Леди-послушница - Симона Вилар

Гуго Бигод внимательно поглядел на своего старинного приятеля.

— Надо же, Геривей, как бросает кости шутница судьба. Некогда ты был мне другом, а сакс Эдгар врагом. Теперь же Эдгар ведет себя как друг, а ты стал мне недругом.

Не добавив более ни слова, он отошел и дал музыкантам знак играть.

Постепенно напряжение развеялось, все снова заулыбались, возобновилась оживленная беседа. Так как мужчин на этом сборище было гораздо больше, чем дам, то танцевали тройную паванну, когда у каждой дамы было по два кавалера, и пока один обводил партнершу вокруг себя, второй ждал в полупоклоне, прижав руку к груди. Потом дама меняла партнера, делала со вторым кавалером несколько шагов в одну и другую сторону, обходила круг, шурша по полу длинным шлейфом, затем они раскланивались, плавно расходились, и партнерша возвращалась к прежнему кавалеру. Все это было очень куртуазно и изящно, а при плавных звуках музыки выглядело чарующе красиво. Потом все трое кружились вместе, раскланивались, и дама переходила к следующим двум кавалерам. Все па были неторопливыми, располагающими к беседе.

Милдрэд наслаждалась пиром и танцами. У нее была манера так смотреть на партнера, что у того складывалось впечатление, будто именно он ей нравится, что в душе она интересуется им больше, чем другими. И как же сиял, слыша похвалу своей манере танцевать молодой Бедфорд, как игриво она переглядывалась с женатым Гилбертом де Гантом! Даже Гуго Бигоду она расточала похвалы.

«Ох и кокетка!» — усмехался граф. Но от него не ускользнуло то, что девушка нередко поглядывает в сторону замершего в полумраке принца.

Милдрэд и впрямь заинтересовалась Юстасом. Он казался ей таким одиноким!

«Его никто не любит, им брезгуют и опасаются. В праве помазания ему отказывают, жена опозорила его, и все проявляют враждебность. Воистину этот принц будто прокаженный. Каково это чувствовать себя изгоем, будучи наследником престола», — с состраданием думала девушка.

Гуго Бигод в перерыве между танцами заметил юной леди:

— Вы так пленяете всех, миледи, что единственный, кто остался нечувствителен к вашим чарам, так это его высочество. Может, вы и принца сумеете очаровать?

Его дочери нашли это весьма забавным, а заносчивая Рогеза даже съязвила: не опасается ли саксонская красавица, что Юстас откажется танцевать с ней?

Милдрэд невозмутимо пожала плечами:

— Я ничего не опасаюсь. Думаю, принц Англии достаточно хорошо воспитан, чтобы не ответить отказом даме. Однако разве он всем видом не показал, что желает уединения?

Графиня Гундрада задумчиво смотрела на Милдрэд.

— Принц явно недоволен проведенными вашим отцом переговорами, поэтому было бы неплохо, чтобы его отвлекли от горестных раздумий. Не стоит ли мне и впрямь велеть объявить танец, когда партнера выбирает дама?

В устах столь благоразумной особы, как леди Гундрада, подобное предложение звучало не таким уже безумным. И Милдрэд решительно направилась в сторону принца.

Юстас не обращал внимания на происходящее. Слишком поздно он узнал, что король с королевой уполномочили гронвудского барона сговориться с Теобальдом Кентерберийским, слишком поздно прибыл сюда, чтобы от вмешательства был толк. Теперь он не мог пенять Эдгару за то, что тот повел переговоры по своему разумению и что решение самого важного для принца вопроса — о непременной коронации еще при жизни отца, — оказалось отложено на потом. Изначально Юстас рассчитывал повлиять на прелата с позиции силы, поэтому и привел целое войско. И прикажи он своему верному Геривею…

Неожиданно размышления Юстаса были прерваны прозвучавшим рядом мелодичным женским голосом:

— Милорд, я могу вас побеспокоить?

Принц резко повернулся. Кто посмел!

Эти слова уже готовы были сорваться с его уст… но он промолчал.

Удивительно красивая девушка в алом нарядном платье склонилась перед ним столь низко, что пушистые распущенные волосы обвили ее живой колышущейся массой. А когда она выпрямилась… Принц нервно сглотнул. Пуп Вельзевула! До чего хороша! Какая кожа, будто жемчуг, светлая и гладкая. А эти темные мягко изогнутые брови, высокие скулы, изящный прямой носик, рот, подобный бутону розы!..

Девушка выжидательно смотрела на принца.

— Ваше высочество, объявлен танец, когда дамы выбирают себе партнеров. Я выбрала вас!

Юстас ощутил, как внутри у него что-то оборвалось, а все тело наполнилось мелкой приятной дрожью.

— Меня?.. — сипло выдавил он.

— Да. Однако не допустила ли я бестактность, нарушив ваше уединение?

Она говорила вежливо, но держалась с неким лукавым напором. И Юстас, как зачарованный, протянул ей руку и слегка вздрогнул, когда ее маленькая ручка легла в его ладонь, увлекая за собой. Она не боится его! Пригласила танцевать! Неужели эта красавица не видит, что он урод?

И принц пошел за ней, как привязанный, только посреди зала на миг замер и огляделся, ощутив на себе множество взглядов. Рядом церемонно и невозмутимо расходились в танце пары — вон Бигод танцует со своей малолетней дочкой, вон графиня Гундрада прошла мимо с Бедфордом.

Юстас устремил на свою партнершу угрюмый взгляд:

— Помилуй Бог, миледи, но я… Я совсем не умею танцевать…

Она игриво посмотрела на него.

— Вы были достаточно храбры, чтобы войти в круг танцующих. Дальше уже будет несложно. Движения в паванне медленные и церемонные. Следите, что делают прочие, и вы справитесь.

Он посмотрел, как ведет графиню Гундраду Бедфорд, и неуверенно взял партнершу за самые кончики пальцев, чтобы таким же образом обвести вокруг себя. Она проскользнула столь близко, что он уловил легкий запах восточного мускуса. И когда она склонилась, слегка приподняв длинные шуршащие юбки, Юстас раскланялся почти так же ловко, как танцующий рядом де Гант.

— Ну вот, у вас все получается, — ободряюще улыбнулась ему белокурая леди. — Думаю, к концу танца вы разучите все фигуры.

Юстасу, который впервые участвовал в подобном развлечении, это казалось невероятно трудным. Пару раз он ошибался и даже замер в какой-то миг, хмурый и мрачный, но его леди как ни в чем не бывало грациозно кружила рядом, и он вынужден был опять подлаживаться, повторяя фигуры.

Когда музыка смолкла, принц так устал, что у него взмокли лоб и шея. Он застыл, по привычке повыше натягивая ворот оплечья, даже заподозрил какой-то подвох и стал затравленно озираться, но обстановка в зале была самая непринужденная. И принц успокоился. Теперь ему надо было отойти в сторону, но впервые в жизни он словно забыл, что ему с его внешностью следует держаться в отдалении. Ибо разве его не выбрала самая красивая леди во Фрамлингеме!

Он так и спросил ее, не повышая голоса:

— Почему вы пригласили именно меня?

— Разве не честь для девушки танцевать с наследником престола?