла не заметить Варя. – Дане переживай ты так. Самое главное, чтобы зарплаты не лишили, а все остальноепережить можно. Кстати, если я правильно заметила, то, по-моему, там все сидятв настроении. Так что не переживай ты так сильно. Давай топай. Ни пуха ни пера.

– К черту, – тут же ответила я и, выйдя изрегистратуры, направилась к кабинету главврача.

Немного прокашлявшись, я попыталасьприслушаться, что творится за дверью, и, набравшись решимости, постучалась изашла внутрь. Рядом с главным врачом нашей поликлиники сидел все тот жемужчина, который сегодня днем утверждал, что мы с ним знакомы, не давал мнеработать и создавал очередь.

– Полина, заходи и присаживайся, – нашнекогда строгий главный врач расплылся в приветливой улыбке и указал мне насвободный стул.

Как только я села на предложенный мне стул,мой начальник кивнул головой в сторону вальяжно сидящего напротив меня мужчиныи осторожно спросил:

– Полина, ты узнаешь этого человека?

– Нет, – отрицательно покачала я головой. –Я уже сегодня ему об этом говорила.

– Это Вадим.

– Я уже это сегодня слышала. ПетрБорисович, он то ли сумасшедший, то ли меня с кем-то путает, но я вас уверяю,что никогда не видела его раньше.

Мужчина взял лежащие рядом с ним нажурнальном столике фотографии и протянул их мне.

– Это по поводу того, что мы с тобойнезнакомы. Посмотри, на этой фотографии я тебя даже обнимаю. Еще скажи, что этоне ты. Только на фотографии ты блондинка. Ты всегда была блондинкой, а сейчасты шатенка.