Невеста на одну ночь - Розмари Роджерс

Жак только нетерпеливо передёрнул плечами.

– Поверьте, уж счастливчиком я себя никак не чувствую.

Талия успокаивающе сжала его руку в своей.

– А что стало с вашей матерью?

– Вернулась в Париж, собрала самое необходимое и со всей поспешностью бежала в Англию. У неё в Лондоне была двоюродная сестра, которая готова была принять нас.

– Так вот почему вы так хорошо владеете английским?

– Мать вышла замуж во второй раз, за младшего сына барона. Тот согласился оплатить моё обучение в Итоне, лишь бы я не путался под ногами. – Тон Жака звучал невозмутимо, однако Талия догадалась, что пренебрежение отчима заставило мальчика ещё больше возненавидеть знатных людей. – Так я стал хорошо образованным английским юношей, однако, достигнув совершеннолетия, первым делом вернулся во Францию.

– И что же, вы не ощущаете ни малейшей связи с Англией? – спросила Талия. Наверняка за годы учёбы Жак обзавёлся друзьями…

– У меня вызывает отвращение любая страна, где простой народ угнетает горстка надутых аристократов, которым закон не писан.

– Но…

– Довольно скучных разговоров о политике, – перебил Жак, коснувшись пальцем её губ. – Я пришёл пригласить вас присоединиться ко мне за ужином.

Талия досадливо закатила глаза. Жак снова надел маску лощёного франта и ловкого соблазнителя.

– Вынуждена ответить отказом, – проговорила она, с неудовольствием осознавая, что не способна вызвать в себе должную ненависть к иноземному шпиону.

Театральным жестом Жак схватился за сердце:

– Сжальтесь надо мною, о жестокая!

– Мы с вами враги.

– Что за чушь! – Без предупреждения Жак наклонился и поцеловал её в щеку, затем положил руку Талии себе на локоть и решительно увлёк за собой прочь из галереи. – Пойдёмте, та petite. Позвольте показать вам, какими мы можем стать… хорошими друзьями.

Неделю спустя

Пасторальный пейзаж пригорода Парижа окутали сумерки, когда Габриэл остановился около заброшенной оранжереи и устремил взгляд на возвышавшийся впереди замок.

Впрочем, внимание его привлекло отнюдь не величественное здание, своими огромными размерами заставлявшее всё вокруг казаться крошечным. Габриэл не сводил глаз с группы солдат, довольно-таки лениво патрулировавших окрестности. Затем он перевёл взгляд на роскошные сады. На дорожке среди разбитых статуй смутно виднелся силуэт одинокой женщины.

– Талия, – выдохнул Габриэл и упал на колени от нахлынувшего на него громадного облегчения.

Спутник Габриэла приблизился к нему. Для такого крупного мужчины двигался он с поразительной ловкостью.

– Уверен? – уточнил Хьюго.

Габриэл обернулся и бросил на друга уничижительный взгляд.

Вообще-то Хьюго он с собой не звал.

Наоборот, всеми силами пытался заставить этого несносного типа не лезть не в своё дело – чуть до драки не дошло.

Но всё тщетно – упрямства Хьюго было не занимать. Игнорируя ультиматумы, оскорбления и угрозы Габриэла, он прибыл в Кэррик-Парк всего на несколько часов позже друга и с тех пор не оставлял его ни на минуту.

А Габриэлу тогда было не до того, чтобы препираться с другом. Пока Хьюго опрашивал слуг, пытаясь узнать что-нибудь важное, Габриэл объезжал окрестности.

К счастью, крестьяне обожали молодую графиню Эшкомбскую. Когда Талия не явилась к ужину, и слуги подняли тревогу, они снарядили несколько поисковых отрядов. Через пару часов выяснилось, что на местном постоялом дворе остановились двое никому не знакомых мужчин. Для обычных путешественников у них при себе было слишком много денег.

Подозрительную парочку ради их же безопасности было решено отправить в полицейский участок – магистрат опасался, как бы разгневанные крестьяне не устроили самосуд.

Габриэл и сам едва сдерживался, разговаривая с нахальными типами. Если бы не своевременное вмешательство Хьюго, Габриэл наверняка бы придушил обоих мерзавцев, когда те неохотно поведали, что Джек Джерард – вовсе не тот, за кого себя выдаёт, и что именно он увёз Талию в своё логово во Франции.

Однако Габриэл успел всего лишь помять рёбра одному из негодяев и выбить пару зубов другому, пока Хьюго его не оттащил.

Следующим утром Габриэл незамедлительно отплыл к берегам Франции на личной яхте, в сопровождении угрюмо-сурового Хьюго.

– По-твоему, я жену свою не узнаю? – раздражённо ответил на вопрос друга Габриэл.

Хьюго задумчиво прищурился:

– Что-то не похожа она на пленницу.

Габриэл чуть не выругался. Именно по этой причине он предпочёл бы отказаться от помощи Хьюго, хотя более надёжного и преданного товарища найти трудно.

– Первое впечатление бывает обманчивым, – пробормотал Габриэл.

– Что верно, то верно.

Вдруг Хьюго застыл – по выложенной каменными плитками дорожке не спеша шагал часовой. Он подошёл так близко к оранжерее, что друзья даже почуяли запах дыма от его сигары. Хьюго схватил Габриэла за руку и с решительным видом потащил прочь, к задней стене оранжереи.

– Чёрт возьми, хватит торчать на одном месте. Эти французишки, конечно, тупицы каких мало, выследить нас не сумеют, а вот случайно наткнуться могут. И вообще, мы с тобой уже не мальчишки, чтобы по кустам ползать.

Хьюго скривился, бросив взгляд на измазанные грязью бриджи и некогда блестящие сапоги, безнадёжно исцарапанные после часа блужданий по окружавшему замок густому лесу. Габриэл выглядел не лучше – зелёный сюртук в нескольких местах порван, галстук измят, волосы растрёпаны, на подбородке выросшая за два дня щетина. Никто из высшей знати не признал бы в нём тщательно следящего за своей внешностью щёголя.

– Без Талии я отсюда не уйду! – прорычал Габриэл.

Хьюго покачал головой:

– Не будь глупцом.

– Хочешь сказать, только глупец будет спасать жену от негодяя, который её похитил?

– И что ты хочешь делать: просто взять и ворваться в это осиное гнездо? – возразил друг. – Тебя же сразу пристрелят, даже до сада добежать не успеешь.

Габриэл нетерпеливо фыркнул. Он и сам понимал, что Талию вызволить не получится. Пока.

– Не собираюсь никуда врываться.

– У тебя, стало быть, уже и план готов?

– Как только стемнеет, незаметно прокрадусь туда и отыщу её.

Хьюго железной хваткой стиснул руку Габриэла:

– Не смей.

– Я твоего мнения не спрашивал.

– Не вздумай рисковать! Да ещё ради кого, ради этой…

Габриэл и сам не заметил, как бросился на Хьюго, а друг уже оказался прижатым к задней стенке оранжереи. Из-за отчаянного страха, мучившего Габриэла с тех пор, как он узнал об исчезновении Талии, нервы его были на пределе.