Уроки нежности от шейха - Сьюзен Стивенс

– Нам нужно взобраться на холм, любимая, и тебе нужны для этого силы.

В его голосе послышались нотки смеха. Но Айла не собиралась так легко уступать. Повинуясь ее ласкам, он опустился на колени и принялся ритмично двигаться, чувствуя, что страстно хочет эту женщину и не в силах ею насытиться. Айла занимала все его мысли, не давала спать по ночам.

– Вот сейчас, – нежно сказал он.

Он держал ее до последней минуты, пока она, опустошенная, не прижалась к нему.

– Ты прекрасен, – тихо произнесла она.

– И ты тоже, – улыбнулся Шазим.

– Что нам теперь делать?

– А что нам делать? – Мужчина опустил свою прекрасную ношу. – Выбраться из пещеры, в первую очередь.

– Я не об этом, – ответила Айла, отстраняясь. – Но ты прав, сначала нужно взобраться на холм.

Голос ее был холодным и отстраненным, лишенным каких-либо эмоций – Айла умела быстро переключаться. Но на самом деле она просто не показывала своих страданий, а шейх, догадываясь об этом, не мог сделать ничего – ему нечего было ей предложить.

Выйдя из укрытия, девушка посмотрела вниз, где ревела вода. Шазим проследил за ее взглядом.

– Давай взбираться, – сказал он.

– У тебя хватит веревки? – спросила Айла, оглядывая снаряжение.

– Должно хватить.

– Это безопасно? – Девушка с подозрением смотрела на канат, мел и перчатки.

Разумеется, это не было безопасно, но выбора не было. Шазим не собирался сидеть и бездействовать.

– Она выдержит нас обоих. Только перчатки у нас одни, так что их наденешь ты – они защитят твои руки.

Айла тут же возразила:

– Ну да, конечно, обе мои руки с легкостью войдут в одну твою перчатку. Надевай их сам, а я возьму мел.

Что ж, из этой девочки может выйти неплохой лидер группы в пустыне.

Но можно ли сейчас рисковать? Шазим заколебался.

– Может, тебе лучше остаться здесь и подождать меня на вертолете?

– Нет, – упрямо ответила она. – Если ты идешь, я с тобой.

– Но склон очень опасный, это чистый риск.

– Это мне решать. Поездка в Акаби тоже была риском, но я приехала. Ты рисковал жизнью, решив спасти меня, неужели я не могу сделать то же самое?

– Ты слабее меня.

– Что ж, я не привыкла бездействовать, Шазим, вперед.

Мужчина вырвал веревку из ее рук.

– Нет, ты остаешься здесь.

– Что с тобой, Шазим? Я точно знаю, что дело не во мне и не в наводнении.

– Я просто прошу тебя переждать грозу, – сердито ответил он. – Что тебе так трудно понять?

– Тебя, – отозвалась Айла. – Никак не могу понять тебя.

Собрав всю волю в кулак, он решил воззвать к здравому смыслу:

– Для тебя будет безопаснее остаться и подождать меня со спасателями. Так легче.

– Легче? – бросила она. – Я приехала сюда не затем, чтобы искать легких путей. Было бы легче, если бы ты сейчас плыл где-нибудь на яхте в компании красотки-супермодели, а я работала в каком-нибудь тихом городке, получала регулярное жалованье и проводила вечера в пабе по пятницам.

Посмотрев Айле в глаза, Шазим понял, что она не отступится.

– Скажи мне, – настаивала она. – Что тебя мучает?

– Скажу, и тогда ты сама попросишь меня оставить тебя здесь.

– Ну, посмотрим.

Мужчина молчал так долго, что Айле начало казаться, что вода клокочет уже где-то совсем рядом.

– Мой старший брат погиб, спасая меня вот с такой же кручи, – сказал наконец он.

Девушка замерла, боясь спугнуть собеседника, а тот смотрел куда-то вдаль, точно представляя ужасную картину, которую никогда не суждено было увидеть ей.

– Он поскользнулся…

Шазим вновь замолчал, и Айла решила ему помочь:

– Ты хочешь сказать, что считаешь себя виноватым в его смерти?

– Так и есть. Он бы никогда не забрался на тот склон, если бы не я.

– Но он спасал тебя, – возразила Айла.

– Я сказал ему, что смогу спуститься без его помощи – молодой был и глупый, верил в собственную неуязвимость. Брат был намного старше меня, но слабее. Он предпочитал думать, а потом делать, а я был неразумным…

– Так это он придумывал разные планы по организации Акаби, – догадалась Айла. – И идея с заповедником – тоже его.

Теперь ей все стало ясно.

– Нет, Шазим, никто мне этого не говорил, – добавила она, видя вытянувшееся лицо шейха. – Я видела, с какой страстью ты посвятил себя проекту, видела твое лицо, когда ты о нем говорил, знаю, на что ты готов ради него. Этот заповедник – не просто твоя страсть, Шазим, это работа всей твоей жизни.

Теперь она поняла – работа с проектом была для Шазима способом снять с себя чувство вины за гибель брата. Вот почему он имел такие завышенные требования – не только к окружающим, но и к самому себе, вот почему работал без сна и отдыха.

– Брат был таким спокойным и рассудительным, – рассказывал мужчина, качая головой, точно до сих пор не верил в трагедию. – Он обожал пустыню, которой правил, но никогда не мог поладить с ней, потому что пустыня – это стихия, она не подчинялась его правилам. В конце концов он начал ее бояться – я так думаю.

Айла тоже так считала.

– Он бы гордился тобой, Шазим, ты воплотил его мечту в жизнь.

– Но преуспел ли я в этом? – печально спросил он.

– Вот поэтому я здесь, – сказала она. – Ты не просто преуспел, ты создал нечто, способное привлечь внимание всего мира. Для меня работать здесь было и остается мечтой.

Оба взглянули вниз и увидели, что вода уже почти подобралась к выступу, где была пещера.

– Еще кое-что, – сказала Айла, когда Шазим протянул ей руку, намереваясь карабкаться вверх. – Я хочу, чтобы ты признал: прошлое для нас обоих позади. Нельзя винить себя всю жизнь.

– Перестань, Айла, я и впрямь виноват, – мрачно сказал Шазим, беря в руки веревку.

– Ты вернулся, чтобы спасти меня, – запротестовала она, глядя ему в глаза.

– Это другое. Сейчас я знаю, что делаю. А вот брату нужно было оставить меня наверху. Это я должен был погибнуть вместо него.

– Нет. – Айла уцепилась за мужчину. – Не уходи просто так. Ты должен признать правду.

– А ты думаешь, я себя обманываю?

– Думаю, ты изводишь себя, проигрываешь трагедию в памяти снова и снова, пытаясь понять, был ли у тебя другой выход.

– Я рассказал тебе все, что мог, – уклончиво ответил Шазим.

– Нет, ты мне рассказал подкорректированную версию, – возразила девушка. – А я хочу услышать все.