Не в парнях счастье - Татьяна Веденская

«Значит, спускаем свое здоровье на помойку».

«Все так живут! Чем я лучше других? Всем лень. Никто не хочет быть больным, верно? Но всем лень. И мне лень. В конце концов, у меня еще вся жизнь впереди. Вот в следующем месяце… или нет, лучше в следующей пятилетке. Составлю пятилетний план и буду даже купаться в проруби».

«Где ты тут прорубь нашла?» – смеется совесть.

«Прорублю. Прямо в канале имени Москвы! – обещаю я. И на всякий случай добавляю: – Зуб даю!»

«Ты так без зубов останешься».

«Все будет прекрасно», – думаю я, и потом долгие месяцы поздних вставаний, телевизора до полуночи, тортика вместо апельсинового сока утешаюсь лишь этими мыслями о будущих подвигах на ниве здорового образа жизни. О, как это сладко – мечтать, какая ты будешь здоровенькая, худенькая, стройненькая, мышцы накачанные! Километров пять в день буду пробегать, буду загорелой, сексуальной и вообще не такой, как сейчас. Что может быть лучше, чем мечты о сверкающем безоблачном будущем? Разве сравнится с ними какая-то реальная пробежка, на которой задыхаешься уже через пять минут после старта, еще только спустившись с пятого этажа? И противный пот течет по спине. В мечтах я умею вести здоровый образ жизни красиво. И предпочитаю именно там его и вести – в мечтах. В конце концов, что в этом странного и ненормального? Ни одна из моих знакомых, ни один из моих друзей, многочисленных, между прочим, не вел этого самого чертова здорового образа жизни на самом деле. Ни один. А у ваших знакомых как?

В моей памяти есть единственный человек, про которого можно сказать, что он реально ведет здоровый образ жизни. Все мы, включая администратора Танечку, смотрим с удивлением и даже некоторой злостью на этого отщепенца, смеющего изо дня в день по утрам ездить мимо нашего офиса на Октябрьском Поле на профессиональном спортивном велосипеде – с ранней весны до поздней осени.

– И не лень ему в такую жару? – хмуримся мы, когда он, в обтягивающих черных трико, в шлеме и налокотниках просвистывает мимо нас в самом начале рабочего дня.

– Смотри-ка, сегодня подзадержался, – ехидно замечает Танечка, если фигура велосипедиста просвистывает ближе к обеду.

А зимой, вы не поверите, он бегает! Независимо от погоды, в дождь и снег, в синей ветровке и крошечной полосатой вязаной шапочке, он пробегает мимо нас с как раз тем самым румянцем на лице, которого мне не видать никогда. Разве что нарисовать свеклой.

– Тоже мне, бегун хренов! – возмущался охранник Димон, стараясь втянуть в себя живот, который он называет «пивная мышца».

– А что, если он вот схватит деньги у нас и побежит, что ты будешь делать, Димон? – интересовалась Танечка. – С твоей-то мышцей!

– Застрелю, – бурчал тот.

В общем, этот наш бегун и ездун на велосипеде, который по совместительству являлся нашим постоянным клиентом, раздражал всех и вся своей необъяснимой упертостью и постоянством. Периодически он оставлял велосипед у дверей и входил в банк, чтобы что-то куда-то положить или снять, или написать какое-нибудь заявление. Или просто узнать ставки по кредитам. Говорил он коротко и практически ни на кого никогда не смотрел, так и оставаясь весь в себе, только что не продолжал бежать на месте. Даже если он стоял перед тобой, писал что-то или слушал, даже задавал вопросы, возникало неприятное ощущение, что перед тобой никого нет. И что ты разговариваешь с пустотой. Да уж, странный товарищ – этот наш бегун. И в любой другой момент моей жизни я бы тоже только тихо хихикала в кулачок в курилке вместе с Леночкой и обсуждала с некоторой долей зависти, что «кто не курит и не пьет, тот здоровеньким помрет».

– Он просто самодовольный зазнайка! – в конечном итоге согласились все мы, весь наш дружный, куряще-пьющий, кушающий гамбургеры коллектив. И жили бы счастливо, если бы вдруг я не посмотрела на вошедшего в офис спортсмена-самоучку другими глазами. В один прекрасный, хоть и пасмурный июньский день я увидела, как он слезает с велосипеда, снимает шлем и налокотники, достает из пристегнутой к поясу сумки паспорт и подходит к Леночке. И тут меня вдруг осенило!

«Вот же он, рыцарь в сияющих доспехах!» – чуть ли не вслух воскликнула я. Вот же тот, в чьем здоровье вряд ли можно сомневаться. Да только на моей памяти он бегает, ездит и всячески укрепляет свою физическую оболочку уже пару лет – как минимум. Не курит, что прекрасно видно по цвету его лица. Может быть, даже не пьет. Просто ангел, сошедший с велосипеда только для того, чтобы сделать мою жизнь счастливой!

– У вас фактический адрес совпадает с регистрацией? – по возможности сдерживая возбуждение, спросила я, оформляя ему бумаги. Его паспорт лежал передо мной, раскрывая некоторые тайны незнакомца.

– Да, а что? – сухо уточнил он, даже не подняв на меня глаз. Что ж, тем лучше.

– Просто формальности, – успокоила я, украдкой глядя на его лицо. Он все искал что-то в своем телефоне, так что я могла спокойно рассмотреть, что волосы у него красивого черного цвета, густого, насыщенного и без признаков седины. Может, красит? Нет, не похоже. Но если это свои – я бы очень хотела такие волосы для ребенка. Господи, о чем это я!

– Вы сказали, у вас какие-то особенные вклады сейчас? – вынырнул он из телефона. Я уже успела выяснить, что зовут его Владимир Германович Тишман, что лет ему… тут у меня чуть волосы не встали дыбом, и я чуть не усомнилась во всей своей затее – было ему сорок два года, хотя, клянусь, выглядел он максимум на тридцать пять. Если судить по паспорту, жил он на улице Расплетина (совсем недалеко от нас, минут пятнадцать идти пешком) и женат не был. Если, опять же, судить по паспорту. Впрочем, это не так уж и важно в моем случае. Не до того мне!

– Да, у нас сейчас действительно особенные условия для вкладов физических лиц, – с трудом заставила себя произнести я. От противоправности мыслей, которые лезли в голову, меня немного трясло. Какие вклады, о чем вы?! Пойдемте потанцуем!

– Да? – он вдруг совсем оторвался от своего телефона и посмотрел на меня. Прямо в глаза, отчего у меня кровь прихлынула к щекам, и я стала как раз того оттенка, который обычно со мной случается только после зарядки, контрастного душа, обтирания и апельсинового сока. У него были фантастические глаза! Какого-то странного, невозможного зеленого оттенка, с неправдоподобно пушистыми черными ресницами. Да уж, с волосами ему повезло, а с ресницами еще больше. Боже мой, я хочу такую дочку! С такими вот глазами! Плевать, что ему сорок два. При таких физических кондициях он фору даст любому тридцатилетнему. Ой, мама, надо же что-то же ему сказать!

– Да. Называется вклад «Победный». С прогрессивным процентом. Можете выбрать пополняемый вклад или фиксированный. В любом случае там отличный процент, – пробубнила я, хваля свой профессионализм, позволяющий выдавать этот текст уже на автоматическом уровне.

– И сколько же? – спросил он, сощурившись.

– До десяти процентов годовых! – пискнула я, после чего он ожидаемо фыркнул, пожал плечами (почему же он все-таки сутулится?) и помотал головой.