Самый желанный мужчина - Джейн Портер

– Ты невероятно красива.

Никос даже не понял, что произнес эти слова вслух, пока Джорджия не повернулась и не посмотрела на него, изогнув в улыбке прекрасные, соблазнительные губы.

– По-моему, ты обожаешь голубоглазых блондинок, – весело произнесла она.

Никос нахмурился:

– Почему ты это сказала?

– Ты предъявлял определенные требования к донору. Рост, вес тела, цвет волос, цвет глаз.

– Я также хотел, чтобы донор была здоровой, образованной и умной…

– …блондинкой. – Джорджия улыбалась. – Но я не удивлена. Мужчинам обычно нравится определенный тип женщин. Ты предпочитаешь стройных блондинок из Скандинавии.

– Нет, я предпочитаю тебя. В мире полно блондинок, но ты такая одна.

Они поужинали в библиотеке, а потом отправились в комнату Никоса.

– Я ни разу здесь не была, – сказала она, оглядываясь. Его комната была простой, с большой кроватью, элегантным комодом и потрясающе красивой стеклянной люстрой. – Она из венецианского стекла? – спросила Джорджия.

– Да. Я люблю венецианский стиль.

– Может, среди твоих предков были венецианцы?

Никос потянулся к ней и прижал к себе. Поддев пальцем ее подбородок, он слегка провел губами по ее рту, дразня, заставляя ее вздыхать и чувственно выгибаться.

– Поцелуй меня, – попросила Джорджия, запуская пальцы в его густые, блестящие волосы.

Никос скользнул языком ей в рот и провел рукой по ее спине. Ей нравились его горячие прикосновения, от которых трепетала каждая клеточка ее тела. Он касался языком ее языка. Его рука опустилась на ее бедро. Джорджия прижалась к его возбужденному члену и удовлетворенно вздохнула.

– Ты так быстро заводишься, – сказал Никос, покусывая ее шею и поглаживая пальцами соски. – Но мы не будем торопиться.

– Это несправедливо! Зачем ты меня мучаешь?

Он тихо рассмеялся, скользнул руками под ее блузку и обхватил ладонями ее грудь.

– Если ты немного потерпишь, то испытаешь больше удовольствия. Я хочу, чтобы тебе было очень хорошо.

У нее перехватило дыхание, когда он стянул кружевные чашечки бюстгальтера с ее груди и потер ладонями напряженные соски. Никос заставлял ее чувствовать себя желанной и необузданной.

Джорджия не представляла, что на свете есть человек, который понимает женское тело так же хорошо, как Никос. Он был настоящим мастером чувственности, специалистом по соблазнению и самым желанным для нее мужчиной.

Раздев Джорджию, он шагнул назад и жадно оглядел ее горящими карими глазами.

– Ты прекрасна, – тихо произнес он, осторожно касаясь рукой ее набухшей груди.

– По-моему, здесь, на Камари, тебе не хватало женского внимания, – заметила она.

– Мне не хватало тебя, – ответил он.

– Ты был со мной двадцать четыре часа назад.

– Я только попробовал тебя, а теперь я хочу наслаждаться тобой, словно изысканным яством.

У Джорджии покраснели щеки. Она смутилась.

Никос вглядывался в ее лицо, поглаживая грудь и зажимая между пальцами ее чувствительный сосок. Джорджия едва не задохнулась от желания.

– Я больше не выдержу, – прошептала она.

Никос подхватил ее на руки и понес к кровати, продолжая целовать, ласкать и касаться языком ее тела.

Джорджия закрыла глаза, когда его горячие губы обхватили ее сосок. Никос покрывал жгучими поцелуями ее грудь, живот и бедра. Она вздрогнула, когда он запустил пальцы ей между ног.

Никос поцеловал ее в шею и плечо, а потом перевернул Джорджию на бок и вошел в нее сзади. От нестерпимого удовольствия она задышала чаще. Каждое движение Никоса приближало ее к мощной развязке.

Джорджии нравилось заниматься с ним любовью. Рядом с Никосом она чувствовала себя желанной и сексуальной. С ним они становились единым целым. Одним телом. Одной душой.

С Никосом она узнала, что такой земной рай.

Джорджия открыла глаза и увидела, что Никос смотрит на нее.

– Сколько я спала? – тихо спросила она.

– Полчаса, возможно, час.

– Ты спал?

– Я только что проснулся.

Джорджия сонно улыбнулась. Было так приятно засыпать и просыпаться в объятиях Никоса. Он относился к ней так, словно она была единственной женщиной в мире.

По его взгляду Джорджия понимала, как она важна для него. Она чувствовала это, когда он прикасался к ней. Ее удовольствие и безопасность были его приоритетом. Ей это нравилось. Очень нравилось. Может, Джорджия даже влюбилась в Никоса.

Она влюбилась в него, когда они занимались любовью в первый раз, и с каждым днем привязывалась к нему сильнее.

Она наклонилась и коснулась губами его рта, а потом тихо спросила:

– Ты будешь смотреть на меня всю ночь?

– Я не против.

Джорджия улыбнулась. Ей нравилось, как Никос смотрит на нее, сосредоточенно и страстно. Рядом с ним ей казалось, что она способна на все.

– Хорошо, – сказала она, прижимаясь к нему и снова закрывая глаза. – Смотри.

Никос наблюдал за тем, как Джорджия закрывает глаза. Постепенно ее дыхание выровнялось, и она опять уснула.

Он осторожно поцеловал ее макушку, переполняясь чувствами.

Женившись на Эльзе, он думал, будто знает, что такое любовь и семья. Примером удачного брака были отношения его родителей. Но брак с Эльзой стал для Никоса постоянным источником конфликта.

Ее смерть стала для него шоком, но не полной неожиданностью. Эльза часто угрожала ему навредить себе и сделать нечто ужасное.

Никос был единственным ребенком в семье. У него было мало двоюродных братьев и ни одной двоюродной сестры. Когда он начал встречаться с женщинами, они казались ему загадкой. Их эмоции озадачивали его и усиливали интерес. У него появились подружки, а когда ему исполнилось двадцать лет, и любовницы, однако опыт общения с женщинами не подготовил его к отношениям с Эльзой.

Никос до сих пор не понимал, почему она вышла за него замуж. Возможно, из-за его богатства. Возможно, из-за его фамилии. А может, она просто заменила им симпатичного молодого грека, в которого якобы была влюблена.

Никос никогда этого не узнает. Он не желал этого знать. Он даже не хотел думать об Эльзе.

Ее смерть чуть не погубила его. Он был готов оставить призраки прошлого и начать жизнь заново с Джорджией.

Джорджия сильная женщина, а Эльза была слабой. Джорджия полна страсти, смелости и самоуверенности. Сила Джорджии освободила его. Ее уверенность помогла ему понять, что на самом деле он мужчина, а не монстр.

Ее отношение к нему все изменило. В его душе затеплилась надежда.