Голубая искра - Ирина Лазарева

– Простишь ли ты меня когда-нибудь?! Я с самого начала повел себя отвратительно. Какая разница, кто ты на самом деле? Ты в любом обличье для меня королева! Я люблю тебя!

Столь внезапное признание застало Лизу врасплох. Напускная строгость мигом с нее слетела. Невозможно было сердиться на него, что-то изображать, играть. Вот когда она действительно почувствовала себя обманщицей.

– Я тоже люблю тебя, – искренне ответила она. – Всей душой, всем сердцем, всем своим существом! – Она погладила его по щеке, он перехватил ее руку и прижал к губам. Объяснение закончилось бурными объятиями и жаркими поцелуями.

Когда влюбленным удалось оторваться друг от друга, Арсений торжественно пообещал:

– Я буду тебя защищать! Тебе грозит опасность, нет никаких сомнений. Нам надо немедленно повидаться с Яковом. Только заедем ко мне. Надо предупредить мать, придется сочинить что-нибудь.

Дусю с трудом удалось снова уговорить пуститься в путь, но чего не сделаешь ради племянницы, кроме того, перспектива провести вечер в компании Якова ее вполне устраивала.

Арсений был в приподнятом настроении, много говорил по дороге к усадьбе.

– А все-таки, как это удивительно, что ты оказалась человеком науки! Я чувствовал в тебе родственную душу. Недаром ты не укладывалась в образ простушки. – Он оглядел Лизу со страстью, словно известие о ее учености воспламенило все его чувства.

– Только что тебе было все равно, – неуверенно пошутила Лиза. Его реакция немного сбила ее с толку. Почему-то ей больше льстило его внимание, когда он считал ее просто красивой девушкой.

– А браслет-то, браслет! Я должен быт догадаться!

Как только мелькнула за деревьями красная крыша кравцовского дома, Лиза и Дуся попросили остановить машину. Заговорщики условились встретиться далеко за оградой. Никто не должен был видеть их вместе. Арсений рассчитывал уладить дела с матерью, запастись провизией и подхватить своих пассажирок на дороге.

Прежде чем Арсений ушел, Лиза заставила его поклясться, что Игорь ничего не узнает об их планах.

Арсений вернулся в залу. Вечеринка была в разгаре. Девушки, Таисия и Валерия, раскраснелись от выпитого вина, болтали, смеялись, танцевали, вели себя совершенно раскованно. Игорь составил им компанию. Пожилые дамы с умилением взирали на молодежь с дивана.

– Где ты пропадаешь, Сеня? – возмутилась Элла Леонидовна. – Смотрю, машины нет, я начала беспокоиться.

– Мне надо было побыть одному, сделать несколько звонков, кое-что обдумать, а тут гости, шум…

Арсения потянули танцевать, он немного потоптался в середине залы для приличия, затем подсел к матери.

– Мне надо уйти. Не успел тебя предупредить: шеф ждет меня в институте, есть срочная работа. Я вообще не должен был приезжать, отпросился на несколько часов из-за гостей. Сегодня меня не жди, останусь ночевать в институте. Я возьму с собой кое-что из еды. Вернусь во второй половине дня. Выпусти на ночь собак и ничего не бойся.

С этими словами он встал, не слушая запоздалых восклицаний матери, извинился перед гостями и пошел переодеваться, затем набил снедью сумку, положил ее в багажник. Только теперь почувствовал, как проголодался.

Игорь попытался перехватить приятеля, когда тот уже садился в машину. Арсений лишь похлопал его по плечу:

– Останься еще немного, дружище, это моя просьба. А то матушка окончательно расстроится.

– Сеня, подожди, как же так?.. – Игорь остался стоять с разведенными в стороны руками, глядя вслед отъезжающей машине.

Дом Якова стоял на берегу Вольши, издали в сумерках напоминал одинокий кривой пень посреди старой вырубки. Подъездной дороги к нему не было, пришлось оставить машину на противоположном берегу, самим переправляться по ветхому деревянному мосту, чудом уцелевшему с незапамятных времен.

Хозяин оказался дома, окошко гостеприимно светилось. Дуся уверенно толкнула дверь, словно шла к себе домой; Арсений и Лиза, держась за руки, шагнули следом. Взгляду их представилась небольшая комната, заставленная вдоль стен свечами. Свечи стояли также на допотопном комоде и на прикроватной тумбочке, на печи и посередине массивного стола. Сейчас все они были потушены, комната освещалась простой электрической лампочкой.

Лизе бросился в глаза низкий квадратный столик, покрытый бархатной скатертью. На нем лежал остро заточенный нож с рукояткой, украшенной богатой гравировкой, как у старинного кинжала. При ближайшем рассмотрении гравировка оказалась непонятными символами. Здесь же были разложены различные предметы, необходимые, вероятно, для ритуальных действий мага, – керамическая чаша, подсвечник, деревянная шкатулка, жезл и другие магические инструменты. Картину завершало овальное зеркало на стене, завешенное плотным покрывалом.

Хозяин сидел за большим столом, перед ним лежала открытая книга, он был погружен в чтение до прихода нежданных гостей.

Яков повернул голову на звук открывшейся двери, на лице его не отразилось ни радости, ни удивления, ни досады.

– А, это вы, – сказал он. – Слышу, кто-то идет, но меньше всего ожидал увидеть здесь всех троих.

– Лучше, конечно, одна Дуся, – поддела Лиза, которая давно перестала теряться при Якове. Напротив, с каждым днем он вызывал в ней все большую симпатию.

– Что ж, садитесь, раз пришли, – сказал тот, поднимаясь с места. – Не знаю, чем угощать гостей. Ко мне гости не ходят, все больше страждущие со своими проблемами.

– Да сиди уж, – остановила его Дуся. – Сейчас чай согрею, мы тут кое-что принесли с хозяйского стола, поужинаем и обсудим наши проблемы.

Она стала выкладывать еду на стол; у Лизы от вида салатов и мясных закусок засвербило в желудке. Все успели сильно проголодаться, даже Якова, разборчивого в еде, не пришлось уговаривать.

Хозяин подбросил поленьев в печь, они уютно затрещали в топке, отблески красного огня оживили аскетическое жилище мага, в воздухе разлился сухой жар, запахло горячей смолой, вкусной едой и еще каким-то неуловимым ароматом – может быть, сухих трав, пучками висящих по стенам.

Пары сидели по две стороны стола, Лиза и Арсений толкали друг друга плечом – кто первый начнет рассказывать.

– Что вы там ерзаете? – поднял бровь Яков. —

Выкладывайте свои секреты.

Лиза рассудила, что надо ей самой во всем признаться. Она постаралась изложить произошедшее как можно короче. Яков слушал Лизу внимательно, ни разу не перебил, не задавал вопросов, а когда она закончила рассказ, в комнате повисла тишина.

– Это осложняет дело, – нарушил молчание Яков. – Пока я считал, что действует одиночка, у меня было больше надежд выследить убийцу или нашего ночного гостя. Я был уверен, что это одно и то же лицо. Теперь уверенность пропала. Интуиция подсказывает, что за научным открытием будет охотиться целая банда. Как они пронюхали, что ты здесь?