Знаю, ты рядом - Сьюзен Стивенс

Ей пришлось на секунду отвести трубку от уха, сделать глубокий вдох, прийти в себя, и лишь потом он смогла говорить:

– Привет, Раффа… Какая неожиданность…

– Если ты скажешь, что рада меня слышать, я найду и отшлепаю тебя, беременна ты или нет. Почему твой телефон был отключен?

– Э-э… Я не могла уснуть. Решила отключить его и забыла включить утром.

– Я увидел пропущенные звонки от тебя и до смерти перепугался. Я звонил тебе очень много раз.

– Прости. – Она гладила рукой телефонную трубку. Раффа звонил ей. Миленький телефончик. Она больше никогда его не выключит. Никогда.

– Я говорил с твоими сестрами, они сказали, что тебе, наверное, нужно побыть одной. То, как они это сказали, означало, как я понял, что ты хотела отдохнуть от меня, так что…

– Ты, наверное, говорил с Евой, – догадалась Лейла, а мысли в голове начинали проясняться.

– Наверное, – с иронией в голосе ответил он.

Он не хотел создавать неприятностей ее сестрам.

Это было мило.

– Это так? Тебе нужно побыть одной из-за меня? – настаивал он. – Поговори со мной, Лейла. Я хочу слышать твой голос.

Раффа хотел слышать ее голос. Лейла огляделась, чтобы убедиться в том, что это не сон.

– Все уже уладилось. Мне больше не нужно быть одной, – добавила она на случай, если он решит положить трубку. Нужно бы расслабить руку, а то она так крепко вцепилась в телефон, что пальцы затекли. Раффу ей все равно не удержать, как ни держи трубку.

– Так у тебя все в порядке, Лейла?

Его голос разливался, словно теплый мед.

– Да, все в порядке, спасибо.

– В порядке, – рассмеялся Раффа. – Твой врач ничего конкретного мне не сказал. Только что мне не о чем волноваться, ты здорова и беременность протекает по плану.

– Да, это врачебная тайна, – согласилась она, благодаря небеса за то, что он еще ничего не знает о близнецах. Она не переживет, если кто-то другой расскажет ему об этом. А сама Лейла не станет сообщать эту новость по телефону. – Где ты сейчас?

– За дверью.

Что?

– Ты слышишь, Лейла?

– Ты такой же вредный, как мой брат, – выпалила она, а сердце уже пустилось вскачь. Когда исчезал Тир, сестры не знали, в какой момент ждать его возвращения. – Прости… – Она собрала волю в кулак. – Я услышала тебя.

– Так ты впустишь меня?

Лейла стремглав помчалась к двери, насколько это позволяли ее габариты: сначала она поспешила встать в полный рост, потом развернулась, а это совсем непросто, когда твой живот занимает половину комнаты. По пути она пинала подушки, которые лежали на полу, расчищая себе дорогу к двери. Ей было интересно, что скажет Раффа о ее деревянном доме после жизни в каменном замке.

Ее дом был уютным, и она обожала каждый его уголок.

Теперь их разделяла только дверь. Лейла чувствовала, что Раффа стоит позади, протянула руку и взялась за ручку. Глубоко вдохнув, она настежь распахнула дверь.

Он выглядел бесподобно.

Но это не важно. Нельзя поддаваться порыву и бросаться в его объятия. Раффы не было рядом несколько месяцев, так что было правильным дать ему войти и принять его учтиво, но холодно…

Что за вздор?!

Обвив его шею руками, Лейла обняла его так крепко, как будто от него зависела вся ее жизнь.

– Раффа!

За дверью стоял морозный воздух, и его покрытые щетиной щеки были холодными, но Раффа пах тепло и сладко, и был он таким же крепким и великолепным, каким она его помнила.

– Как я рада тебя видеть!

– И я тебя, Лейла, – спокойно ответил он.

Разомкнув объятия, Лейла сделала шаг назад, почувствовав себя глупо. Странно именно так встречать человека, которого не видела несколько месяцев, а теперь он подумает, что она ведет себя как щенок. Он не торопился, окинул ее взглядом с ног до головы, а на ее лице проступил румянец.

– Проходи, пожалуйста, не стой на морозе… – И дай мне собраться с мыслями, подумала она, поворачиваясь к нему спиной.

Лейла закрыла за ним дверь и обернулась. Он был невероятно хорош в массивном черном пальто и джинсах. И любила она его безумно, ведь ее любовь не имела ни единой надежды на то, чтобы сбыться в реальности. Ничего не поделаешь. Лейла с ума по нему сходила. Ей приходилось скрывать это, ведь ей было так неловко от того, как она встретила Раффу сегодня.

– Здесь уютно, – сказал он, оглядывая ее дом.

В его голосе звучала теплота, и Лейла немного расслабилась.

– Этот дом веками принадлежал моей семье.

– Ты счастливый человек, Лейла. Живешь в таком историческом месте, и ты так крепко связана с ним.

Совсем не как у Раффы, подумала она, вспомнив все, что рассказывала его бабушка о его юности.

– Да, я счастливый человек, – согласилась она, а он все осматривался.

Раффа занимал много места, а остальное пространство заполнялось его энергией. Лейла никогда не будет смотреть прежними глазами на свой дом, а Раффа, согревшись, стряхнул пальто. Она взяла его пальто, оно было еще теплым, и Лейла запустила руки в рукава, когда пошла повесить его.

– Когда ты сказала, что живешь в хижине, я и не знал, чего ожидать, – признался он. – Но у тебя здесь так здорово. А вокруг какая красота… Озеро, лес, горы, дорога… Прекрасно. – Он поджал губы и пожал плечами. – Не удивляюсь тому, что ты не хочешь уезжать из Скаванги.

Вдруг ей показалось, что уехать из Скаванги – не самая дорогая плата за то, чтобы прожить жизнь с Раффой Леоном.

– Скаванга – милый город, но неплохо иногда уезжать отсюда.

– На остров?

– Твой остров очень красивый.

– Да, он красивый.

Он задержал взгляд на ее лице. Они как будто пытались понять друг друга, найти подсказки, разглядеть перемены. Его голос раздавался в ее доме, и это была самая желанная музыка. Дело было не в том, какие слова он произносил, но в тембре, бархатистости…

Правильно ли она поступила? Они все смотрели друг на друга. Нужно было столько наверстать, о многом поговорить.

– Лейла, сядь. Ты выглядишь усталой.

Она села в кресло, а Раффа рассматривал черно-белые фотографии на стене. Она переволновалась, увидев его, эмоции зашкаливали, да к тому же гормоны, как у всякой беременной женщины, не давали ей покоя.

– Мы приезжали сюда с дедушкой и бабушкой на каникулы, – сказала она, а Раффа внимательно рассматривал каждую фотографию на стене. – Раньше это была хижина первых старателей, но с годами мы ее перестроили…

Она не договорила, а Раффа бросил на нее веселый взгляд.