Притворись моим парнем - Андреа Лоренс

— Доктора говорят, ты будешь в порядке, но нельзя торопить события. Тебя, скорее всего, выпишут завтра. Финн договорился, что медсестра будет дежурить у тебя на квартире.

— Мне не нужна медсестра.

— Финн говорит — и я с ним согласна, — что после второго сердечного приступа ты потерял право голоса в этой сфере. Ты не можешь приступить к работе. Медсестра будет следить, чтобы ты принимал все лекарства и хорошо питался. Тебе нужно будет зарегистрироваться для участия в реабилитационной программе, чтобы восстановить выносливость и разработать режим тренировок, который поможет предотвратить повторный приступ. Ты должен следовать всем предписаниям, следующего ты можешь не пережить.

Себастьян хотел было возразить, но передумал.

— Да. Ты права.

Харпер отрепетировала свою речь уже несколько раз. Она не была уверена, что сможет выразить свои мысли, но нужно было попробовать.

— Эти дни были очень длинными, Себастьян.

— Верно. Разве ты была не в этой же одежде, когда мы возвращались домой?

Харпер не нужно было смотреть в зеркало, чтобы сказать, что он прав. Она так и не заехала домой. Выбралась в сувенирный магазин, чтобы купить зубную щетку и туалетные принадлежности, и больше не отходила от Себастьяна. Их чемоданы и все остальные вещи остались в аэропорту — там, где они встретились с Джози. Из «скорой» она позвонила Джону и попросила вернуться за их вещами. Они с Эммой были готовы привезти ей все необходимое, но ей не хотелось доставлять им еще больше неудобств.

— Особенно пугающе это было из‑за неожиданности. Молодой здоровый тридцативосьмилетний мужчина не падает на землю с сердечным приступом просто так, Себастьян.

— Я не думал, что это важно.

— Важно? Ты не думал, что важно сказать мне о сердечном приступе? Разве не предполагалось, что ты восстанавливаешься? Я не знала этого, потому что это несущественная подробность? У нас был секс, Себастьян. И это одно могло тебя убить.

Себастьян вздохнул.

— Я не хотел, чтобы ты обращалась со мной как с больным. Я не болен. Секс не убил меня. Даже близко нет. И если бы не та женщина, которая хотела нас застрелить, я вряд ли бы сюда попал.

— Доктор считает иначе. Он сказал, что ты должен был договориться о катетеризации сердца, пока у тебя был отпуск, чтобы проверить артериальные блокады. Ты не только этого не сделал, ты и вовсе покинул страну. Ты мог умереть, Себастьян. Прямо у моих ног. И я не имела бы ни малейшего понятия, что произошло или почему ты мне не сказал.

— Я думал, я все уладил. Не хотел беспокоить, когда у тебя были свои проблемы.

— Я бы купилась на эти слова, если бы ты умолчал только об этом. Но речь не только о проблемах с сердцем, Себастьян. Ты не рассказывал ни о чем.

— Я рассказал тебе о брате.

— Да, насколько это касалось работы и вдохновения. Ты никогда не делился ничем из твоего прошлого или своими чувствами. Ты просто не подпускал меня к себе.

В этом все дело. Разве можно быть настолько закрытым и при этом испытывать хоть какие‑то чувства к другому?

Только сейчас Харпер подумала, что, возможно, делает проблему из ничего. В конце концов, как бы далеко они ни зашли, это изначально не было настоящими отношениями. Они не должны были доверять друг другу, физически сближаться и влюбляться. Она нарушила правила и влюбилась. Открыла свое сердце и ничего не получила взамен. Так что это все ее вина. Она не может злиться на него за то, что он придерживался правил. Он ее не любит, и это нужно просто принять.

Больше нет необходимости быть рядом и наблюдать за свидетельством собственной глупости. Если она останется, то скажет что‑то, о чем пожалеет, а делать это и беспокоить его еще сильнее ей не хотелось, он и так разволновался.

— Куда ты идешь?

— Домой.

— Почему?

— Свадьба закончилась. Спасибо, что притворялся моим парнем всю неделю. Я бы не справилась с этим без тебя.

— Подожди. Ты вернешься?

— Зачем? Теперь я знаю, что с тобой все будет в порядке. Ты в хороших руках. Прощай, Себастьян.

Прежде чем он ответил, Харпер закрыла за собой дверь и поспешила к лифту, чтобы не передумать.

— Мистер Вест, к вам посетитель.

Себастьян уже догадался о гостях: несколько минут назад звонил телефон, а домашней линией пользовался только консьерж. Это могла быть еще служба доставки, но цветы от родителей и с работы он уже получил, так что вряд ли.

Вид в зеркале оставлял желать лучшего. Бородка отросла и потеряла привычную форму, прическа тоже выглядела кошмарно, ему явно пора было стричься. Глаза покраснели от лопнувших сосудов, а от уколов в больнице он был покрыт синяками.

Себастьян попытался привести себя хотя бы в относительный порядок — мало ли, вдруг к нему наведалась Харпер. Особых изменений не произошло, но хотя бы пригладил волосы и бородку.

После выписки у него уже несколько раз были гости, приехала даже семья, но он хотел видеть только Харпер. Увы, пока его желание не сбывалось.

Он прошел по коридору в гостиную, где Ингрид, медицинская сестра, встречала посетителей. На этот раз к нему пришел Финн.

Черт.

— Не утруждай себя радостью. — В голосе Финна звучал сарказм. — Не хочу слишком нагружать твое сердце.

Ингрид принесла им минеральной воды и ушла в кухню, оставив их наедине.

— Прости. Я думал, это кое‑кто другой.

— Харпер?

— Да. — Не было смысла это отрицать.

— Она была у тебя после выписки?

— Нет. — Несколько долгих одиноких дней без ее улыбчивого лица и позитивного настроя.

Финн нахмурился.

— Странно. Ты уверен, что с ней все в порядке? В больнице она от тебя не отходила.

Себастьян не помнил практически ничего из проведенного в больнице времени, но ему было приятно знать, что она все время была с ним, что ей было важно находиться рядом. В его жизни никогда такого не было. И он испортил все в тот же момент, как очнулся.

— Как только она поняла, что я в порядке, то ушла и сказала, что не вернется. Я продолжаю надеяться, что она изменит свое решение.

— Что ты натворил?

Себастьян пожал плечами.

— Думаю, я заслужил это. — Обычно именно Себастьян был виноват во всех офисных проблемах. Это из‑за него обесточило все здание, когда эксперименты перегрузили сеть. Из‑за его последнего проекта сработала пожарная сигнализация, и всем пришлось эвакуироваться. Иногда он и сам не понимал, как Финн терпит его в качестве делового партнера, да даже друга. Но иногда ради великих свершений нужно перегрузить сеть.

— Когда я увидел ее в первый раз, она была вне себя от горя. Она любит тебя, ты ей очень дорог. Если ее здесь нет, ты натворил что‑то очень плохое.