Опасная притягательность - Барбара Данлоп

Джули казалось, что сестра сошла с ума.

– Мы должны быть реалистами, – сказала Мелисса.

– Но мы все делаем правильно…

– Правда? А мы посчитали расходы на судебную тяжбу и адвоката?

Джули сглотнула.

– Мы справимся.

– Ноа говорит…

– Да при чем тут Ноа! – взорвалась Джули, – он плотник и не имеет никакого представления, как руководить баром. Я знаю, что он тебе нравится, но бизнес-образование у тебя, а не у него.

Мелисса надулась. По ее выражению лица Джули поняла, что сестра обиделась.

– Это никак не связано с моим отношением к Ноа, – холодно сказала она.

Джули почувствовала себя виноватой.

– Прости, я не хотела тебя обидеть. Просто… с чего вдруг Ноа начал этот разговор?

Тут ее осенило. Эта идея не принадлежала Ноа. Калеб, вот кто стоял за всем этим. Как хитроумно он все спланировал. С помощью Ноа он хотел повлиять на Мелиссу, а она, в свою очередь, повлияла бы на мнение несговорчивой сестрицы.

Джули закрыла глаза и встряхнула головой.

– Прости, Мел.

Она не должна обвинять никого, кроме Калеба. Это он затеял всю эту игру.

– Это интересное предложение, – продолжила Джули, – но я не думаю, что нам пора сдаваться. Еще рано. Суд может пройти легче, чем мы предполагаем, да и кто знает, может, Калеб блефует.

– Ты так думаешь? – неуверенно произнесла Мелисса.

– Это возможно. Давай не будем принимать поспешных решений.

Сердце Джули было не на месте, и она решила прогуляться, чтобы подумать в одиночестве и успокоиться.

– Ты злишься на меня? – спросила Мелисса.

Джули отрицательно покачала головой.

– Ты вправе иметь собственный взгляд на это дело.

Джули действительно не сердилась на сестру. Она не сердилась на Ноа. Есть только один человек, который в ответе за все.

Пиво было обычным выбором Калеба в баре, а вино хорошо подходило к изысканному ужину. Но сейчас он предпочел бренди. Бренди успокаивало.

Сегодня он работал с документами, а завтра Бернард отвезет их в земельное правление, и будет ли Джули с ним судиться или нет, зависит только от нее. Ей понадобятся адвокат и деньги, которых у нее нет. Возможно, она никогда не простит его за это.

Калеб расположился на диване в гостиной, из колонок стереосистемы доносился джаз, за окном барабанил дождь.

Он налил себе еще бренди.

Вдруг послышался стук в дверь. Калеб посмотрел на часы, удивляясь, кто бы это мог быть. Мэтт и Ти Джей не стали бы стучать. Другие бы сначала позвонили или написали сообщение.

В дверь снова постучали.

Калеб отставил в сторону бренди. Как бы там ни было, любой нежданный гость мог отвлечь его от удушающего чувства вины.

На пороге была Джули. Она промокла до нитки, а в глазах полыхал гнев.

– Что случилось? – спросил он.

Она никаким образом не может знать о том, что они готовят документы. Только он и Бернард. Все.

– Будь честен со мной, – сказала она.

– Не понял, – удивился Калеб.

– Это ты подначивал Ноа уговорить нас последовать твоему плану?

– Проходи, – вместо ответа сказал он.

Он хотел выиграть время, потому что был сбит с толку ее внезапным обвинением.

Джули вошла. Волосы мокрые, футболка прилипла к телу.

– У нас был уговор. Ты обещал мне.

– Джули, ты вся промокла.

– Кого это волнует.

Калеб заглянул в гостевую ванную, взял полотенце и протянул Джули.

Она не взяла.

– Как ты мог?

– Что я сделал?

Ему так хотелось самому вытереть ей волосы. Калеб постарался накинуть полотенце на плечи Джули, но она увернулась.

– Я говорю о Ноа, о том, как ты пытаешься манипулировать им. Теперь он говорит Мелиссе, что продать «Крэб Шэк» тебе – это идеальное решение.

Калеб прокрутил эту мысль в голове и решил, что она, пожалуй, хороша, но это не его идея. И почему он не подумал об этом раньше? Он может выкупить землю у Джули и таким образом решить все свои проблемы, а у сестер будут деньги, чтобы начать любой бизнес, какой они захотят.

– Я не предлагал это Ноа.

– Ну же, Калеб, признайся. Я знала, что от тебя не стоит ждать безвозмездной помощи. Вы с Мэттом два дня просидели на крыше с Ноа. Этого достаточно, чтобы убедить его в своей правоте.

– Но я этого не делал. Мы не делали. Если бы я хотел купить твою землю, я бы уже давно предложил тебе это.

Джули помолчала немного.

– Как бы я хотела верить тебе.

– Так поверь.

Джули тяжело вздохнула.

– Я всегда честно и открыто говорил о своих намерениях. Зачем мне теперь строить козни за твоей спиной? И зачем мне использовать Ноа, которого, кстати, я едва знаю?

– Потому что ты думал, что это сработает.

– Обращение в суд с иском, вот что сработает.

– Это не избавит тебя от нашего договора о не-конкуренции.

– Но это загонит тебя в угол.

С этими словами Калеб взял полотенце и сам начал вытирать волосы Джули. К его удивлению, она будто не замечала, что он делает, во всяком случае, не реагировала.

– Что бы там ни говорили твоя сестра и Ноа, я не имею к этому никакого отношения. Я работал бесплатно на вашей крыше, чтобы уберечь тебя от падения. Вот и все.

– Значит, Ноа тоже против меня, – пригорюнилась Джули.

Калеб снова накинул полотенце ей на плечи.

– Он хочет тебе помочь. Он видит безвыходность твоей ситуации.

– Но это не так. Выход есть всегда, – ответила Джули и сжала губы.

Калеб мысленно заставил себя отвести взгляд от ее соблазнительных губ. Джули подняла на него глаза. Они блестели от слез.

– А Мелисса? Что думает она?

– Сестра не говорит об этом прямо, но я чувствую – она за то, чтобы продать. Мел не такая самоотверженная, как я.

В душе Калеб молил о том, чтобы они приняли предложение продать ему «Крэб Шэк». Тогда ему не придется играть роль плохого парня. Ему не придется обращаться в суд и банкротить ее.

– Как же мне быть? – спросила Джули. – Я борюсь с тобой, своим отцом, а теперь еще и Мелисса…

Калеб не устоял и прижал ее к себе. Неожиданно для него она не стала сопротивляться, а прижалась к нему, в поисках утешения.

Слезы ручьями заструились по щекам, тут же впитываясь в футболку Калеба. Расплакаться прямо на глазах у Калеба, оказаться слабой и беспомощной было для нее страшнее всего. Но она уже не могла остановиться, а в его объятиях было так комфортно.