Под шепот океана - Барбара Ханней

– Интересно, как он там, – пробормотала она.

– Не сомневаюсь, он сейчас крепко спит, – заверил ее Гас.

– Может, мне позвонить дежурной медсестре и узнать, все ли в порядке?

– У них есть номер твоего мобильного. Сестра обещала позвонить, если Ник проснется и расстроится, не увидев тебя рядом.

Фрейя знала, что Гас прав. Если бы что-то было не так, ей бы позвонили.

Она стала наблюдать за потоком машин, едущих по Виктория-Бридж. Вереницы их огней напоминали рождественские гирлянды.

– Нику понравилось твое оружие против вампиров, – сказала она. – Оно помогло ему отвлечься. – Фрейя остановилась и глубоко вдохнула.

Гас тоже остановился и улыбнулся ей:

– Ты помнишь, когда мы последний раз гуляли вдоль этой реки?

– Двенадцать лет назад. Ты пригласил меня на обед, а потом провожал пешком до станции. Мы проходили мимо этой реки.

Еще до той прогулки она приняла решение не рассказывать Гасу о ребенке.

Почему?

После сегодняшнего ужина и замечательной недели, за которую Гас стал для Ника настоящим отцом, было легко забыть, что она чувствовала в тот момент, когда решила навсегда расстаться с Гасом.

Она сделала глубокий вдох:

– Гас, пока мы не сели в такси, я хочу кое-что тебе сказать. Я знаю, ты сердишься на меня за то, что я не рассказала тебе о Нике раньше. Мне жаль. Очень жаль. Я... – У нее сдавило горло, и она сглотнула и попыталась снова: – Я хочу поблагодарить тебя за все хорошее, что ты для нас сделал.

Он ничего не ответил. Его лицо было в тени, поэтому она не могла видеть его реакцию.

А чего она ожидала? Что он ее простит?

Гас помогает Нику. Разве этого не достаточно?

– Я также хочу поблагодарить тебя за то, что ты согласился стать донором. – Ее голос дрожал. – Я не знала, как ты отреагируешь на мою новость через столько лет.

– Любой отец сделал бы то же самое. Я люблю Ника, Фрейя.

– Да, я знаю.

– Кроме того, у меня две абсолютно здоровые почки, но я вполне могу обойтись одной. Я привык помогать другим. Ник обязательно поправится, вот увидишь.

– Да.

Он говорил так, словно спасение Ника было очередным его проектом.

«Перестань, – приказала она себе. – Будь благодарна ему за то, что он делает. Ты не можешь надеяться на большее».

Теперь, когда он снова появился в ее жизни, она поняла, как много потеряла. Двенадцать лет назад она отвергла не только образ жизни Гаса, но и самого Гаса – единственного мужчину, который когда-либо мог сделать ее счастливой.

«Я слишком жадная. Его помощи Нику достаточно. Я не должна желать большего».

Как часто она себе это говорила? Когда до нее, наконец, дойдет?

Расположившись на заднем сиденье такси рядом с Фрейей, Гас наблюдал за тем, как тени скользят по ее лицу, чувствуя, как рушатся барьеры, которые он так старательно возводил вокруг своего сердца.

Он снова оказался под действием чар Фрейи Джоунс и больше не хотел этому сопротивляться. Но у него совсем не осталось времени. Эта ночь вряд ли подходила для того, чтобы ее соблазнить.

Когда такси остановилось у отеля, Фрейя быстро выбралась из него и, пока он расплачивался с шофером, достала свой мобильный.

– Я должна позвонить в больницу, Гас. У меня какое-то неприятное чувство. Я так боюсь, что что-нибудь пойдет не так.

Ее серьезный тон лишь подтвердил то, что он уже знал. Между ними не может быть романтических отношений. Черт побери, как он может думать о подобных вещах, когда Фрейя так переживает из-за Ника?

Между ее бровей залегла складка. Набирая номер больницы, она покусывала нижнюю губу.

– Алло? Это Фрейя Джоунс. Я просто хотела узнать, все ли в порядке.

Она выглядела такой красивой и ранимой. Гас был готов сделать все возможное, чтобы избавить ее от боли.

– Да, – ответила она, выслушав своего собеседника. – Да, это хорошая новость. – Неожиданно ее лицо озарила улыбка. – Спасибо. – Убрав телефон, она, не переставая улыбаться, обратилась к Гасу: – Ты был прав. Ник крепко спит. С ним все в порядке.

Затем она подошла к Гасу, и он под влиянием внутреннего порыва заключил ее в объятия.

Ее шелковистые волосы коснулись его щеки, ее мягкая грудь прижалась к его груди. Он чувствовал, как бьется ее сердце.

Последних двенадцати лет как будто не было.

В объятиях Гаса Фрейя испытывала настоящее блаженство. Он подарил ей уверенность и надежду. Она чувствовала себя защищенной. Ей хотелось, чтобы это продолжалось вечно, но все же она нашла в себе силы отстраниться.

– Спасибо, – произнесла она спокойным, ровным тоном.

Его глаза блестели.

– Всегда к твоим услугам.

– Мне сегодня нужно было отвлечься, – сказала Фрейя, когда Гас открыл стеклянную дверь отеля. – Ужин прошел великолепно. Я так долго была напряжена. Завтра у нас всех будет такой... такой... – Она содрогнулась. – Я, наверное, сошла бы с ума, если бы провела сегодняшний вечер в одиночестве.

Гас положил руку ей на плечо, когда они пересекали вестибюль. Консьерж улыбнулся им. Должно быть, подумал, что они влюбленная пара. Фрейя не возражала. Сегодня ей самой хотелось в это верить.

Гас вызвал лифт, и двери сразу открылись. Как истинный джентльмен, он пропустил Фрейю вперед, но она бы предпочла, чтобы его рука оставалась на ее плече.

– Как ты? – спросила она его.

К ее удивлению, он неловко улыбнулся, словно на ее вопрос было трудно ответить.

– Нервничаешь перед завтрашним днем?

– О! – Он рассмеялся. – Да. У меня от страха аж поджилки трясутся.

Снова улыбнувшись, Гас взял ее за руку.

Фрейя знала, что он заигрывает с ней в шутку и ей не следует придавать этому значение.

Или все же следует?

Фрейя украдкой посмотрела на Гаса, и от того, что она прочитала в его глазах, внутри у нее разлилось приятное тепло. Когда лифт остановился на их этаже и двери открылись, она испугалась, что у нее подкосятся колени. К счастью, ей удалось дотащиться до своего номера.

– Спасибо за отличный вечер, Гас, – искренне сказала Фрейя. Ей хотелось пригласить его на чашку кофе, но он не был ни ее любовником, ни старым добрым другом, поэтому это выглядело бы неприлично.

Неожиданно Гас поднял руку и нежно провел кончиками пальцев по ее щеке. От его прикосновения ее кожу начало покалывать.

– Ты ведь не собираешься всю ночь лежать без сна, переживая из-за того, что будет завтра?

– Я... Надеюсь, что нет.