Неприятности в старшей школе - Меган Брэнди

– Продолжай. Говорить.

– Один из парней прошептал кое-что, прежде чем они убежали.

– Что именно? – настаивает он с раздражением.

– Что мне здесь не место. Тоже самое сказал мне Коллинз в туалете тогда, в ресторане.

– Подожди-ка, – Мэддок хмурится еще больше, его голос вибрирует от ярости. – Ты хочешь сказать… Это Коллинз устроил нападение на тебя?

– Да.

У него вырывается низкий глубокий рык, ладони свирепо сжимают мои бедра.

– Ты скрыла это от нас. Пошла туда без нас. Без меня.

– Мне пришлось, – признаю я.

– Расскажи мне почему.

– Разве это не очевидно?

– Скажи, – требует он.

– Чтобы защитить вас.

Его грудь рокочет, его всего начинает трясти – в его непробиваемой броне появилась трещина.

Неожиданно мощная волна тепла накатывает на мою грудь, и на переносице образуется глубокая складка.

Его губы искривляются.

– И что же ты планировала сделать, чтобы защитить нас, защитить меня?

Я решаю говорить правду.

– Все что угодно.

Он выдыхает, содрогаясь, и отступает от меня. Проводит ладонями по затылку и обхватывает ими шею сзади.

– Ты занималась с ним сексом?

– Нет.

– Но ты была готова на это, если бы… он захотел? – его взгляд пронизывает меня. – Ты бы отдала ему то, что, как я, мать твою, только дал тебе понять, принадлежит только мне?

Я не горжусь этим решением, мне наверняка надо было сделать вывод, что пора уносить ноги, и как можно быстрее, зная, что этим я полностью сдам себя ему – а в этом не могло быть ничего хорошего, – но…

– Если бы мне пришлось, то да.

Взревев, он разворачивается и бьет кулаком по стене. Потом вдруг ссутуливается, опустив подбородок к груди.

Я жду минуту, спрыгиваю и подхожу к нему.

Скользнув под его руку, я слегка сгибаю ноги в коленях и опускаюсь, прижимаясь к стене, пока у меня не получается заглянуть ему в глаза так, чтобы ему не пришлось поднимать голову.

– Ты злишься, – я встречаюсь с ним взглядом, его ноздри раздуваются.

– Я просто. Мать твою. В бешенстве, – подтверждает он, и я киваю.

Я скольжу вверх, и его голова тоже поднимается.

– Покажи мне, – шепчу я.

Он на мгновение напрягается, черты его лица заостряются, он изучающе смотрит мне в глаза.

Он слегка откидывает голову назад.

– Рэйвен…

– Я сказала, – перебиваю его я, – покажи мне. Сейчас.

Его брови опускаются еще ниже, но потом, низко зарычав, он поднимает меня и тут же бросает на кровать, словно забыв обо всем.

Он стягивает через голову футболку, и мои губы приоткрываются.

Он сделал татуировку.

Его левые грудь и плечо покрывает рисунок в этническом стиле, с четкими широкими линиями. Резкие завитки и заостренные концы сплетенных между собой четырех веревок.

По одной на каждого из его братьев, одна для него.

А кого обозначает четвертая?

Мне становится трудно дышать от одной только мысли.

В этом столько секса.

И в этом весь Мэддок.

В следующую секунду падают его баскетбольные шорты и боксеры, так что я пытаюсь стянуть с себя футболку, но он ловит меня за запястье и грубо отталкивает мою руку.

Потом он быстро сам раздевает меня догола. Прежде чем я успеваю опомниться, он хватает меня за бедра и переворачивает, укладывая на живот. Его ладонь скользит у меня между ног, накрывает мой лобок и поднимает вверх, ставя меня на колени.

Он вводит два пальца внутрь меня, и я сжимаю мышцы вокруг них.

Он рычит, делает два толчка, а потом убирает руку, впиваясь кончиками пальцев в мои ягодицы.

Он приставляет член к моей вагине.

Рычит, а потом погружает его в меня одним глубоким толчком, потом полностью выходит, чтобы повторить это снова и снова.

С каждым разом все грубее и быстрее, и я сжимаюсь вокруг него, с моих губ слетает легкий стон. Я запрокидываю голову, и он хватает меня за волосы.

Он исступленно продолжает, издавая низкий рык. Его дыхание сбивается и становится громче.

Когда мое тело начинает содрогаться, он выходит и шлепает меня по ягодице, а потом сжимает ее.

– Тебе еще рано кончать.

Он проводит своим членом, покрытым моей смазкой, между моими ягодицами, и я дергаюсь. Мэддок с хлопком снова входит меня, и я пытаюсь на автомате свести колени, но он заставляет меня расставить их шире. Надавив на мои плечи, пока моя грудь не вжимается в матрас, он наскакивает еще ближе, входит глубже, потому что моя задница теперь полностью в его распоряжении.

– Ты отказалась от меня, – хрипло произносит он, раскачиваясь внутри меня.

– Да, – выдыхаю я.

– Ты скрывала от меня правду.

– Скрывала, – я зажмуриваюсь, пытаясь сдержать оргазм, но, блин, я уже так близко.

Он подталкивает меня своими бедрами, разводя мои ягодицы так широко, как только возможно, чтобы он мог проникнуть в меня как можно глубже в этой позиции.

Он кладет влажный большой палец на мое отверстие и надавливает, заставляя меня стонать.

Он чувствует, что я вот-вот кончу, моя вагина сжимается вокруг его члена, словно умоляя об этом.

Мэддок выходит, я оказываюсь на спине, и в следующее же мгновение он снова входит. Хватает меня под правое колено и поднимает его к моему боку, горячее дыхание ударяет мне в ухо.

Я вся дрожу под ним.

– Ты защитила меня, – шепчет он, прикусывая мое ухо, а потом нежно целует.

Я киваю в подушку и слегка прогибаюсь в спине, чтобы приблизить свое лоно к его бедрам.

Он продолжает ритмично двигаться.

– Я не нуждался в твоей помощи, но ты все равно это сделала.

Мое сердце колотится все быстрее, ладони ложатся на его ребра.

Он замедляет темп, но входит все так же глубоко, все так же жадно, но… уже по-другому.

Его следующие слова заставляют мое сердце замереть.

– Ты оставила меня, – шепчет он.

Я на секунду зажмуриваюсь, а потом толкаю его в грудь, и он позволяет мне перевернуть нас так, чтобы я оказалась сверху. Я откидываюсь назад, будучи не в силах прекратить двигаться на нем. Его руки скользят вверх по моему животу и накрывают мои груди. Я зарываю пальцы в его волосы.