Чужестранка - Линн Рэй Харрис

— Я приехал к своей жене, — сказал он.

Она коснулась ладонью его щеки, не сдержавшись.

Алексей развернул ее руку и поцеловал ей ладонь.

— Хотелось бы верить, — сказала она.

— Тогда поверь.

Кровь пульсировала в висках Пейдж.

— Я не могу.

Его взгляд затуманился.

— Что это значит, Пейдж?

— Что это значит? Как ты можешь такое спрашивать? Ты знаешь, о чем я говорю!

Вздохнув, он выпрямился. Пейдж упрекала себя за то, что решилась заговорить с ним.

— Я желаю заняться с тобой любовью, а ты хочешь разговаривать. — Он запустил пальцы в волосы. — И все же, полагаю, я заслуживаю твоего снисхождения.

— Я целых три недели не получала от тебя известий, — сказала она. — А теперь ты приехал, целуешь меня и лишаешь рассудка…

— Лишаю тебя рассудка? — Он посмотрел на нее с явным удовлетворением.

Она скрестила на груди руки, словно защищаясь от него:

— Тебе известно, что лишаешь. Если бы тебе не удавалось этого сделать, мы не оказались бы сейчас здесь. Я не была бы беременной, а тебе не пришлось бы на мне жениться.

Он придвинулся к ней и снова прижал к спинке сиденья.

— Мне нравится, что я умею заставить тебя забыть обо всем, — промурлыкал он.

Она уперлась руками в его плечи, хотя не смогла его оттолкнуть.

— Умеешь. А теперь ты заставляешь меня забыть о том, что я сержусь на тебя. Ты оставил меня одну в чужой стране, без друзей. Я уже не говорю о том, что ты лишил меня собственного дома. И еще ты пытался меня соблазнить, чтобы выведать нужную тебе информацию.

Он поцеловал ее в шею.

— Я не пытался соблазнить тебя ради того, чтобы выведать информацию, — пробормотал он. — Я хотел так поступить, но забыл о своем намерении, когда ты оказалась в моей постели.

Пейдж закрыла глаза и сдержала стон. «Сохраняй спокойствие!»

— По-твоему, я должна почувствовать себя лучше?

— Не понимаю, почему бы и нет. — Он передвинулся на сиденье, крепче прижимаясь к ней. — Я не лгу, моя красавица. Я хотел тебя тогда и хочу тебя сейчас. Но я сожалею, что заставил тебя страдать.

— Правда?

Он поднял голову и посмотрел на нее сверху вниз. Выражение его лица было решительным и восторженным.

— Да, я хочу тебя. Мне не следовало пытаться использовать твое знакомство с Чадом в своих интересах.

Не понятно почему, но Пейдж ему поверила. В душе она была уверена, что он говорит ей правду. Ее сердце заныло от тоски и нестерпимого желания.

— Спасибо. Для меня очень важно услышать от тебя такие слова.

— Я не совершенство, Пейдж, но умею признавать свои ошибки.

Он опустил голову, чтобы снова ее поцеловать, но Пейдж уперлась руками в его грудь:

— Нужно еще кое-что выяснить.

Алексей выгнул бровь.

Пейдж нервно сглотнула, но все-таки озвучила свой вопрос:

— Какие отношения тебя связывали с графиней?

Он ответил без колебаний:

— На очень короткий период она была моей любовницей, но это случилось достаточно давно.

— Ты был с нею, когда мы впервые встретились?

— Нет.

— Она говорила, что недавно встречалась с тобой в Москве. Ты рассказал ей обо мне.

Он улыбнулся, и у нее сжалось сердце.

— Ты предпочла бы, чтобы я скрывал тебя ото всех?

— Я не об этом спросила.

— Графиня Козлова коварная и мелочная женщина, — сказал он. — Она вообще ничего для меня не значит и никогда не значила. Мой ответ тебя удовлетворил?

— Не уверена, — промолвила она. — Откуда мне знать, что ты сказал правду?

Он вдруг посерьезнел:

— Я говорю тебе правду, Пейдж. После нашей первой близости я не был ни с одной женщиной.

Пейдж так изумилась, что какое-то время молчала.

— Но… Но… Я видела тебя. С актрисой.

— Она была очень разочарована моим отказом, я тебя уверяю. — Алексей опустил голову и нежно коснулся губами ее рта. — Я ни о чем не мог думать, кроме той ночи, когда мы стали близки. Той ночи, когда мы зачали ребенка, — пробормотал он. — У меня никого не было, кроме тебя, как и сейчас.

Слезы жгли глаза Пейдж. Ее переполняла надежда. Может, им все-таки удастся выстроить прочные отношения?

Алексей страстно и чувственно поцеловал ее в губы, а затем потянул вверх подол ее платья. Пейдж охнула, когда он коснулся внутренней поверхности ее бедра.

— Алексей…

— Ничего не говори, Пейдж. Просто наслаждайся.

Их бурная и страстная ночь прошла в номере отеля, в который они поднялись на частном лифте. Подойдя к двери номера, Алексей подхватил Пейдж на руки и перенес через порог.

Они разделись практически молниеносно и устроились на кровати, забыв об обидах и сомнениях, погрузившись в мир сладострастных ощущений.

Они занимались любовью всего лишь во второй раз, но Пейдж казалось, они знают друг друга многие годы. Они двигались в унисон, как единое целое, и одновременно достигли оргазма.

— Ты потрясающая женщина, — произнес Алексей, когда они, уставшие и пресыщенные, лежали в объятиях друг друга.

Пейдж удовлетворенно вздохнула. Она не чувствовала себя потрясающей, но испытывала невероятное спокойствие, словно вся ее прежняя жизнь была безумным водоворотом, а теперь она оказалась на твердой почве.

— Я обыкновенная, — ответила она, зевнув. Алексей поглаживал ее соски.

— Твоя грудь стала больше, — сказал он тихо.

— И чувствительнее.

— Я заметил.

Она отстранилась от него и посмотрела прямо в лицо:

— Как ты мог это заметить? Мы вместе совсем недавно.

— Да, но наша близость запечатлелась в моем мозгу. Я отлично запоминаю подобные вещи.

— Кто бы сомневался, — проворчала Пейдж.

Он насупил брови:

— Что это значит?

— Это значит, что мне интересно, насколько хорошо ты помнишь свою близость с графиней Козловой.

Он вдруг рассмеялся, напугав ее:

— Ты ревнуешь, Пейдж? Я уже говорил тебе, она ничего для меня не значит.

— Нисколько я не ревную, — сказала она, хотя на ее лице появился предательский румянец.

Алексей погладил ее живот, потом поднял глаза и пристально посмотрел на нее:

— Я не хочу ни одной женщины, кроме тебя.