Волшебная ночь forever - Марина Туровская

Но тут Владимир Самуэльевич, приподнявшись с подушек, сделал плавный жест рукой, привлекая к себе общее внимание.

– А что-то мы давно не слышали тостов за нашу фирму, за начальство, за женщин? А, Александр?

Капустин взгляд заметил и, встряхнувшись, встал над скатертью. И все слушали его с «благостными» лицами, счастливые обошедшим их стороной «бабским» конфликтом.

А Капустин разглагольствовал, иногда поглядывая на Лидию, которую с каждым стаканом хотел все больше и больше.

– Мы не знаем, почему господь бог и иже с ним создали помимо животных разумных существ. Мы не знаем и поэтому мучаемся.

Андрей, не обращая внимания на слова Капустина, следил за его рукой, в которой качалась початая бутылка, и из нее на пике амплитуд выплескивалась водка. Андрей вычислил момент, перехватил бутылку, выпил ее в три огромных глотка и вставил обратно в руку Капустина. После чего улегся на спину и смотрел в небо, думая о себе, об Ольге, о детях и родителях. Даже мелкий кокетливый смех жены не отвлекал его.

– Некоторые не очень мучаются, – вставил Виктор и толкнул локтем Усмана.

– Тоже понятно. – Саша на секунду сбился с мысли, но тут же вернулся к ней: – И мы, то есть существа более-менее разумные, друг без друга существовать не можем. Скучно. Особенно мужчины без женщин, и наоборот.

– Женщины без нас – запросто. – Виктор, ни разу не женатый, решил сегодня не стесняться и напиться от души и говорил, что думал. – Каждая третья элементарно обходится без мужчины, а мне обидно.

– Не будем о печальном, – продолжил монолог Капустин. – Так вот, я о наших любимых женщинах, наших соратницах. Чтоб они были счастливы и чтоб мы были счастливы вместе с ними!

Все радостно закричали «ура», найдя повод выпить.

Широким жестом Сашка поднес бутылку ко рту и, сделав несколько пустых глотков, с удивлением проверил ее содержимое.

– Ну, ничего себе коллективчик, из рук горючее рвут. Витя, у нас осталось?

Оглянувшись на Лиду, показавшую ему протрезвевший кулак, Виктор пьяно замотал головой.

– Не-а. Только вино.

– По домам! – радостно вскочил Коля… Но тут же, вспомнив прежние указания Елены, расстроился: – Или мы все-таки заедем на объект?

– В попу объект, Коля, – ответила за подругу Лида. – Отдыхаем.

Елена, сделав «согласную» отмашку, набрала телефонный номер, но, не став слушать надоевшую фразу, выключила телефон и положила его в траву, рядом с ногой Лидии, а та нечаянно толкнула его, и телефон провалился в ямку.

– Целый день мобильник у мужа «временно недоступен», а я хотела извиниться.

– За что? – возмутилась Лида.

Задумавшись, Елена налила себе полстакана красного вина.

– Надеюсь, есть за что.

– Неужели ты нашла себе мужчину?

– Не сказать, что нашла, – замялась Елена. – Но видела во сне и, если увижу наяву, то изменю Игорю в ту же минуту.

– Давно пора! – обрадовалась Лида.

– Сегодня замечательный день, – Николай сел около Елены и начал есть вторую порцию остывающего шашлыка. – Какой-то необычный. Правда, Елена Николаевна?

– Очень необычный, – устало улыбнулась Елена. – Ты знаешь, Коля, когда станем собираться, то будьте внимательней, ничего после нас не оставляйте на поляне.

– Да мы всегда все до последнего стакана собираем, – встрял сильно выпивший Виктор. – Даже от предыдущих уродов, не убравших за собой. Все, что горит, – сжигаем, остальное с собой, в город, на помойку.

– Это хорошо, – согласилась Елена. – А то, знаешь ли, экология на Земле ни к черту стала…

Обойдя во время сборов поляну и подняв разлетевшиеся в стороны салфетки и пластиковые тарелки, Елена отнесла их к костру и наблюдала, как они скрючиваются от сильного огня. Иногда она поглядывала на лес, но зайти в него еще раз не решилась.

Около автобуса, не замечая сидящей в нем Елены, прошла Зоя. Она собирала мусор и напевала: «Бьют волны, а мне не больно, а мне прикольно…» Само собой, Елена постаралась найти взглядом директора.

Владимир Самуэльевич медленно шел к автобусу, следя за действиями Зои. Он решил сманить ее на сегодняшний вечер. А что? Качественный пикник, все немного выпили, перекусили, погода чудная, настроение хорошее. Чего выкобениваться-то? Ну, ошибся разочек человек… ну, два разочка. Владимиру осталось сделать пять шагов, но тут наперерез Зои из-за автобуса выскочила Катя. И лицо ее было недобрым.

– Ты чего это, Зоя, меня с апельсинами послала?

– Я? – удивилась Зоя. – Ах, да. А ты чего же, хотела, чтобы я тебя в другое место отослала?

Не зная, к чему придраться, Катя зло дышала, теребя в руках пакет с использованной скатертью.

– Ты, Зоя, мне завидуешь, что Владимир Самуэльевич тебя сменил! – вскрикнула Катя и сама испугалась своего заявления.

– Вот именно, что для тебя он Владимир Самуэльевич, директор. А для меня он Володя, человек, который мне не безразличен, но я его прощать не собираюсь. А ты… – Зоя снисходительно оглядела соперницу. – Ты сиськи-то подбери, а то уронишь, плейбойка дешевая.

Елена из автобуса наблюдала, как Зоя, продолжая напевать: «А мне не больно…» – пошла к Виктору, держащему черный мусорный пакет. Катя с ненавистью смотрела ей вслед.

Владимир Самуэльевич передумал подходить к Зое – он понял, что она пошлет и его. А вот Катю он не хотел совершенно. И низкое декольте с вываливающейся грудью его раздражало.

Скоро все погрузились в автобус и продолжали веселиться и в пути. Допивали вино, пели песни.

Усман часто отвечал по телефону на родном языке. Он много пил весь день и теперь чувствовал себя «никак», одновременно ревнуя Зою и думая о вечере в кругу семьи своей невесты. Скучно, но денежно. И отец с матерью перестали злиться, когда эта самая невеста появилась.

Не поняв настроения приятеля, Андрей, чмокнув Ольгу, пересел к Усману. Разговаривал с ним шепотом.

– Ты замечаешь, Усман, директор на Катю перекинулся?

– Это она на него перекинулась, – уточнил Усман. – Владимиру Самуэльевичу Катя по барабану, он Зою злит.

– А тебе какая разница? – Андрей с удовольствием оглядел Зою. – Она девушка красивая, интересная. С такой за всю жизнь не соскучишься.

Скосив пьяный взгляд на прикорнувшую на плече Владимира Самуэльевича Катю, Усман глотнул из заначенной бутылки.