Несчастливый брак - Хелен Диксон

— Нет, если только вы не актер! — прорычал Зак.

— О, я в самом деле умею лицедействовать, — самоуверенно воскликнул Томас. — За определенную цену, разумеется. Разве не я играл Шейлока в «Венецианском купце»? А еще Ромео при весьма привлекательной Джульетте.

Этим заявлением ему удалось привлечь внимание Зака, который окинул его суровым взглядом.

— Сколько? — спросил он.

— Зависит от роли, которую мне предстоит сыграть.

— Как ваше имя?

Томас оттолкнулся от дверного косяка и церемонно поклонился:

— Томас Франклин, к вашим услугам.

— Идемте со мной.

— С радостью.

— Дождитесь, пока я не объясню вам, что нужно делать, а уж потом решайте, в радость вам это будет или нет.

Празднуя победу, Томас с самодовольной улыбкой последовал за капитаном легкой пружинящей походкой.

Уверенный, что все под контролем и события станут развиваться так, как он задумал, Зак на исходе дня прибыл в Мелроуз-Хилл в сопровождении Синглтона и Томаса Франклина.

С тяжелым сердцем наблюдала Шона из окна своей спальни, как Зак спрыгивает с черной лошади. Он выглядел великолепно, как обычно, в туфлях с пряжками, оливково-зеленом сюртуке и кружевном шейном платке. Она не удивилась, заметив рядом с ним Томаса. Энтони сообщил ей, что в отсутствие островного священника церемонию будет проводить их кузен. Также брат велел ей обращаться с Томасом так, будто она видит его впервые в жизни, пообещав позднее все объяснить. Зная, что Энтони не стал бы просить ее об этом, не имея на то веских причин, и не желая снова спорить с ним, Шона молча повиновалась, хотя и сочла его действия странными.

Увидев, что мужчины вошли в дом, она отпрянула от окна в ожидании, пока ее позовут. Было жарко, но она дрожала в своем украшенном вышивкой платье цвета слоновой кости. Глядя на сундуки, которые завтра должны были перенести на корабль, она впервые ощутила прилив ужаса от того, что вот-вот предстанет перед мужчиной, который увезет ее с Санта-Марии. Руки превратились в два кусочка льда, по телу прошла новая волна дрожи.

Снизу доносились приглушенные, но от этого не менее зловещие звуки. Внезапно открылась дверь, и появилась Кармелита. Увидев стоящую посреди комнаты Шону, она неодобрительно сжала губы.

— Чем это ты тут занимаешься? За тобой ведь уже послали. Иди не мешкая и постарайся придать лицу приятное выражение, — посоветовала невестка, разворачиваясь и шагая впереди.

Не в силах выказать хоть какую-то реакцию, Шона покорно поплелась следом.

Она вошла в гостиную, где в ожидании начала церемонии собралось несколько гостей. Ее взгляд был устремлен только на Зака Фитцджеральда, негромко беседующего с мистером Синглтоном. Облаченный в стихарь и оттого имеющий угрюмый вид, Томас, с молитвенником в руках, стоял в одиночестве чуть поодаль. С появлением Шоны Зак и его первый помощник замолчали и посмотрели на нее. Она физически ощутила на себе жесткий взгляд Зака, приведший ее в смятение.

Напрягшийся всем телом, он наблюдал за тем, как она медленно идет в центр комнаты, очарованный ее красотой. Опустив глаза, она не замечала восторженного выражения на его лице.

Встав рядом с Заком, Шона расправила плечи. В неверном розовом свете заходящего солнца она казалась выше ростом. Роскошные золотистые волосы окутывали ее сиянием, при виде которого у Зака болезненно сжалось сердце. Ее красота ослепляла, манила, и его вдруг посетило предчувствие, что Шона одна из тех редких женщин, из-за которых мужчины, развязывая войны, убивали себя. Правда, такие женщины редко приносят счастье тем, кто их любит.

Стоя рядом с ней, он произносил слова, которые, хотя этого пока и не осознавал, навсегда свяжут их жизни воедино. На его лице застыло решительное выражение. Как бы сильно ему ни хотелось, любовью он с ней заниматься не станет. Не отступит от своих целей. Он поклялся, что Шона Маккензи и ее брат заплатят за то, что пытались запугать его и манипулировать им. Черт подери, так и будет! Никто не имеет права шантажировать его. Внутри Зака сидел демон, не желающий подвергаться такому испытанию, имя ему — гордость.

Томас решил, что проведет брачную церемонию по возможности кратко. Чувствовал он себя весьма некомфортно, но стремление угодить Энтони и помочь Шоне вернуться в Англию возобладало. Он ступил на путь обмана, который мог привести к катастрофическим последствиям.

Как во сне, услышала Шона собственный голос, отвечающий «Да» на вопрос Томаса. Она говорила чуть слышно, так что кузену пришлось склониться вперед, чтобы расслышать ее.

Зак отвечал спокойно и безразлично. Тепло его руки прогнало леденящий холод, еще несколько минут назад грозивший поглотить Шону целиком. Время от времени она украдкой бросала взгляды на него. Вспомнила день его прибытия на Санта-Марию, воскресила в памяти мгновение, когда его губы прижимались к ее губам, пробуя на вкус, ее тело живо реагировало на его ласки. Казалось, это произошло давным-давно, много лет назад, хотя в действительности с тех пор минуло лишь несколько дней.

«Такой должна быть любовь?» — эта мысль поразила ее, точно удар молнии, сердце наполнилось невыразимым восторгом. Неужели она влюблена в Зака?

«Какой он красивый», — подумала она. Он смотрел прямо перед собой. Внезапно Шона ощутила приступ паники. Тоненький голосок в голове предупреждал, что она совершает ужасную ошибку, вверяя себя в руки мужчины, который — в глубине души она знала это — питает к ней затаенную ненависть. А ведь дороги назад не будет. В дело вмешалась непреклонная судьба, и теперь, что бы ни уготовило грядущее, они должны будут жить вместе. Церемония была окутана нереальной, почти зловещей аурой. Вспоминая свадьбы друзей семьи, Шона решила, что ее собственное бракосочетание — самое грустное событие из всех, на которых ей довелось присутствовать.

Прозвучали клятвы, связавшие их воедино. Глаза Шоны затуманились, когда Зак пообещал любить, почитать и заботиться о ней. Всем своим существом она жаждала, чтобы эти слова оказались правдой. Зак надел ей на палец кольцо.

Томас, объявив их мужем и женой, кивнул ему со словами:

— Можете поцеловать невесту.

Шона покраснела и хотела было отвернуться, чтобы избежать отказа. Каково же было удивление, когда Зак обнял ее за талию и развернул лицом к себе. Зловеще усмехаясь, потянулся к ней губами, заставив позабыть все возражения.

— Придется потерпеть мой поцелуй, Шона, — прошептал он, — все будут ужасно разочарованы, если я этого не сделаю.

Он поцеловал ее нежным соблазнительным поцелуем, от которого у нее закружилась голова и ослабели ноги, а сердце, наоборот, забилось быстрее. Сама того не ведая, она положила руку ему на талию, вызвав гул одобрения присутствующих. Этот звук подействовал на нее отрезвляюще. Придя в себя, она отступила на шаг и отвернула голову. Зак выпрямился и тоже отвернулся.

В столовой гостей ожидало угощение. То была тихая напряженная трапеза, невзирая на попытки мистера Синглтона разрядить обстановку. Шона едва притронулась к еде. Отщипнула кусочек от великолепно приготовленной рыбы с пряностями, но и тот застрял у нее в горле.