Сумасбродка, или Пикник для лишнего мужа - Юлия Шилова

Как только за следователем закрылась дверь, я приняласьлихорадочно набивать сумку своими вещами. Затем выскочила на лестничнуюплощадку и закрыла дверь на ключ. Квартира оплачена на полгода вперед. Меняникто не выгонит отсюда, но я боюсь провести здесь даже ночь. Одну-единственнуюночь.

Поймав такси, я поехала на работу. Прямо спорога меня попросили зайти к администратору, который потребовал объяснитьвчерашнее поведение. Я наплела какую-то чушь, пообещав, что такого больше неповторится. Меня не уволили, только вычли из зарплаты значительную сумму. Проубийство Каролины знал весь бар. До открытия тут побывали менты и побеседовалисо всеми сотрудниками. Особой шумихи не было, будто бы ничего не произошло.

До начала работы оставалось много времени. Ясидела в гримерке, поджав под себя ноги, и тупо смотрелась в зеркало. Дверьоткрылась, и на пороге появился хозяин бара. Закурив сигарету, он спросил:

– Что произошло, Даша? Все утро в баретолкалась милиция.

– Вы же знаете, что кто-то убилКаролину, – растерянно произнесла я.

– Знакомиться с кем попало ненужно, – усмехнулся хозяин. – Ты знаешь, кто ее порешил?

– Нет.

– Ладно, прими мои соболезнования. Иучти, моему бару такая реклама не нужна. В одну плесканули серной кислотой,другую заточкой закололи... Ты только представь, как это может отразиться на моембизнесе! Тут рыскает милиция, начинает проверять мой режим работы, в общем,лезет не в свое дело. Поговаривают о каком-то маньяке, который якобы выполняетмиссию по уничтожению стриптизерш. Я бы не хотел, чтобы мой бар попал вкриминальную хронику. Я вложил в него слишком много денег, и мне не нужныгромкие скандалы. Я не могу сейчас тебя уволить, так как милиция сразузаинтересуется, зачем я это сделал. Но знай, что мое терпение лопнуло. Я даютебе последний шанс. Малейшее непослушание, и ты будешь уволена без всякихобъяснений. Тебе все понятно?

– Да.

– Будь хорошей девочкой и не заводисомнительных знакомств.

Хозяин вышел, громко хлопнув дверью, а я так иосталась сидеть, тупо смотря на свое отражение в зеркале. Меня все же оставили,это главное. В стриптизе не любят, когда девушки меняются слишком часто.Публика привыкает к постоянным исполнительницам, появляются поклонники. Людиприезжают сюда, чтобы посмотреть на понравившуюся девушку и угостить еекоктейлем.

Дверь снова открылась, и на пороге появиласьновенькая – Катя.

– Сегодня мы с тобой будем танцеватьвдвоем, – грустно произнесла она. – Администратор сказал, чтоКаролину убили, а замену еще не успели найти. Завтра будет конкурс и на ееместо найдут другую девушку, а пока нам придется работать почти без перерывов.Знаешь, я заказала себе новый костюм.

– Что?

– Я поговорила с администратором, и мнекупили новый костюм. Я не люблю носить чужие вещи... От них пахнет чужим потом.

Катя показала мне небольшую, коротенькую,прозрачную розовую пелеринку, обшитую пушистым мехом, и купальник, напоминающийрыболовецкую сеть, из блестящих переливающихся ниточек.

– Нравится?

– Ничего...

– Даша, послушай, я вот о чем хотела стобой поговорить. Ты же снимала квартиру вместе с Каролиной. Ее больше нет.Можно, я буду жить с тобой? Платить за квартиру будем поровну.

– Ты разве не москвичка?

– Нет. Я из Вологды. Немного уродственников пожила. В общем, они уже от меня устали и попросили в срочномпорядке подыскать себе жилье. Одной снимать квартиру накладно, а вдвоем в самыйраз будет.

– Живи, – равнодушно пожала яплечами. – Только запомни одно. У нас с девчонками было золотое правило.Ночуй где хочешь, но мужиков в квартиру не води. Эта квартира предназначена дляжилья, а не для того, чтобы трахаться с кем попало. И еще. Никому не оставляйадрес и телефон, я имею в виду случайных знакомых. Дверь чужим не открывай.Каролина открыла и, как видишь, поступила неосторожно. Я сумку с вещамисобрала, думала, что больше не смогу там ночевать, а сюда приехала и поняла,что больше-то мне жить негде. Хотела у Пашки со Славиком временно устроиться,но у них долго не выдержишь. Они другой ориентации, и у них сплошные педикитолкутся. Там чокнуться можно. Давай. Вдвоем и в самом деле будет легче.

– Спасибо, – улыбнулась Катя. –Я до этого в Питере жила. Работала в гадюшнике под названием «Хали-Гали».Исполняла стриптиз. Такой клуб, что и вспоминать не хочется. Он расположен врайоне Черной речки. Когда-то монахи утопили там икону, которая была заряженатемной силой, с тех пор вода в реке мутная. Дьявольское местечко, хочу тебесказать, и клуб тоже дьявольский.

– Ты что, суеверная, что ли? –удивилась я.

– Очень. Недалеко от этой Черной речки надуэли был убит Пушкин.

– А что ж ты не осталась там работать?Что тебя в Москву понесло? Мало получала?

– Поменьше, чем у вас. Но дело даже не вэтом. Просто там был такой бардак! Тут чистота, пепельницы стоят, официанткиодетыми ходят, на стриптизершу любуйся, а насчет секса – извини, дорогой. Всецивильно. А там все по-скотски. Официантки – как девки в дешевых борделях, изодежды только белье. Любой посетитель может залезть ей в трусы, и при этомникто его не одернет. Таковы правила клуба. Там можно ругаться матом, пить допосинения, блевать на пол, танцевать на столах. Они там железные, не сломаются.В основном этот клуб посещают новые русские, чтобы оторваться по полнойпрограмме и скинуть отрицательную энергию. Приходили они при галстуках и вдорогих пиджаках, а через полчаса оставались в чем мать родила. Тьфу, дажевспоминать противно, скоты, да и только! До меня там девочка работала, так еестащили со сцены во время номера и в групповой форме изнасиловали. И что,думаешь, кто-то в ментовку попал? Ага, жди! Хозяин на лапу дал кому надо, идело замяли. Ты даже не представляешь, что значит для меня это место! Я здесь,словно в раю, после того гадюшника.

Я посмотрела на пустующее место Каролины итяжело вздохнула. Катя поймала мой взгляд и тихо спросила:

– Ты не знаешь, кто ее убил?

– Нет.

Через несколько минут зашли Пашка со Славикоми налили всем по рюмке водки.

– Выпьем, пока никто не видит. СначалаТомка, теперь Каролина... – задумчиво произнес Пашка.

– Следующей буду я...

– Что ты такое говоришь? – подскочилСлавик. – Ты что-нибудь знаешь?

– Нет. Просто мне так кажется.