Приглашение на собственную свадьбу - Мелани Милберн

– Пойдем. Мы еще не все посмотрели.

Они отправились на Эйфелеву башню, где долго стояли в обнимку и смотрели на раскинувшийся под ними Париж, наслаждаясь теплой весенней погодой.

Потом Зак отпустил Холли прогуляться по магазинам, а сам засел за телефон, чтобы сделать несколько важных звонков. Когда она вернулась обратно и рассказала, что в одном из бутиков увидела шикарную кожаную курточку светло-серого цвета, он настоял на том, чтобы она отвела его туда, и тут же купил эту вещь для нее.

Вернувшись обратно в гостиницу, они начали собираться на ужин.

Холли быстро сходила в душ и, завернувшись в полотенце, занялась прической и макияжем, когда в ванную зашел Зак в одном нижнем белье. Он подошел к ней сзади и обнял, прижавшись к ее ягодицам. Холли наклонила голову, подставив шею для его поцелуев, и задрожала, когда он лизнул мочку ее уха.

– Пахнешь восхитительно, – хрипло сказал он.

Тогда она развернулась и обвила его шею руками.

– Я еще не наскучила тебе? – насмешливо спросила Холли.

– Еще нет, – потерся губами о ее губы Зак. – А я тебе?

Никогда. Холли еще крепче прижалась к нему, испытывая неимоверное возбуждение.

– Пока нет.

– Чудесно, – ответил он и жадно прильнул к ее губам.

Он сорвал с нее полотенце, а она стянула с него нижнее белье, и, полностью обнаженные, они снова слились в объятиях.

Зак подхватил ее на руки и понес в спальню, где уложил на кровать и прилег рядышком. Оторвавшись от губ Холли, он начал осыпать поцелуями ее грудь, посасывая и покусывая ее набухшие соски, а затем опустился ниже к ее влажной сердцевине.

Это была настоящая медленная пытка. Зак удерживал Холли на краю блаженства, пока она не заметалась под ним, моля о пощаде.

– Пожалуйста. Я больше не могу.

Тогда он поднялся обратно и одним рывком вошел в нее. Зак двигался так неторопливо, что Холли вонзила пальцы в его ягодицы, призывая ускорить темп.

Он снова набросился на ее рот, подарив ей такой дурманящий поцелуй, что у нее закружилась голова. Зак продолжал входить в нее, не убыстряя темп движений, отчего ей казалось, что она умрет, если эта сладкая пытка продлится еще хотя бы пару секунд.

Холли запустила пальцы в его волосы и сжала руки в кулаки.

– Я так сильно хочу тебя, что схожу с ума.

Тогда Зак ускорил свой темп, и она задвигалась вместе с ним, подгоняя его каждым движением своих бедер, отчаянно желая избавиться от напряжения.

И тогда он наконец скользнул рукой к низу ее живота, и она содрогнулась от обрушившегося на нее мощного оргазма. Но Зак не дал ей расслабиться, он продолжал ее ласкать, и ее захлестнула еще одна волна наслаждения, на этот раз еще более интенсивная. Холли громко вскрикнула, и ей показалось, что она теряет сознание.

Она сжала в своих объятиях Зака, который сделал еще несколько резких толчков, а потом весь содрогнулся и, обессиленный, рухнул на нее, не вынимая из нее свою теплую и влажную плоть.

Холли лежала так несколько долгих минут в тишине, вспоминая малыша, которого сегодня подержала на руках. Ей вдруг стало тоскливо от того, что она не могла родить ребенка от Зака, потому что он не хотел впускать ее в свою жизнь навсегда. И она осознала, что больше не может обманывать себя и довольствоваться их временной помолвкой, ведь ей хотелось большего. Холли мечтала о той гармонии, которая царила в отношениях ее родителей, и похожей на сказку свадьбе, где прозвучат слова брачной клятвы и где ее жених поклянется любить и защищать ее.

Только Зак не собирался открывать для нее свое сердце.

– Радость моя, все хорошо? – встревоженно спросил он, убирая прядку волос с ее лба.

Она отодвинулась от него и, поднявшись с кровати, завернулась обратно в полотенце.

– Холли, дорогая, что случилось? – Зак встал с кровати вслед за ней и взял ее за предплечья.

– Ты называешь меня всякими ласковыми словами, но они ничего не значат для тебя.

– О чем ты говоришь? У нас интимные отношения. Что плохого в том, что я называю тебя «милой» или «дорогой»?

– У нас отношения, в которых слышно тиканье часов. Я не вижу здесь ничего интимного. И ты не хочешь того, чего хочу я. Чего всегда хотела.

– Ты ведь говорила, что не гоняешься за сказкой, – бросил Зак, повязывая полотенце вокруг бедер. Его движения были медленными, выверенными и неестественно спокойными, будто он контролировал свою реакцию на ее слова.

– Да, говорила. Но я обманывала себя. Знаю, ты сказал, что мы не должны привязываться друг к другу, но я больше не могу обещать этого.

– К чему ты клонишь?

– Я не говорю, что влюблена в тебя, но я не могу продолжать эту связь, потому что так будет неправильно. Для меня. Я не хочу слишком привязываться к человеку, который не способен ответить мне взаимностью.

Он стиснул челюсти и нервно провел рукой по волосам.

– Прости, радо… то есть Холли. Ты говоришь, что не влюблена, и вместе с тем хочешь порвать со мной. Я не вижу тут логики.

– Зато я вижу. Я не хочу снова страдать. Но ты можешь причинить мне боль, если я влюблюсь в тебя.

– Тогда не влюбляйся в меня, вот и все. – Его смех прозвучал безрадостно, словно он сам не верил в практичность своего предложения.

– Зак, послушай меня. Ты ясно дал понять, что не хочешь жениться и обзаводиться семьей. А я поняла, что хочу этого. До боли. Я росла в любящей семье и хочу, чтобы у меня была такая же.

– Холли, ты можешь обзавестись семьей через год или два с кем-то другим. К чему такая спешка? Ты еще молода и…

– Я больше не хочу терять время на отношения, которые ведут в никуда. Повторяю, Зак, я не хочу страдать, а ты можешь причинить мне боль, как никто и никогда раньше.

– Я бы никогда не обидел тебя. – Он взял ее за плечи и развернул лицом к себе. В его глазах светилась тревога, словно ему стало дурно от одной мысли о том, что он мог причинить ей боль. – Ты замечательный человек. Удивительный, но я с самого начала говорил тебе…

– Пожалуйста, не надо, – оборвала его Холли, теряя последние крупицы надежды. – Я уже дважды слышала подобную речь от своих бывших. Они тоже говорили, что дело не во мне.

Зак чертыхнулся и сделал шаг назад.

– Почему ты заговорила об этом именно сейчас?

Холли развернулась и начала собирать вещи.

– Если бы я промолчала, потом страдала бы еще больше.

Атмосфера в комнате стала гнетущей и такой напряженной, что, казалось, еще секунда – и она взорвется.

– Что ты делаешь? – резко спросил Зак.

– Одеваюсь.

– Но ты надеваешь повседневную одежду. А я заказал столик в ресторане, а потом мы пойдем на мюзикл и на танцы.