Маленькая колдунья - Кара Колтер

– В этом нет необходимости. Конечно, вы можете отвести его туда.

– Люк хочет, чтобы вы пошли вместе с нами, – сказал Брендан.

Это желание Люка. Не Брендана. Она посмотрела на больную игуану. И внезапно Норе не захотелось принимать решение в одиночку.

– Я у ветеринара с игуаной Игги. Он наглотался всякой ерунды.

– Игги? – медленно повторил Брендан. – Вы же говорили, что не даете животным клички.

– Разве можно привязаться к игуане? – спросила Нора, осознавая, что уже к ней привязалась.

Она не хотела привозить ее домой, чтобы она там умерла. И не желала ее усыплять.

Она рассказала Брендану, что происходит. К счастью, он не стал напоминать, что предлагал составить план.

– У вас есть резервный фонд? – спросил он.

– Да, но, Брендан, эти деньги гораздо выгоднее потратить на обучение людей, чтобы они не покупали игуан как домашних животных. И резервный фонд небольшой. Я могу оплатить лечение игуаны, но на следующей неделе какому-нибудь животному может понадобиться срочная операция.

– Животному более симпатичному, чем игуана? Не сдержавшись, Нора расплакалась. И она не знала наверняка, плачет ли из-за проклятой игуаны, которой по глупости дала кличку, или из-за Брендана, который играл в виртуальный боулинг с кем-то, кто бросил шар в обратом направлении.

Или от того, что не Брендан, а Люк решил пригласить ее в кафе-мороженое.

Брендан играл в эту дурацкую игру с Бекки. На рождественской вечеринке. Все до истерики смеялись над ее плохой координацией.

Держа телефон, Брендан осознал, что впервые за долгое время при воспоминании о Бекки он что-то почувствовал. Такое ощущение, будто после ее смерти он сосредоточился на том, что не сумел ее защитить, и забыл обо всех приятных минутах, которые они вместе переживали.

Он быстро отмахнулся от размышлений, услышав сопение на другом конце телефонной линии.

– Вы плачете?

Нора Андерсон действительно его избегает. И это хороший знак. Они должны сторониться друг друга. Посмотрите только, чем обернулось его желание побыть добрым самаритянином и развеселить Нору! Сначала он начал с ней танцевать, а потом она его поцеловала.

– Н-н-нет.

Нора плакала. Неужели из-за игуаны? Брендан помнил, как она говорила, что привыкла к трагедиям, которые случаются с больными животными. И еще она старалась к ним не привязываться.

Похоже, она не придерживается ни первой, ни второй стратегии.

– У вас были истерики после того, как вы ударились головой? – спросил он.

– У меня нет истерики! – Нора обиделась.

Поразительно, но Брендан почувствовал себя виноватым. Танцуя с Норой в проходе сарая, он должен был задавать ей вопросы, связанные с симптомами, сопровождающими сотрясение мозга. И вместо того, чтобы облегчить себе жизнь и избегать Нору и осложнений в отношениях с ней, которые возникли после поцелуя, Брендан должен был отслеживать состояние ее здоровья.

– Вы были у врача? – спросил он.

– Мне не нужен врач!

– Слушайте, вспышки гнева могут быть признаком сотрясения мозга.

– У меня нет вспышек гнева! – Нора произносила каждое слово предельно сдержанно. А затем телефон замолчал – Нора Андерсон повесила трубку!

Люк, раскрасневшийся от жары, с волосами, прилипшими к полному лбу, вылез из цветника, держа в руке в перчатке пучок побегов ежевики.

– Тетя Нора поедет с нами поесть мороженого?

– Я не уверен, что твоя тетя согласилась. – Брендан был убежден, что она плачет из-за игуаны. – У нее бывают, истерики?

– Как это?

– Плач. Сварливость.

– Ох, вы имеете в виду ПМС?

Брендан не стал ругать Люка за дерзость из-за давно возникшей взаимной симпатии.

Казалось, мальчик размышляет о дурном настроении тетки.

– Может быть, вам лучше просто привезти мне молочный коктейль, – пробормотал он и снова исчез в саду.

Потом Люк опять выглянул из-за дерева:

– Привезите что-нибудь для Диди, ладно? И немного ванильного мороженого для Рейнджера. Я все оплачу. – Он посмотрел в сторону дома. – Она старается не показывать, но Рейнджер ей нравится.

Странные вещи происходят в этом мире. Люди стараются не любить друг друга, но любят в любом случае.

Люк – яркий тому пример. Чертовски трудно его не полюбить.

То же самое можно сказать и о его сложнохарактерной тетке.

Зная, что Норе не понравится его визит, Брендан отправился к ветеринару.

Нора сидела в зале ожидания, прилагая все силы, чтобы не выглядеть как женщина, которая не будет плакать из-за игуаны. Игуана сидела в переноске, которая стояла у ее ног. На шее рептилии была повязана лента. Интересно, зачем повязывать ленту на шею игуане, к которой не собираешься привыкать?

Увидев Брендана, Нора скрестила руки на груди.

– Я справлюсь сама.

– Угу. – Брендан впервые увидел ее в джинсовом платье. У нее были поразительно красивые ноги.

Проигнорировав ее сердитый взгляд, он присел рядом с ней:

– Значит, вы уже решили, что делать?

Он покосился на Нору – она грызла губу. А это означает, что она ничего еще не решила. Он вспомнил вкус ее губ.

Что он здесь делает?

«Я пытаюсь поступить правильно», – строго напомнил он себе. Брендан еще раз мельком взглянул на Нору, затем встал и побрел в кабинет, чтобы поговорить с Хербом Бентли.

– Ладно, – сказал Брендан, возвращаясь в зал ожидания. Нора рыскала в сумочке, стараясь отыскать носовой платок. – Пойдемте и попьем молочный коктейль.

Пока она будет потягивать коктейль, Брендан станет ее допекать расспросами о самочувствии. Он посмотрит полный перечень симптомов на iPad, пока стоит в очереди. По субботам в кафе-мороженом всегда очереди.

Нора упрямилась:

– Если вы забыли, я напомню, что мне нужно принять решение по поводу игуаны.

– Я уже все решил, – ответил он, взял переноску и поставил ее на стол регистратора.

Нора насторожилась и зажала носовой платок в руке.

– Вы решили? Но вы не можете! Брендан терпеливо ответил:

– Я сказал доктору, что оплачу операцию. Пошли в кафе-мороженое.

– Я рассказала вам об Игги не для того, чтобы вы сами все решали! – воскликнула она.

– Все равно.

– Нет! Не все равно! Я рассказала вам потому, что мне требовалась поддержка. Мне не хотелось чувствовать себя такой одинокой. Я доверилась вам. Решение я должна была принять сама.