Жизнь как загадка - Мишель Кондер

– Я знаю, о чем ты думаешь. Тебе не нравится неопределенность твоего положения.

Миллер быстро посмотрела ему в глаза. Неужели он так хорошо знает ее? Или ее просто так легко понять?

– Это очевидно, Миллер. Ты ненавидишь сюрпризы, так что из этого следует твоя нелюбовь к неопределенности. Как насчет того, чтобы ты осталась на всю неделю?

«На всю неделю!»

– На пять дней, если быть точным. В таком случае ты сможешь побывать на вечере моей матери, где тебя все равно ожидал бы встретить Тиджей, и присутствовать на гонке в воскресенье.

Миллер нахмурилась:

– Почему ты хочешь, чтобы я пошла на вечеринку твоей матери?

– Честно? Моя мать пригласила всех незамужних девушек обозримой Вселенной и ожидает, что мы с братьями переговорим с каждой и неминуемо в кого-нибудь влюбимся.

Его презрительное отношение к любви задело Миллер.

– Ах, бедняжка. Все эти ищущие внимания девушки в одной комнате. Я думала, так выглядит мечта любого мужчины.

Напоминание о том, что он никогда не сможет надолго привязаться к кому-то, никогда не сможет надолго привязаться к ней, больно укололо Миллер. Ведь единственным, чего она искала, было постоянство! И в отношениях, как оказалось, тоже.

– Едва ли, – произнес он столь драматически, что она едва не рассмеялась, несмотря на раздражение. – Девушки приходят с горящими глазами, алчными мамашами и твердым намерением тебя охомутать. Не думаю, что хоть кто-то мечтает о таком.

Внезапно Тино приподнялся и оперся на локоть, снова нависнув над нею. Его взгляд скользнул по ее лицу, и Тино коснулся чувствительной кожи ее шеи, прямо под ушком, медленно, нежно опускаясь пальцами ниже и ниже.

– Я сделал тебе одолжение в прошлые выходные. Меньшее, что ты можешь сделать, – это спасти меня от навязчивых, неинтересных мне женщин субботней ночью.

Он намеренно понизил голос, и тело Миллер мгновенно отреагировало. Она оттолкнула его руку:

– Перестань. Я не могу думать, когда ты так близко.

– Это, по крайней мере, честно, ведь ты оказываешь на меня то же действие.

– Разве? – спросила Миллер, почему-то напуганная этим признанием.

– Ну… Я могу думать, но почему-то все об одном. – И он вновь дотронулся кончиками пальцев до ее груди, наслаждаясь тем, как она выгибается от удовольствия. – Скажи, что ты останешься.

Ее дыхание замерло.

– Наш секс превосходен, но чем дольше я представляю тебя на вечеринке моей матери, тем больше мне нравится эта идея. Рядом с тобой я смогу расслабиться. И может, даже получить удовольствие от вечера. Да и Кэратерс ожидает твоего участия.

– С каких пор тебя волнует, чего ожидает Декстер? – спросила Миллер, едва дыша.

– Меня и не волнует. – Его ловкие прикосновения стали ощутимее. – Скажи, что ты согласна.

У Миллер приятно закружилась голова.

– Ты снова добиваешься своего, как танк, – пожаловалась она, всеми силами пытаясь сохранить самообладание.

Валентино нежно укусил ее за ключицу.

– Это ведь хорошо?

Сдавшись, она запустила пальцы ему в волосы, наслаждаясь его густыми, тяжелыми локонами.

– Я не знаю, – простонала она и опустила его голову к груди. – Пожалуйста, просто замолчи.

– Я хочу тебя. – Его голос был хриплым, почти как низкое рычание.

Он наконец-то сомкнул губы вокруг ее соска именно так, как это было нужно.

Миллер ощутила себя парящей, ее ноги сжались от нахлынувшей волны удовольствия. Она простонала его имя. Валентино слегка развел ее ножки, и несмотря на то, что мышцы еще болели после слишком бурной ночи, она мгновенно стала готова. Он покопался в столике у кровати и на секунду оставил ее грудь, чтобы зубами раскрыть презерватив, а затем вернулся, прижав ее к кровати.

– Так, на чем я остановился?

Боже, рядом с ним она… Рядом с ним она…

– Скажи, что ты останешься.

Он ласкал губами нежную кожу за ее ушками, и она впилась в Валентино поцелуем.

– Хорошо.

На что она только что согласилась?

– На пять дней.

Он положил ладонь между ее ног, нежно подготавливая к предстоящей страсти.

– Я… – Миллер выгнулась всем телом, уже находясь на самой грани удовольствия и отчаянно желая ее перешагнуть.

– Согласись.

– Соглашаюсь. На что угодно.

Она теряла голову, и ее раздражал этот хриплый смешок превосходства. Бросая вызов его чудовищному самообладанию, она обхватила его бедра ногами и прижала к себе так, что у него не было выбора, кроме как войти в нее глубоко.

Тино зарычал, прильнув к ней, и Миллер улыбнулась, прижавшись лицом к его шее. Она чувствовала, как он стонал в ее волосы, а затем почти лишилась чувств, когда он накинулся на нее с той примитивной страстью, что копилась в нем все это время. И она утонула в водовороте удовольствия, затмившем ее рассудок. Где-то далеко Валентино повторял ее имя, и она ощутила всю переполнявшую его мощь.

Казалось, прошла вечность перед тем, как кто-то из них решился пошевелиться.

– Ты в порядке? – спросил Тино.

Миллер не могла надышаться.

– Спроси через минутку.

Он засмеялся и перевернулся на живот.

– Извини. Это было грубовато.

Миллер вытянула руки над головой.

– Это было чудесно. Я, возможно, больше никогда не смогу пошевелиться.

Со вздохом Валентино слез с кровати.

– Жаль, что я такой роскоши лишен. Вчера я пропустил тренировку, а сегодня до полудня валялся в кровати. Это определенно скажется на результатах команды. – Он нагнулся и поцеловал ее в губы. – Почему бы тебе не остаться в постели? Восстановить силы? Я попрошу Микки заехать за тобой в пять часов, чтобы забрать в город.

В город? Миллер не сразу смогла вспомнить их разговор. Сквозь полуопущенные веки она смотрела, как Валентино ушел в ванную и включил душ.

Тино снова подавил ее волю, будто на танке, и она согласилась остаться с ним на пять дней, чтобы в конце недели помочь ему избавиться от излишнего женского внимания.

«Да о чем ты вообще думала?»

Миллер смотрела в потолок и пыталась прочувствовать тревогу, но ощущала лишь счастье и спокойствие. Ох нет, не из-за этой вечеринки и продолжения их игр в пару, но просто из-за пребывания здесь. Кажется, это называлось удовлетворением.

Что же еще это могло быть? Особенно учитывая ее запутавшиеся эмоции и тот факт, что она даже не знала, сохранила ли работу. Но да, она определенно была счастлива.

Но Миллер была и умна, так что понимала: она не может полагаться на фантазии. Действительность неминуемо возьмет свое, так что ей нужно собраться с мыслями. Сейчас все же стоит согласиться с предложением Тино. Надо позвонить Декстеру, закончить проект Тиджея, а потом провести эти пять дней, как неожиданный отпуск.