Не дай ему уйти - Анастасия Соловьева

Их разговор становился похож на допрос в гестапо. Бедная девушка хлопала глазами, чувствуя себя пойманной птичкой. Личность Елены придавила ее. Она жалобно, точно оправдываясь, описывала маршрут экскурсии.

– Я забыла… – уже в дверях Елена притормозила, – как зовут вашего экскурсовода?

– Саша… Ой, Александра… Ивина.

Елена на миг задумалась. Она где-то уже слышала это сочетание. Причем с ним было связано что-то неприятное. Ивина – Наивина… Но вспомнить что-то толком у Елены не получалось. Она кивнула и поехала на бульвары, в Харитоньевский переулок.

Выйдя из станции метро «Чистые пруды», Елена сразу углубилась в переулки. Так короче. Она хорошо знала Москву, а эти места тем более. Здесь они с Димкой встречались и любили гулять. Потом выменяли квартиру неподалеку отсюда, на Садовой-Сухаревской, и тоже часто приходили сюда на прогулку.

Елена миновала проходной двор, свернула за угол и сразу увидела толпу людей, человек в тридцать. Она догадалась, что это и есть пешеходная экскурсия. Успела – она перевела дыхание и замедлила шаг.

Толпа состояла из разнобойных и разновозрастных людей, включая детей и стариков. Они плотно лепились вокруг невидимого за их спинами экскурсовода. Зато хорошо был слышен уверенный въедливый голос. Такой голос мог принадлежать трезвой современной женщине. Елена подошла ближе и прислушалась.

– Еще совсем недавно московские бульвары четко специализировались по «своей» публике. На Чистопрудном играли в шахматы. Это был неформальный шахматный клуб, существовавший тут с пятидесятых годов. На Гоголевском в шахматы категорически не играли, зато там популярностью пользовалось домино. В него играли, вставив фанерку в паз между деревянными рейками спинки скамейки. На Тверском бульваре меняли марки. Там была биржа, незаконная, неофициальная биржа филателистов…

– А сейчас больше не меняют? – спросил кто-то из толпы.

– Не меняют, – быстро отозвалась Ивина. – Все нагрузки, кроме лирических, ушли, да и лирические оказались в значительной степени задавлены сугубо детско-собачьей прогулочной функцией…

Елена слушала ее голос, и он тоже казался ей неприятно знакомым. Неприятно уверенный голос экскурсовода наполнял Елену едкой антипатией.

«И Димка месяц назад тоже слушал этот самый голосок», – подумала Елена. Она стояла позади толпы. Ее одолевало любопытство. Елена потеснила мужика, заслонявшего ей обзор, и вдруг почти рядом с собой увидела экскурсовода – невысокую хрупкую женщину лет тридцати пяти, со светло-русыми, убранными назад волосами… И тотчас же отпрянула. Елена ее узнала. Три года назад экскурсовод приходила в их с Дмитрием салон хай-тековской мебели и брала у Елены интервью, назвавшись корреспонденткой женского журнала… Bête noire, кажется. От разговора у Елены остался тогда пренеприятнейший осадок. Она посчитала Ивину за шпионку, засланную конкурирующей фирмой. Она хорошо знала, что в Москве не было никакого Bête noire.

К счастью, Ивина не замечала ее. Елена протиснулась из толпы и пошла к метро. Расспрашивать Ивину о Дмитрии ей не хотелось.

Однако странное совпадение…

Напротив метро она увидела почтамт. Зайдя в его здание, Елена отыскала каталог подписных изданий и недоверчиво пролистала его. Она была уверена, что нет на свете такого журнала «Бед нуар»… Однако журнал был. Ежемесячный женский журнал Bête noire. Адрес редакции – Губернский город.

– Вот это да! – Елена удивленно присвистнула.

На почтамте был переговорный пункт. Она вошла в кабинку и набрала редакционный номер, еще не зная, что будет говорить.

Когда на том конце раздался хриплый голос, принадлежавший пожилой прокуренной даме, Елена деловито заговорила:

– Добрый день. Меня зовут Елена Загудаева, я директор сети магазинов «Мебель фараонов». В вашем журнале прошла публикация о нас…

– Подождите. Когда это было?

– Три года назад.

