Все у нас получится!  - Евгения Перова

– Поразила меня в самое сердце! А я уж решил, что ты уволилась, а это кто-то новый.

– Не дождешься.

– Почему вдруг такой цвет?

– Джентльмены предпочитают блондинок, не знал?

– Ты мне и шатенкой нравилась. Или что – будешь искать нового… джентльмена?

Увидев выражение лица Даши, Николай шагнул к ней, быстро обнял и прошептал:

– Прости! Прости меня, дорогая! Но я ничего не могу изменить.

– Да ладно, – сказала Даша, поправляя осветленные локоны. – Не переживай. Будем жить, как получается.

Еще раз она заплакала, впервые увидев Илюшу – Николай года через полтора решился их познакомить. Мальчик был так похож на Николая, что Дарья окончательно утвердилась в мысли о его отцовстве. Ничего толком не зная о прошлом Селезнева, она тем не менее почти угадала историю его первой любви. Даша легко поладила с мальчиком, и они порой даже ездили куда-нибудь втроем во время каникул – то в Ленинград, а то и в Симеиз. Потом Даша долго приходила в себя, постепенно возвращаясь к суровой действительности: сказка о счастливой семье кончалась быстро. Она ни разу не упрекнула Николая, потому что сама выбрала такую жизнь – Даша была из породы однолюбов.

Что думал обо всем этом Илюша, Дарья не знала, но, по словам Николая, мальчик ни разу не проговорился ни бабушке с дедушкой, ни тем более Алле, с которой у него были непростые отношения. Чуткое сердечко Илюши знало, что Алла его только терпит, притворяясь ласковой и внимательной. Селезневы так и продолжали жить на два дома – вернее, на три, если считать и Долгореченск. Аллочка обитала у матери, Николай с Илюшей – тремя этажами выше. В положенный срок родилась девочка Дианочка, и Николай растрогался, увидев крошку, хотя и поморщился, услышав выбранное Аллой имя. Все умилялись малышке, которая, подрастая, становилась все милей и прелестней, Илюша обожал маленькую принцессу, и только Нонна Сергеевна присматривалась к девочке, ища следы сходства с сыном: она ни в какие чудеса не верила.

Сначала Илюша называл Николая «дядя Коля», но потом, когда стал усиленно заниматься английским, придумал обращаться к нему dad, daddy – и Николаю это понравилось. Все свободное время он отдавал сыну, хотя чувствовал, что Алла обижается. Но Коля никак не мог воспринимать дочку всерьез: любовался, играл с ней, как с котенком, покупал подарки, но сердце его было отдано Илюше. Шли годы, Николай стал директором завода, потом владельцем, вовремя проведя приватизацию. Владения его росли, капиталы множились. Старики постепенно уходили: сначала рак сожрал Алексея Павловича, за ним довольно скоро отправилась и Нонна Сергеевна. Дольше всех держалась Антонина Михайловна, становясь все более странной и невыносимой, так что в конце концов ей наняли сиделку. Николай построил дом недалеко от Долгореченска, куда переселил всех – кроме полоумной тещи, конечно. Илья окончил школу и был отправлен завершать образование в Лондон. Николай продолжал поддерживать отношения с Дарьей, не подозревая, что у жены тоже есть парочка молодых любовников. Селезнев не мог и предположить, что Алла на такое способна: она и с ним-то спала словно через силу. Но чтобы сонная Аллочка сама проявила инициативу, в это он поверить не мог. Открылось все случайно: Николай неожиданно приехал по делам в Москву и зашел на старую квартиру, которую они не стали продавать или сдавать. Там и обнаружилась Аллочка в постели с юным красавцем. Николай посмотрел, хмыкнул и сказал:

– Извините, что помешал. Я вернусь вечером, переночую здесь.

Вечером Аллы там уже не было. Они ни слова не сказали друг другу про этот инцидент, но с тех пор Аллочка стала предупреждать мужа о своих поездках в Москву, а Николай тут же сделал экспертизу на отцовство, которая подтвердила, что Диана не его дочь. Он и об этом ничего не сказал Алле. Объявляя о помолвке Ильи и Дианы, он с усмешкой взглянул жене прямо в глаза. Она промолчала: а что скажешь, все и так понятно. Но потом все-таки спросила:

– Коля, зачем ты это затеял?

– А что тебе не нравится? Илья обожает твою Диану.

– Конечно, Илья всегда на первом месте!

– А ты как хотела?

– Дианочка его не любит.

– А это имеет значение?

«Я тебя ненавижу», – подумала Алла.

Так они и жили – в горе и радости, в любви и ненависти, в праздности и занятости, в богатстве и видимом благополучии, пока внезапный разрыв аневризмы не прервал жизнь Николая Алексеевича Селезнева прямо в разгар рабочего дня. В этот момент рядом с ним оказались именно те люди, которых он любил больше всего: Илья и Даша. Последнее, что видел Николай, были серые глаза Иринушки, смотрящие на него с нежностью. «Ты простила меня?» – хотел спросить он и не смог. Ирина улыбнулась, взяла Колю за руку и повела за собой – прямо в слепящий свет Небытия.