Ставки на любовь - Шарлотта Филлипс

– Я знаю.

– Знаешь? – Этого она никак не ожидала и не смогла скрыть удивления.

– Да. Первым делом я хотел позвонить в полицию, подать в суд, особенно за машину. Ты даже не представляешь, насколько я был зол. А потом подумал и понял, что сам во всем виноват. Я просто не видел, насколько важны для нее наши отношения. Надо было быть честнее с ней с самого начала. Для меня это лишь развлечение, и я все испортил, затянул, дал ей повод думать, что у нас нечто большее, чем на самом деле. А для Элли все оказалось куда важнее, чем для меня.

– А сегодня?

Он замолчал.

– Сегодня я понял, как ей, должно быть, было больно, когда она все это делала. Не самое приятное время. Я чувствовал себя ужасно, будто испортил ей жизнь. Пытался извиниться, сказать, что не хотел ее обидеть.

– И?

– Она решила, что я вдруг передумал, решил снова с ней сойтись. И поцеловала меня еще до того, как я понял, что происходит. А потом появилась ты. Представляю, как это выглядело.

На какую-то секунду Элис лишилась дара речи. Как все правдоподобно. Потом он коснулся ее руки, заглянул ей в глаза. В его взгляде было столько сожаления, что сердце Элис растаяло. Она взяла его за руку и решила рискнуть. Поверить ему. Принять извинения за чистую монету.

Она встала и направилась к дому.

– Ты войдешь внутрь? Без противогаза?

– У меня есть идея.

– Как давно это началось? – спросила она, скорчившись от невыносимой вони, заполнявшей всю гостиную.

Это была довольно уютная комната с красивым видом из окна, паркетными полами, большим кожаным диваном и телевизором с плоским экраном. Очень по-холостяцки.

– Впервые заметил около недели назад. Сначала был просто легкий душок. Я не думал, что это перерастет в большую проблему. А когда сегодня вернулся из Манчестера, стало в миллион раз хуже. Особенно плохо внизу, в гостиной и на кухне.

– Ну, твоя кухня чистотой не очень отличается.

– Я только посуду помыть не успел, – запротестовал он. – Холодильник и шкафчики идеально чистые, можешь проверить.

Она так и сделала. Вернулась на кухню и проверила каждый шкафчик. Он не врал. Сильнее всего запах был в гостиной, и пахло, несомненно, тухлой рыбой.

– А когда здесь последний раз была обиженная Элли?

– Ее не было здесь с тех самых пор, когда она превратила в лохмотья весь мой гардероб.

Он последовал за ней в холл, вошел в гостиную и принюхался.

– А произошло это несколько недель назад, да?

Он кивнул. Элис подвинула стул к подоконнику и взобралась на него.

– Ты что делаешь?

– Решаю твою проблему. Ищу источник запаха.

Он ошеломленно смотрел на нее, в то время как Элис дотянулась до карниза и открутила набалдашник, прикрывая другой рукой нос и рот.

– Ох!

Запах значительно усилился и стал просто невыносим. Даже глаза заслезились. Смеясь и морщась от жуткой вони, Гарри подошел, обнял ее за талию, приподнял и опустил на пол. От его внезапного прикосновения у девушки затрепетало сердце. Гарри взял ее за руку и вывел из дома, открыв шире входную дверь, чтобы впустить свежий ночной воздух. Уже в дверях Элис расхохоталась вместе с ним.

– Вот тебе и ответ, – выдохнула она, указав рукой на вход, – креветки в карнизе. Осталось только его отмыть или выкинуть. И запах исчезнет.

Он удивленно взглянул на нее.

– Как ты узнала?

Она опустила взгляд на руки.

– Мне только сейчас в голову пришло. Когда ты рассказал об Элли и обо всем, что она делала. Я подумала, что эта вонь тоже может быть ее местью. И несколько недель назад, когда она пришла к тебе, чтобы забрать вещи и порезать одежду, она, должно быть, открутила набалдашник карниза и набила туда свежих креветок. И ничего не происходило, пока креветки не начали гнить. Ну а потом пошла жуткая вонь. Еще пара дней – и тебе пришлось бы вызывать службу по борьбе с вредителями. Они бы вскрыли полы, но так ничего и не нашли бы.

Гарри явно был ошарашен.

– Я даже подумать не мог, что это имеет к ней какое-то отношение.

– Ты уже несколько недель ничего от нее не слышал и решил, что с ней покончено. А все оказалось не так просто. Ты подумал, что она просто приняла ваш разрыв слишком близко к сердцу, а я сразу поняла, в чем дело. То есть догадалась, – быстро добавила она, чтобы он не подумал, что Элис такой же коварный диверсант.

Он в замешательстве покачал головой.

– Не волнуйся, мы нашли причину. Тебе осталось только промыть карниз, и проблема решена.

Она направилась в дом открыть окна и все проветрить, но он нежно поймал ее за руку.

– Ты, значит, догадалась, в чем дело?

Она медленно обернулась, взглянув на него, и только тут поняла, о чем он сейчас думает. А не она ли совсем недавно подглядывала ему в окна и говорила, что понимает мстительную Элли?

Элис взглянула на него. От холода ее дыхание в темноте превращалось в пар. В золотистом свете, исходящем из дверного проема, она видела его глаза. В этом взгляде сквозило беспокойство, но никак не злость. И все же Элис никак не могла сказать ему, почему симпатизирует Элли. Она и сама этого не понимала.

– Ну, скажем, у меня был горький опыт в отношениях. И я могу понять, почему Элли так взъелась на тебя. В какой-то степени я ее одобряю. Она смогла постоять за себя. Порой мне тоже хотелось набраться храбрости, порезать его одежду и послать пиццу, которую он не заказывал.

Он смотрел на нее удивленными глазами. Элис поняла, что так она только глубже закапывается.

– Но дело в том, что я никогда не делала ничего подобного. Никогда. Но не потому, что не хотела ему зла или боялась, что он обратится в полицию, – от отчаяния у нее в горле застрял комок, – просто понимала, лучше от этого не станет. Не изменит того, что он сделал. Но врать не буду, в сложившейся ситуации я вполне могу понять Элли.

Последовала долгая пауза. Элис ждала, что сейчас он все закончит. Вызовет ей такси. Так или иначе их отношениям вот-вот придет конец.

– Подожди минутку, – наконец сказал он.

Гарри исчез в доме. Элис подпрыгнула, услышав, как захлопываются окна, и увидела, что гаснет свет. Он вернулся через пять минут, держа в руках ключи, куртку и кошелек.

– Идем, – сказал он, открывая машину.

– Я поеду на метро. – Какое ей вообще дело до его мнения? Будто он эталон вежливости! – Не надо меня подвозить.

Он стоял у открытой двери машины, свет из салона падал на его лицо.

– Я не собираюсь везти тебя домой. Во всяком случае, пока. – Гарри пожал плечами. – Если, конечно, ты сама не хочешь. Надеюсь, ты не сошла с ума, думая, что я отпущу тебя одну на метро так поздно.