– Ну, вы хватились, – усмехнулась редакторша. – И чего вы хотите? У вас к нам какие-то претензии?

– Абсолютно никаких, – как можно миролюбивей продолжила Елена. – Нам нужно выяснить некоторые подробности.

– Вам известен номер журнала со статьей про вас и ее автор?

– Не знаю точно, когда статья вышла, но ваш корреспондент брала у меня интервью в июне 1997 года. Ее зовут Ивина Александра.

– Не может этого быть. Вы что-то путаете.

– У вас нет такой? И не было?.. – догадалась Елена.

– Нет, была, – неохотно признались в трубке. – Но дело в том, что с февраля девяносто седьмого года она… в общем, уволилась. И никакой статьи про ваши магазины не приносила.

– Постойте-постойте. – У Елены нехорошо екнуло под сердцем. – А зачем тогда ей было брать интервью, расспрашивать о магазинах?..

– Не знаю. И вряд ли это было вообще. Вы все-таки что-то путаете. Потому что как раз в июне Ивина стала супругой нашего мэра.

– Как?! – Елена на секунду потеряла контакт с головой. – Кто стал женой мэра? Так ведь она… Александра Ивина?!

– Именно. – Редакторша закашлялась.

– …того самого мэра, который погиб в прошлом году на вертолете?

Елена сейчас вспомнила странную реакцию Дмитрия на известие о его смерти. Мысли ее путались клубком.

– Да, – вздохнула редакторша, – того самого. До свидания.

– Пожалуйста, не кладите трубку, – взмолилась Елена. – Но как же так?! Ведь она экскурсии водит.

– Какие экскурсии? – изумилась в свою очередь редакторша. – Ивина?! Да что вы говорите? Где водит экскурсии?

– В Москве. Скажите, долго она у вас проработала?

– Так с ходу не могу. Ну, несколько лет. А вы, Елена, выходит, ее знаете?

– Немного. Шапочное знакомство. Мне бы хотелось уточнить кое-что, с ней связанное. Совершенно личного порядка.

Обе женщины волновались.

– Это не телефонный разговор. Вы меня понимаете, Елена? – Редакторша заговорщицки понизила голос.

– Понимаю. Я к вам подъеду сегодня. Не возражаете? Хорошо?

Елена вышла из кабинки. Ее трясло. Мысли путались. Однако она чувствовала, что почти ухватила суть.

С почтамта Елена сразу поехала на Белорусский вокзал. На ее счастье, скорый поезд Москва – Брест отправлялся со второго пути. Елена купила билет до Губернского города и села в вагон.

Когда поезд тронулся, Елена закрыла глаза, собираясь вздремнуть. Эту ночь она почти не спала, боясь проспать свой рейс. И в самолете Елене тоже было не до сна – не выходила из головы странная экскурсия… Удивительно: еще сегодня она была в Амстердаме! А вот сейчас трясется в поезде, везущем ее в неведомый Губернский город. По следу А. Ивиной… и Дмитрия.

Да, Дима несколько раз бывал в Губернском городе, рассуждала Елена. Сначала их магазины специализировались на мебели из ДСП, Дмитрий ездил на тамошний комбинат, выпускавший столь востребованные дээспэшные гарнитуры. Потом, когда ему втемяшилось открыть производство хай-тековских стульев, он опять ездил в Губернский город, беседовал с мэром, но тот дал ему от винта. Стоп!.. Вот оно. Елена раскрыла глаза. От желания поспать и следа не осталось. Дмитрий по приезде из этого Города рассказывал, что был у мэра дома в гостях, в непринужденной обстановке. Отмечалась какая-то годовщина. Естественно, на празднике присутствовала и хозяйка – супруга мэра – Ивина. И вот спустя два года Дмитрий оказывается на пешеходной экскурсии, которую проводит та же самая Ивина. Понятно, Дмитрий узнал ее и, естественно, удивился. Жена покойного мэра водит пешеходные экскурсии по Москве! Потрясная новость. Дмитрий обязательно сообщил бы сенсацию еще с порога. Но он не проронил об этом ни слова. Напротив, из его рассказов следовало, что в это самое время он обходил риелторские конторы. Почему? Между ними что-то произошло? Но что могло?.. Да и могло ли?..